Кровь королевы - Морвейн Ветер

Осенние листья невесомыми пушинками падали на пожелтевшую траву, устилая её разноцветным ковром. Данаг поднял кленовый лист и посмотрел на просвет.

– Такие недолговечные, – сказал он тихо, – но, прожив свою жизнь, они снова становятся частью природы, чтобы ещё раз возродиться молодой травой, – вампир сжал лист в руке, и тот осыпался сизой крошкой на землю.

Данаг обернулся, и Алаур встретилась вплотную со взглядом синих глаз, таящих секреты столетий. Она никогда раньше не замечала, как затягивают эти глаза – будто таинственный водоворот. Рука вампира легла на плечо дроу поверх плаща, скользнула к шее и лёгким движением отстегнула скреплявшую ворот брошь. С лёгким шорохом ткань упала на землю.

Алаур открыла глаза и ухватила ртом воздух. Солнце совсем не по-осеннему играло в витражах.

Первым делом она огляделась кругом в поисках драконов и вампиров, которых не хотела бы видеть рядом, и, к своему облегчению, обнаружила, что находится в спальне одна.

Она села на постели и обхватила чуть согнутые колени руками. Странно, что теперь, когда Данаг был недостижим, он уже не казался таким отвратительным. Не говоря о том, что он был куда лучше нового жениха. При воспоминании о настоящем супруге дроу чувствовала что-то странное под сердцем… Тянущее чувство, которому Алаур не могла найти объяснения – разве что тот самый зов крови, о котором говорила Ивон. Но Алаур не чувствовала никакого направления, просто что-то ныло в груди при воспоминании о том, что вампир сейчас далеко. А мысль о том, что рядом он уже не окажется, и не будет больше осеннего моря, заброшенного парка и столетних дубов, перекрывающих самые таинственные пути… От этой мысли та самая тянущая нить обрывалась, заставляя сердце на миг остановиться. Если не будет больше Карасана, одиночества вдвоём и долгих разговоров о магии, истории, друг о друге – тогда зачем продолжать жить? На секунду грядущее показалось ей пропастью тьмы, но она стремительно замотала головой. Встала, не позволяя себе думать дальше, и начала одеваться.

За завтраком Дакар не появился, однако это ничуть не улучшило настроения Алаур. В чудесном подводном дворце она ощутила себя такой одинокой, какой не была, наверное, никогда. Даже общество Ивон было бы приятнее этого одиночества.

Алаур без аппетита сьела какую-то лёгкую закуску, на вкус похожую на суфле из креветок, и снова отправилась бродить по пустым коридорам. Накануне она обнаружила во дворце Дакара библиотеку, но книги были такими старыми, что Алаур побоялась брать их в руки. Судя по сырости и плачевному состоянию мебели, сам лорд драконов не появлялся здесь долгие годы.

Алаур решила продолжить поиски в надежде, что обнаружит ещё что-то пригодное для обитания.

Обед начинался всё в том же тоскливом одиночестве. Впрочем, когда Ниро принесла вторую смену блюд, дверь всё же открылось, и на пороге показался Дакар, одетый на удивление прилично: обычные кожаные штаны дополнила белая рубашка и кожаный жилет в духе моды пятисотлетней давности. Впрочем, дракон выглядел в таком облачении вполне достойно и куда лучше, чем накануне.

– Прошу прощения, ваше величество, – Дакар ослепительно улыбнулся, – я занимался приготовлениями к свадьбе.

Сердце дроу упало в пятки.

– Вы не передумаете? – спросила она, стараясь сохранять видимость равнодушия.

Дакар широко улыбнулся и опустился в кресло на другом конце стола.

– А должен?

Алаур помолчала.

– По крайней мере, вы отпустите Данага?

– Я отпущу всех пленных. Это будет мой подарок молодой супруге на день свадьбы. Но это – утром. Сегодня же я хотел бы, чтобы вы и ваша подруга были в зале торжеств к закату. Ниро подготовит вам одежду и проводит к месту.

Когда Дакар замолчал, Алаур ещё некоторое время сидела, опустив глаза в тарелку. Рагу внезапно показалось отвратительно безвкусным.

– Простите, – сказала она, поднимаясь, – могу я побыть одна?

– Сколько угодно, ваше величество. Скоро такой возможности у вас уже не будет.

Закрыв за собой дверь обеденной залы, Алаур поняла, что стоит на распутье: правый коридор вёл в спальню. Там ждали тоска и мысли о тщетности жизни. Левый коридор заканчивался комнатами Ивон.

Вздохнув, Алаур сжала кулаки и пошла налево.

Ивон возлежала на заваленной подушками кровати и неторопливо ела виноград из рук светловолосого юноши, стоявшего рядом. Когда дверь открылась, она слегка встрепенулась, но, узнав Алаур, снова упала на подушки.

Алаур остановилась в метре от неё, скрестив руки на груди.

– Лежишь? – спросила она мрачно.

– Похоже на то.

– Как ты можешь вот так лежать, зная, чем закончился твой план?

Ивон поморщилась, приподнялась на локтях и села.

– А что мне прикажешь делать, бегать кругами? Для этого есть ты.

Алаур скрипнула зубами.

Ивон поднялась и осторожно положила ладонь на плечо дроу. Против ожидания, та не шевельнулась. «Дело совсем плохо», – подумала Ивон.

– Алаур, он обещал выпустить заключённых. Он тебе сказал?

– Просто отлично, – Алаур всё же сбросила ладонь, – а я останусь здесь до конца дней?

– Вряд ли ты нужна ему живьём. В смысле, – тут же поправилась Ивон, – вы просто обвенчаетесь, и ты вернёшься домой.

– А Данаг… – сказала дроу совсем тихо. Так тихо, что Ивон, кажется, не расслышала.

– Просто потерпи до утра, – продолжила вампирша, – если утром он тебя не отпустит – мы что-нибудь придумаем. Обещаю.

Алаур вздохнула.

– Твоему слову не очень хочется верить.

Ивон развела руками.

– Я не виновата, что с этой штукой ты похожа на королеву ящериц, – она ткнула пальцем в Глаз Бихейвиора, – я просто предложила выход, если ты помнишь.