Энигма для ведьмы - София Мещерская

Мне снился сон. Яркий, но какой-то неуловимый. Я слышала свой заливистый смех, чувствовала, как ветер треплет волосы и ночную рубашку. Я смотрела на проплывающий мимо город, а в голове была только одна мысль: "Ведьмы мстят неожиданно и жестко."

Потом мир покачнулся, я едва не упала, но метла удержалась. Умница моя!

Начала поить меня своей энергией, наполняя как никогда большой резерв. Нет худа без добра. Потеряв способность восстанавливаться самостоятельно, я обрела невероятную мощь в плане количества энергии. Главное — не осушиться в третий раз, иначе может так не повезти.

Город подо мной стремительно менялся, и вскоре я витала над домом, где была лишь однажды. Высокий трехэтажный особняк, который достался хозяину в наследство после смерти родителей.

Короткое заклятие-поисковик выявило, что жилище пустует — живых в нем как по заказу не оказалось. Я улыбнулась почти ласково и, вытянув руки перед собой, сплела настолько мощное заклятие, что сама восхитилась! А потом еще. И еще одно — для верности.

Дом превратился в графские развалины!

Громкий грохот, треск пламени и столб черного дыма не помешали подумать о том, чтобы замести следы. Никто не должен догадаться, что это сделала я. Даже во сне.

Я рассмеялась и решила, что месть должна быть понятной, иначе ее вкус не настолько сладок, верно? Поэтому на обломках расцвела одна красная роза, я тщательно вывела на лепестке надпись и поспешила скрыться, пока хозяева дома не вернулись.

Следующим, кому я собиралась отомстить, был Кеннет Делири. Он думает, что отделался проклятием потери мужской силы? Как бы не так! Несколько попыток убить, бесстыдное разглядывание ведьмы в белье, нападение на нее, когда нет возможности защититься… Нет, я понимала, что последнее он сделал, чтобы мне помочь, но кто его просил? Да и я могла оказаться действительно беззащитной — он же не мог точно знать, что сестры делились со мной магией, а не просто подбадривали!

Соображала я странно. Творила невероятные вещи, но при этом старательно заботились о том, чтобы не быть пойманной. Утешало только то, что это был сон. Яркий, реалистичный и в то же время совершенно нелогичный сон. Например, непонятным остался выбор жертвы ведьминской кровожадности. Почему мстить я собиралась именно Кеннету? Убить меня пытались все участники Триады. Больше того, приказ отдавал Лиам. Но почему-то мысль о том, чтобы навредить капитану, казалась дикой. Как его можно обидеть? У него же такие милые синие глазки! Совершенно потрясающие глазки! Мелькнула мысль, что глазки-то знакомые, но тут же исчезла. Обижать целителя не хотелось напрочь. Эрик был самым мягким в их тройке, поэтому его я тоже отмела. В конце концов, парню и так досталось! А Делири… Я ему еще за проклятие не отомстила! Ну и что, что Веда это сделала? Я ведь не Веда!

На этом спор с собственной совестью был завершен. Ведьминская зловредность как всегда победила, поэтому я счастливо улыбалась, пролетая над ночным городом. Обратно в академию летела под пологом невидимости, боясь, что меня заметят. Но это мне не мешало наслаждаться полетом. Чудилось, будто это и есть вкус свободы — в свежем прохладном ветре, в мягкой темноте ночи, в шелесте деревьев, в шорохе крыльев пролетающих птиц, в ласковом ветре, что бил в лицо. Как же в этот момент мне было жаль ведьм, которые не могли себе позволить длительные полеты.

Пообещала себе, что обязательно наведаюсь в Серые болота к знакомой рыдающей Иве и сделаю такие же метлы сестрам, когда эта ерунда с турниром закончится. Приблизительно в этот момент полет закончился, я почему-то спикировала вниз и потеряла связь с реальностью. Воздух и свобода опьянили, не иначе.

Помню, как рассыпалось осколками окно, когда я влетела в него на полной скорости, едва успев выставить единственный физический щит в своем арсенале. Помню отборную ругань. Затем… Чьи-то сильные руки подняли меня с пола. Кто-то звал меня, проверял цела ли. Я фыркнула. Ну да, сначала ты меня убить пытаешься, а потом: "Станочка, хорошая моя ведьмочка, что же ты творишь?"

— Ведьма я. — Вяло огрызнулась я, пытаясь высвободиться из мягкого мужского захвата, больше почему-то похожего на объятия, и разглядеть собеседника. — Отпусти! Иначе опять про-клян-ну!

Язык заплетался. А стоящий рядом парень продолжал удерживать ведьму, которую изрядно шатало. М-да, на метле я держалась лучше.

— Стана, я на твоем месте был бы аккуратнее с угрозами. — В голосе мага мне почудилась улыбка. — Проклянешь еще раз — с последствиями заставлю разбираться тебя. Немагическим способом.

Почему-то от этой фразы стало жарко, будто мне сказали нечто крайне неприличное. Я фыркнула, отгоняя эту мысль. Я помнила, что наслала на Кеннета проклятие бессилия замедленного действия и ограниченное по времени. Месяцок побудет монахом — будет потом знать, как на полуголых ведьм пялиться!

Но способа снять проклятие немагическим путем не существует, чего бы там приличного или неприличного Делири не удумал.

— Что за дурацкий сон? — Пробухтела я, в сотый раз предпринимая попытку вырваться. На этот раз вялую и не уверенную, скорее для вида, чем действительно надеясь обрести свободу. Во-первых, Кеннет был сильнее меня. Гораздо сильнее. Во-вторых, во сне все равно безопасно. А, в-третьих, в объятиях парня оказалось неожиданно тепло и уютно, от него исходила по-настоящему мужская уверенность — и не скажешь, что этот человек меня трижды чуть не убил. Маг просто стоял- молча, удерживая меня и бережно прижимая к себе, а я таяла. Потерлась щекой о мощную мускулистую грудь наследника Клана Смерти и закрыла глаза.

Раздалось глухое рычание. А потом сильные руки сдавили меня тисками, да так что послышался треск в ребрах, но вскрикнуть от боли не смогла — теплые жесткие губы накрыли рот поцелуем. Яростным. Жестким. Болезненным. Будто он долго сдерживался, но все-таки сорвался. Будто мое сопротивление доставляет ему физическую боль. Я попыталась кричать, однако ничего не вышло. Позволила себе расслабиться на секунду, а потом бессовестно укусила губу мага и с трудом вы вернулась, с удовольствием слушая яростное шипение Делири. А ты, дружок, думал, что в сказку попал? Это, между прочим, мой сон! И я тут главная!

Губы неприятно горели, но не возникло и мысли дать нормальный отпор. Где моя магия? Где метла? Почему во сне я веду себя так по-бестолковому?

— Пожалуйста, отпусти. — Попросила, отворачиваясь от новой попытки поцеловать.

Мучительный стон мага. И он дал немного свободы. Совсем чуть-чуть — ровно столько, сколько нужно было, чтобы объятия не причиняли боль.

— Я не могу. — Честно признался боевик, одной рукой удерживая меня за талию, а второй приподняв лицо за подбородок, чтобы смотрела на него. Но я не могла. Глаза заволокло пеленой слез.

Я выставила руки перед собой в отчаянной попытке отстраниться, но он был как скала — огромный и непоколебимый. Такого мне не сдвинуть. Слишком большой, слишком сильный, слишком уверенный.

— Тише, тише. — Шепотом просил Делири. — Я не причиню боли. Прости. Прости!