Пряничные туфельки - Наталья Сапункова

– Ваше величество, – Рик поклонился, – конечно, моя жена ничего подобного не имела в виду. Разве я осмелюсь сравнивать себя с их высочествами? Мою благодарность безмерна, ваше величество, да храни вас Пламя…

Пока Рик рассыпался в благодарностях, Ринну осенило, она провела рукой по шее и похолодела, и даже вскрикнула. Как можно было забыть! Не было подвески. И серёг тоже не было. Их ведь тогда отобрали монахини, перед тёмной комнатой…

– Что случилось? – встревоженный Рик подскочил к ней.

– Серьги и подвеска, у меня отобрали. Это мамино, Рик!

Рик вздохнул, он колебался – можно было, кажется, немедленно уйти, и ему не хотелось опять связываться с монахинями из-за безделушек.

– Рик! – она вцепилась в его руку. – Я должна их забрать. Это важно. Придётся сходить к тёте.

– Ну уж нет, – уперся он, – от меня ты не отойдёшь.

– Да бросьте, эсс циркач, это уже чрезмерно, – вмешалась королева. – Ясно же, что теперь вашей супруге не станут препятствовать. А попрощаться с родственницей ей, может, и следовало бы.

– Она у меня такая неловкая растяпа, ваше величество, – и бровью не повёл Рик. – Споткнётся ещё на лестнице, а нам скажут, что поломанные ноги можно лечить лишь в монастыре, и вообще, это всё воля Светлого Пламени.

– Я умоляю вас, ваше величество! – Ринна посмотрела на королеву.

– Хорошо, – королева была не слишком довольна, но подозвала фрейлину для особых поручений, – Фина, иди и передай настоятельнице, что я хочу увидеть драгоценности, которые леди Ринна отдала на хранение. И пусть принесут все её вещи, потому что она немедленно покинет Обитель. Подчеркни, что я жду.

Ждали недолго, скоро пришла сама тётя Астерия, и принесла она не только мешочек с украшениями, но и сумку, подаренную когда-то леди Рауз и привезённую сюда Ринной.

– Вот, ваше величество, – она высыпала на ладонь и протянула королеве украшения, а Ринне вручила сумку и наградила скорбным, полным упрёка взглядом.

– Это драгоценности моей кузины, ваше величество, она почти не снимала эти серьги, – и она вытерла слезинку в уголке глаза, – я полагаю, что теперь, когда бедная Ринна отлучена от семьи, топазы следует передать Клайку.

– Эти украшения отец подарил лично мне, – возразила Ринна, испуганная таким поворотом, – Клайку и так досталась вся фамильная шкатулка, эти топазы никогда в ней не лежали!

– Драгоценности покойной графини следует считать фамильными украшениями. Думаю, его величество рассудил бы так же, иначе он сам распорядился бы обеспечить мою племянницу… бывшую.

– Это такое семейное дело, – задумчиво сказала королева, трогая пальцем блестящие голубые камни на своей ладони, – полагаю, что гм… бедной Ринне можно оставить это в память о родителях. Хотя формально вы правы, пресветлая матушка, но… Оставим это на суд короля? Хорошо, пусть всё положат в шкатулку и опечатают, – она подозвала Фину и передала ей украшения.

– Это мудрое решение, ваше величество! – закивала тетя Астерия.

Бывшая тётя Астерия.

Ринна побледнела и кусала губы.

– Ваше величество, я умоляю вас…

Рик сжал ей руку, взглядом попросив молчать. Королева продолжала, обращаясь к настоятельнице:

– Так и поступим. Я отправлю это в Асвард вместе с письмом в Главный Храм. Вижу, что от вашего усердия в служении некоторые дела Обители пребывают в расстройстве, Храм пришлёт смотрителей и они всё проверят и приведут в наилучший вид. Не благодарите, пресветлая матушка, я всегда рада услужить вам.

На лице настоятельницы мелькнула не то что не благодарность – негодование наполовину с ужасом, но она быстро взяла себя в руки.

– Мы всегда готовы к любой превратности, нам ниспосланной, ваше величество.

– Уезжайте, эсс циркач, ваш ждёт ваш цирк, – королева не слишком любезно взглянула на Рика, – если, конечно, не желаете с женой остаться на завтрак.

– Премного благодарим, ваше величество. У моей жены здесь аппетит плохой, отощала слишком, вон я весь в синяках от её костей! – Рик поклонился раболепно, почти до земли. – Я её в трактире накормлю. Глядишь, и станет опять румяной, аппетитной пышечкой. Мы, хоть и циркачи неучёные, а тоже в красоте понимаем! Ещё и ещё раз благодарим, ваше величество! – он опять поклонился.

Ринна присела в реверансе с некоторой задержкой – услышав речи супруга, она чуть не задохнулась от возмущения.

– Дорогая, – Рик крепко взял её за руку и повел к дверям.

– Шут! – бросила королева им вслед.

У Пламени во дворе они всё-таки остановились и подбросили поленцев – на прощание. У ворот стояла карета с распахнутой дверкой, на главном сиденье уже сидели какие-то мужчины, они сухо ответили на приветствия Рика и избегали смотреть на Ринну, пока она усаживалась.

Подбежала Фина и, вскочив на подножку, сунула в руки Рику маленькую коробочку, которую тот сразу спрятал в поясной карман. И задорно улыбнулась Ринне:

– Доброго пути, миледи!

– Спасибо вам за всё, Фина, – от души поблагодарила Ринна девушку.

Коробочка в кармане Рика заставила её сердце биться быстрее. Он кивнул в ответ на её взгляд. Когда карета тронулась, сказал:

– За рысь не бойся, она за нами пойдёт. Ты тут совсем разучилась её слышать, да?

Он совсем не тем голосом это сказал, которым напоследок говорил с королевой, а своим обычным, за который никто не обругает шутом. Она только улыбнулась в ответ. Она не разучилась, а научилась! Если раньше не была рысью, то теперь стала!

– Ничего, скоро всё восстановится, – добавил Рик. – Мы у ближнего трактира сойдём, и правда завтракать пора.