Янтарь - Елена Синякова

Разорвана в клочья тем, что не могла изменить…и не могла получить, каким бы реальным и близким не было мое маленькое счастье.

Злата больше ничего не пыталась сказать, но это было и не нужно.

Я сама прекрасно понимала, что он делал для меня все возможное и невозможное, без страха и упрека готовый пожертвовать даже собственной жизнью, толком и не зная, что я натворила и совершила, а я…

— …Я не достойна его! — рыдала я, что было силы, буквально растекаясь по полу, и водя ладонями по тому, что никогда не будет моим, выплескивая всю свою боль, панику и отчаянье, которые накопились за эти дни, не давая мне сна и покоя и выплескиваясь в этот момент безудержной лавиной, от которой в голове гудело, а тело содрогалось каждой рушившейся клеточкой, — Не достойна его внимания!

Даже одной его реснички! Он сделал для меня всё, а я разрушила его семью, сделала ему больно!

Утопая в слезах и своем горе, я не сразу ощутила, что Злата села рядом со мной прямо на пол, не пытаясь прикоснуться, и молча какое-то время, словно ждала, когда я утихну и смогу услышать ее приглушенный красивый голос.

— Это в мире людей можно сказать с большой уверенностью, что женщины выбирают мужчин. В мире людей мы можем играть какие-то роли, менять маски, соблазнять и плести интриги, пока не получим свое. В мире наших мужчин все иначе. Это они выбирают нас.

Я громко всхлипнула, пытаясь разлепить глаза от слез и вытирая лицо дрожащими ладонями, пока еще не понимая, о чем говорит эта стойкая храбрая девушка, сидя рядом со мной и глядя куда-то в заснеженный прекрасный лес немигающим взглядом, словно пыталась сквозь вековые ели, метровые сугробы и бесконечные километры леса увидеть своего огромного прекрасного мужа с холодными голубыми глазами, что лучились светом истинной любви ради нее одной.

— Я не знаю, как это происходит. Пыталась узнать, спрашивала, но никто из Беров не может объяснить. Говорят, что они просто влюбляются, и весь мир меняет для них свою ось, начиная вертеться только вокруг нас. Понимаешь? Мы идеальные для них, какими бы падшими и неправильными не были бы для самих себя…

Я всхлипнула еще раз, уже гораздо тише, вытирая рукавом красный нос, и всматриваясь осторожно и пристально в красивое точеное лицо девушки, которая сидела рядом со мной почти плечом к плечу, когда я осторожно оторвала себя от пола, вытягиваясь рядом с ней, но не в силах найти в себе силы, чтобы расправить плечи подобно ей, смотря вперед гордо и смело.

— Ты идеальная для Янтаря. Он выбрал тебя, Ягода.

Я затаила дыхание, глядя на Злату, которая сидела словно королева такая далекая.

Но такая близкая тем, что говорила со мной, словно показывая путь, по которому я должна идти вперед, никогда больше не опуская головы и стоя горой за своего мужчину.

СВОЕГО.

— Ты видела его глаза, когда он уходил. Разве этого не достаточно тебе?

Девушка впервые обернулась и посмотрела в мои распахнутые, опухшие от рева глаза твердо, немного холодно, но так отрезвляюще, что я почувствовала, как мои плечи расправляются и позвоночник вытягивается под взором этих серых глаз, в которых я видела не только боль, но твердость и уверенность в силе своего мужа.

— Знаешь, как называет меня Лютый?

Я, молча покачала головой, чувствуя себя в этот момент так странно, но так…. собрано. Словно черная пелена с моего сердца спала, наполняясь силой ее взгляда и уверенностью, в том, что наши Беры вернутся и встанут за нас стеной снова, если только это потребуется.

— Моя снежная королева.

Мне захотелось чуть улыбнуться, когда я кивнула, подумав о том, что это подходило Злате просто идеально. Собранная. холодная, прекрасная, с пронзительными серыми глазами, от взгляда которых все мои обуглившиеся части сердца собирались воедино, пусть замороженные, но живые.

— Ия не могу быть иной. Я люблю своего мужа и хочу быть достойной его любви, чтобы, возвращаясь с поля боя, он мог гордо смотреть в глаза своим братьям и всеми миру, а в мои — с восхищением и любовью.

Я притихла, уже не содрогаясь от рыданий, и повторяя про себя каждое сказанное ею слово, словно приходя в себя и только сейчас начиная думать не только о себе, а в первую очередь о нем.

Моем Янтаре.

— Ты знаешь, как называет тебя Янтарь?

— Облепишка. Клубничка, — мои губы дрогнули в печальной, но сдержанной улыбке, когда в голове пронесся его сладкий бас, мурлыкающий, и такой низкий, что даже сейчас на теле выступили мурашки, — Как угодно, но только не Ягода.

— Моё рыжее счастье.

И снова раскат грома прозвучал над моей головой, когда обдало жаром таким обжигающим, что я задержала дыхание, пытаясь справиться со своими эмоциями и шоком.

— Ты его счастье, Ягода, какой бы себя не считала. Поэтому соберись, отбрось все лишнее и стань тем, кем должна быть — его счастьем, — серые глаза Златы прожигали меня насквозь своей серьезностью и обнаженной правдой, которая не давала мне сорваться в новый порыв рыданий и страданий, словно была сильной рукой, держащей рыжего котенка за шкирку, — Перестань зацикливаться на себе и подумай о том, чьи глаза горят любовью к тебе. Будь его опорой и надеждой, к которой он будет возвращаться даже с края земли, в каком бы состоянии не был.

Потому что он заслуживает счастья! Теперь ты его единственная поддержка и опора, и весь его мир вращается только вокруг тебя. Так будь этого достойна!

Это было просто из разряда чего то нереального, но слова этой девушки с белокурыми волосами стали моей броней на сердце, которое еще минуту назад разваливалось на обуглившиеся части, готовое к полной и безоговорочной смерти, словно Злата подняла меня с колен, надев бронежилет от всех невзгод и печалей, показав, что теперь я была не одна и Янтарь нуждался во мне.

Во мне сильной, смелой и верящей в его любовь и силу.

Слова Златы стали для меня благословлением самой Снежной Королевы, отчего я выпрямилась, вытирая мокрые ресницы и глядя на отважную, сильную девушку уже не опуская глаз и не пряча своих эмоций.

— Спасибо тебе, — кивнула я в воцарившейся тишине, видя, как Злата чуть кивнула в ответ, пожимая плечами и продолжая смотреть только вперед, даже если я не была уверена, что она знает всех подробностей произошедшего и того, что могли сделать с ее мужем. Может, это было даже к лучшему, — Ты поставила меня на ноги с колен, даже не смотря на то, что ненавидишь…

— Это не ненависть, — спокойно отозвалась девушка, — Напротив, в этой ситуации я понимаю тебя больше остальных. Всем больно, все переживают, но только мы знаем, что значит гореть заживо, умирая каждую бесконечно долгую минуту этого ожидая. И потом…когда я встретилась с Лютым, то тоже имела за плечами опыт общения с другим мужчиной. Более того, я была помолвлена и сбежала от жениха, пытаясь показать свою независимость. Но когда увидела Лютого… — мне показалось, что и на теле Златы выступили мурашки, при одной только мысли о ее прекрасном огромном муже, — то поняла, что уже ничего не будет как прежде. С ним я стала собой. С ним узнала, что такое счастье, любовь и забота, и стала частью большой дружной семьи, о которой раньше не могла и мечтать.