Новая весна - Роберт Джордан

– Я бы сказала тебе, что ты можешь не вставать и продолжать завтракать, – добродушно произнесла Анайя, – но за тобой посылала Тамра. Я сказала явившейся послушнице, что сама схожу за тобой, так как хотела предложить тебе Исцеление. Иногда оно помогает смягчить действие Клятв.

Морейн покраснела. Разумеется, все уже знают! О Свет!

– Спасибо, – ответила она. Благодарность относилась как к Исцелению – давление не ослабло ни на волосок, но его стало гораздо легче переносить, – так и к брошенному намеку. Раз она не должна вставать перед Анайей, то, очевидно, не обязана и повиноваться ей. Разумеется, если сказанные слова не были просто данью вежливости. Морейн едва не вздохнула. Еще рано делать какие-то выводы – нужно еще наблюдать и наблюдать за окружающими.

Выходя из крыла Голубых и решительно кутаясь в шаль – Морейн не собиралась пока и шагу ступить без нее, а, кроме того, шаль спасала от холода, – она гадала, чего хочет от нее Тамра. В голову приходило лишь одно. Теперь, когда они с Суан стали полноправными сестрами, Тамра, наверное, намеревается тоже отправить их на поиски. В конце концов, они все равно уже в курсе дела. Любое другое предположение не имеет смысла. Она радостно ускорила шаг.

* * *

– Но мне не нужна работа, – протестовала Суан. В животе у нее бурчало от голода. Она чувствовала себя выжатой досуха – после нескольких часов в апартаментах Сеталии, которые были завалены книгами и стопками бумаг, словно принадлежали какой-нибудь Коричневой сестре. И кроме того, эта женщина, по-видимому, слыхом не слыхивала о такой роскоши, как подушки на стуле. Ее стулья были все равно что камень!

– Не смеши меня, – отвечала седовласая сестра, положив ногу на ногу. Она небрежно кинула последние страницы, которые передала ей Суан, на письменный стол, и так уже погребенный под горой прочих листов. – Для начала ты справляешься очень даже неплохо. Ты мне нужна, так что говорить не о чем. Я жду тебя здесь завтра утром ко Второму Утреннему Часу. А сейчас ступай, поешь что-нибудь. Ты теперь Айз Седай, тебе не подобает разгуливать по Башне, урча как протекающая сточная труба.

Нет смысла продолжать спор. Проклятая женщина ясно дала понять, что в ее понимании два возражения подряд находятся в опасной близости к неприкрытой грубости. Проклятая, проклятая женщина! Суан не позволила гневу отразиться на лице – этот урок она выучила задолго до Тар Валона. На рыбачьих причалах, если выказываешь гнев или страх, то, неровен час, нарвешься на неприятности. Иногда дело может завершить воткнутый в спину нож.

– Как скажешь, Сеталия, – пробормотала Суан, вновь удостоившись приподнятой брови, и с трудом удержалась от того, чтобы не топать, выходя из покоев. Оказавшись за порогом, она затопала, отводя душу, и если это кому-то не нравится, пусть Темный возьмет его!

Чтоб ей сгореть, ну почему она такая дура, что позволила этой женщине заманить ее? Морейн же советовала быть осторожной – и вместо этого Суан захотелось изгнать сомнение из проклятого голоса проклятой Сеталии. Когда руль находится в неумелых руках, лодка садится на мель, а то и вовсе опрокидывается. В ближайшее время ей теперь из Башни не вырваться – и виной тому ее собственное неумение управляться с рулем. Застряла тут на годы, пока не окажется достаточно сильна, чтобы сказать Сеталии, что та может сделать со своей работой. Хорошо еще, что эта женщина не заграбастала и Морейн. С ее-то умом, она стала бы для Сеталии чудо-помощницей.

Как бы ни была голодна Суан, она пошла искать не обед, а Морейн – чтобы сообщить ей, что поиск подруге придется вести в одиночку. При виде Морейн ей всегда хотелось улыбнуться. Сеталия была неправа: Морейн была не просто хорошенькой фарфоровой куколкой – она была красивой фарфоровой куколкой. По крайней мере, такой она казалась. А за прелестным личиком таился совсем другой характер. Когда Суан впервые увидела Морейн, то была уверена, что эта кайриэнка треснет, как раковина-веретенка, уже через несколько дней. Но Морейн оказалась столь же крепкой, как и сама Суан, если даже не крепче. Как бы часто ее ни сбивали с ног, она всегда сразу же поднималась. Морейн не знала слова «сдаваться». Вот почему Суан так удивилась, обнаружив подругу в ее гостиной: безвольно поникнув, она сидела с самым мрачным выражением лица. Шаль была перекинута через спинку стула; от стоявшего на подносе, зеленого глазурованного чайника доносился аромат горячего чая, но белые чашки стояли рядом совсем чистые.

– Что с тобой? – спросила Суан. – Ты, надеюсь, еще не заслужила епитимью?

– Хуже, – несчастным голосом ответила Морейн. Ее голос всегда напоминал Суан звон серебряного колокольчика, но Морейн терпеть не могла подобные сравнения. – Тамра назначила меня ответственной за раздачу вознаграждений.

– Кровь и проклятый пепел! – Суан попробовала эти слова на вкус. Теперь-то никто не высечет ее за то, что она выражается так, как привыкла. Доводилось ей слыхивать некоторых Айз Седай – они такие слова употребляли, что портовый грузчик покраснеет. Впрочем, ей все же почудился слабый привкус мыла. – Она что-то подозревает? Или решила отстранить тебя, чтобы ты не вмешивалась? – Возможно, именно поэтому и Сеталия вцепилась в саму Суан мертвой хваткой. Да нет, просто она успешно разделалась с ее проклятыми загадками – по собственной глупости.

– Не думаю, Суан. Меня учили управлять имением. Правда, занималась я этим всего несколько месяцев, пока не уехала в Башню. Тамра сказала, что я получила все необходимые навыки. – Морейн криво усмехнулась. – Просто я «валялась без дела», по ее выражению. Подозреваю, что она решила поручить Голубой сестре обременительное дело, чтобы все было по-честному. А что у тебя? Какие такие задачки хотела тебе показать Сеталия?

– Куча старых отчетов, – пробурчала Суан, с удовольствием располагаясь на мягком стуле. Если бы только кожа не казалась платьем на три размера меньше! Не спрашивая разрешения, она налила себе чашку чаю. Девушки никогда не спрашивали друг у друга о таких вещах. – Она хотела, чтобы я разгадала, что происходило сорок или пятьдесят лет назад в Тарабоне, Салдэйе и Алтаре. – Стоило словам слететь с языка, как Суан захотелось зажать рот ладонью, но было уже слишком поздно.

Морейн выпрямилась, вдруг очень заинтересовавшись.

– Сеталия возглавляет «глаза-и-уши» Голубой Айя. – Это был не вопрос. Можно было не сомневаться, что Морейн сразу разглядит самую суть.

– Даже шепотом не повторяй этого. Проклятая женщина сварит меня живьем, как масличную рыбу, если узнает, что я проговорилась. Скорее всего, она все равно это сделает, но я не хочу давать ей повода раньше, чем она сама его отыщет. – Так наверняка и будет, если судить по сегодняшнему дню. – Послушай, раздача вознаграждения вряд ли продлится больше нескольких месяцев. А потом ты вольна идти куда хочешь. Дай мне знать, куда ты направляешься, и я, если что-нибудь узнаю, постараюсь послать тебе весточку. – Голубая Айя обладала обширной сетью «глаз-и-ушей», которую можно было с равным успехом использовать не только для отсылки сообщений в Белую Башню, но и для предачи посланий оттуда.

– Не уверена, что у меня есть несколько месяцев, –потупив глаза, тихим голосом произнесла Морейн, что было очень непохоже на нее. – Я... Я кое-что скрыла от тебя, Суан. – Но ведь у них никогда не было секретов друг от друга! – Я очень опасаюсь, что Совет вознамерился посадить меня на Солнечный Трон.