Алхимия любви - Ника Ёрш

– Все правильно сказала, – проговорил он куда-то ей в макушку, – я понимаю.

И она разрыдалась, как глупая девчонка, прижимаясь к его груди, некрасиво всхлипывая и отчаянно цепляясь за его рубашку. Все сожаления, что копились последнюю неделю, хлынули градом слез и глупых жалоб на отца, на мать, на горничную и на весь мир в целом.

Она и сама не поняла, как Вольт довел ее до кровати, помог раздеться до сорочки, кивая и успокаивая, напоил водой и, уложив в постель, целомудренно накрыл одеялом до самого носа. Сабина все еще всхлипывала, пытаясь немного раскрыться, но Вольт не дал, сказав, что так надежнее. А после он сидел рядом, вытирал ее слезы своим безупречно белым платком, бездумно поглаживая кончиками пальцев от виска до скулы и ожидая, пока Сабина придет в себя.

Наконец ее дыхание выровнялось, и судорожные спазмы ушли вместе со слезливым настроением. Она хотела извиниться за свое поведение, но, так и не сделав этого, провалилась в крепкий, удивительно спокойный сон.

* * *

Разбудила Сабину, как ни странно, свекровь. Миссис Краспер стояла над кроватью, широко улыбаясь.

– Завтрак уже подан в малой гостиной, – радостно объявила она, – а ты все спишь, дорогая.

– Что? – Сабина никак не могла взять в толк, что происходит. Ее глаза, казалось, стали меньше, а свет, проникающий в окна, страшно раздражал.

– Сын сказал, ты соня и ни за что не встанешь сама, потому просил тебя разбудить, – объяснила миссис Краспер. – Сам он уже час как уехал в город, а вернуться обещал лишь к вечеру.

– Вольт? – Сабина посмотрела на его половину кровати, и краска смущения тут же залила ее лицо. На соседней подушке вместо головы мужа лежала шикарная красная роза на длинной ножке, а сама Сабина лежала на кровати, раскинув руки и ноги, оголив все, что только можно, и немного того, что нельзя.

– Ох! – Она вскочила с постели, одернула сорочку и оглядела комнату в поисках халата. На миссис Краспер Сабина не смотрела – дикая неловкость не давала даже подумать об этом.

– Я подожду тебя внизу, дорогая, – поняв все без слов, проговорила свекровь, не скрывая того, что вполне счастлива увиденным. И быстро ретировалась.

Какое-то время Сабина в смятении смотрела ей вслед, вспоминая свою вечернюю истерику, объятия Вольта сквозь сон… Она шумно втянула воздух носом и ощутила аромат его туалетной воды. Он словно окутал ее всю: запах свежести, леса и чего-то пряного.

Сабина улыбнулась.

Повернувшись к постели, она медленно присела и взяла в руки розу. Шипы на стебле были заботливо обрезаны, а сам цветок пах одуряюще сладко.

– Надо же. Ни к чему было… – прошептала она, все еще улыбаясь как ненормальная.

Приняв душ, Сабина магией убрала с лица последствия долгих слез. Быстро одеваясь к завтраку, она то и дело посматривала на розу, чувствуя, как внутри разливается тепло. Приказав горничной, Рите, поставить цветок в воду, Сабина с удовольствием поела в обществе свекрови и с полным удовлетворением отправилась на первый день практики в лекарню мистера Бифза.

Ничто не могло омрачить ее прекрасного настроения. Даже дождливая серая погода с хмурящимся небом и угрожающе частыми раскатами грома оказалась Сабине в радость.

– Как свежо, – сказала она, глядя в окно. – Хорошо сегодня.

– Как скажете, мисс, – учтиво ответил Рикон, посмотрев на нее, как на блаженную. – Скажите, а мне нужно будет ждать вас у лекарни?

Сабина удивленно посмотрела на водителя.

– Понимаете, – затараторил он, – миссис Моес просила забрать новой утвари на кухню, если вдруг останется время. Так вот, если вы там надолго, я мог бы…

– Конечно, заберите. А потом приезжайте за мной, – кивнула Сабина. – Сегодня я поговорю с мистером Бифзом и узнаю точно, до какого часа буду работать. Так что впредь будет легче планировать время.

– Спасибо, мисс, – Рикон прибавил скорости, – я туда и назад.

Вся дорога до Белфорта так и сопровождалась дождем, однако, как и в прошлый раз, стоило подъехать к самому городу, как небо стало проясняться, а из-за туч радостно выглянуло солнце. Размышляя о таком совпадении, Сабина нахмурилась, окончательно уверяясь: непогода – дело рук губернатора.

– Мне бы хотелось отправить магограмму отцу, – проговорила она, посмотрев на водителя. – Это можно сделать где-то, кроме Флиор-Холла?

– Нет, мисс, – водитель криво усмехнулся, – все сосредоточено в центре Белфорта. Но я мог бы отвезти вас туда.

– Неужели больше нигде? – поразилась Сабина. – Это ведь огромная территория.

– Только там, мисс.

– А портальная почта?

– Тоже там, мисс. Есть обычная почта, она уходит поездом раз в семь дней. Кажется, очередная отправка завтра.

– Семь дней?! Вы шутите, Рикон?

– Никак нет, – водитель покачал головой и притормозил у калитки, ведущей к лекарне. – Мы приехали. Если захотите завтра что-то отправить, но не магическим почтамтом, нужно будет сделать это до десяти утра.

– Пожалуй, я так и поступлю. Спасибо. Можешь ехать за заказом миссис Моес.

– Я скоро вернусь, спасибо.

Сабина посмотрела вслед удаляющемуся автомобилю и перевела взгляд на тропинку. Невдалеке виднелся огромный дом с роскошным садом, и, стоило ей это увидеть, снова вспомнились слова Вольта о том, что лекарь для бедных не мог позволить себе такого жилья.

– Сначала нужно узнать человека, – упрямо проговорила Сабина и пошла в нужную сторону. – Человек, вызвавшийся лечить людей бесплатно, не может быть плохим.

Твердо убедившись в правильности своих суждений, она постучала в дверь лечебницы…

Однако уже через несколько часов все прекрасное настроение Сабины испарилось, будто и не было. Мало того, что помощница лекаря, Эсма Торинс, встретив ее, не нашла ничего лучше, чем поручить Сабине мытье пробирок и многоразовых шприцов, так еще и доктор, пришедший на работу с большим опозданием, посоветовал чаще оставаться дома.

– Ни к чему вам мараться, мисс, – увещевал он, присев за свой стол и сложив ладони домиком. – Если очень хочется стать полезной обществу, то есть у благородной женщины гораздо более важная роль. Рожать. Много и часто! Вы ведь знаете, Сабина, что суть женщины – материнство? Ваш организм предназначен для этого самой природой, а против нее не попрешь.

Сабину очень задели его слова, но она прекрасно понимала, что первое время к ней будут относиться именно так. Увы, подобное суждение более-менее искоренили лишь в Соулдоне и близлежащих крупных городах. Потому она решила проявить твердость и настойчивость, показав на деле, насколько полезной может быть.

– Со всем уважением к вам, мистер Бифз, я сюда приехала не за советами, как лучше распорядиться годом практики, – ответила она. – Мне бы хотелось слышать от вас наставления исключительно по поводу лечебной деятельности, и, уверяю вас, вы не пожалеете о своем решении принять меня в качестве помощницы.