Ловушка для принцессы - Елена Звездная

– Расхотелось числиться среди мертвых?

И все! Я как громом пораженная стояла с открытым ртом и смотрела в спину уходящего правителя. И ощущение такое, словно вдруг все внутри заледенело. Отделившись от толпящегося внизу усталого воинства, ко мне поднялся Хантр, передал ту самую сумку с документами, сухо и вежливо произнес что-то типа «рад видеть вас живой и невредимой» и ушел, даже не оглядываясь. Нервно взглянула на прибывших. Вздрогнула от той лавины осуждения, что читалась в их взглядах. Рав так вообще демонстративно сплюнул на мраморные плиты подъездного пути. Пожалуй, именно это меня и отрезвило!

Окончательно разозлившись и на Динара, и на все это демонстративно презирающее меня воинство, я ринулась вслед за рыжим! По лестнице взбежала, по широкой галерее, отделяющей королевские покои от остальной части дворца, тоже практически пробежала, а вот перед дверью рыжего замерла. Перевела дыхание и ворвалась к нему без стука! Зря...

– Кат, глубина твоего морального падения меня давно пугает, но чтобы все было настолько плохо... – лениво протянул правитель Далларии, и не думая отпускать леди Латаэ, которая покрасневшая, смущенная и с полураспущенным лифом восседала у него на коленях.

Он ее что, схватил в коридоре, пока сюда шел, и сразу приступил к... поцелуям?

– Вон, – приказала я леди.

Та мгновенно ретировалась, оставив меня наедине с Динаром. Рыжий потянулся к кубку с вином. И самое неприятное – даже не думал оправдываться.

– Катриона, Катриона, – с откровенной насмешкой произнес он, – я устал, я голоден, зол и измотан. И вместо того, чтобы проявить хоть малейшее сочувствие, оставив меня одного, ты смеешь врываться в мои покои! Девочка, для тебя законов этики не существует как таковых, или как?

Такое ощущение, что передо мной совсем другой Динар. Злой, иронично-насмешливый и холодно-пренебрежительный. И если к прежнему я могла бы подойти и, просто обняв, признаться в том, как мне его не хватало, то это совсем другой зверь... Проблема лишь в том, что этот зверь мне очень нужен! И, вспомнив о том, что гордости у меня не было, нет и, надеюсь, никогда не будет, я предельно вежливо попросила:

– Мне необходима твоя помощь... и сейчас.

– Даже так. – Он меня таким взглядом окинул, что я мгновенно ощутила себя ничтожной мошкой, жужжащей и надоедающей его величию. – А где же наш всемогущий шенге? Или потрясающий своим ослиным благородством Аршхан? А может, следовало обратиться с нижайшей просьбой к самому Та Шерру? Ему ты тоже весьма приглянулась...

Впервые в жизни стою, смотрю на человека и понимаю, что, несмотря на все желание плюнуть ему в рожу и уйти, мне придется просить.

– Динар, пожалуйста...

– Айсир Грахсовен, – поправил он.

Хорошо, я стерплю и это.

– Айсир Грахсовен, мне очень нужна ваша помощь, и, к сожалению, мне можете помочь только вы и...

– К сожалению? – Динар, не скрывая злости, рассмеялся. – Так ты еще и сожалеешь об этом, Кат. Ну как же – к сожалению, только носитель Алого пламени, и никто иной... Синее пламя и, соответственно, Аршхан в пролете, так что поползем просить Динара! Он же такой идиот, что ради некоторых пойдет на все, да, Кат?!

Я смотрела на него и не понимала, что происходит... Шенге говорил, что магия и сила меняют людей, но чтобы настолько... И дело в том, что Динар прав, – никто, кроме него, мне не поможет. Объяснение шенге было туманным, но смысл таков: «Только слияние Красного пламени и Жизни сможет уничтожить сотворенное Ледяным светом». И мне нужен Динар, я не могу уйти отсюда с ответом «нет».

– Пожалуйста, – подошла к нему ближе, – я тебя очень прошу... Я тебя больше никогда и ни о чем просить не буду, клянусь, но сейчас... ты мне так нужен... – по щекам потекли слезы, и я стремительно отвернулась, стараясь скрыть это проявление слабости. С тем, прежним Динаром я могла бы и поплакать, а этот Динар был безжалостен и в то же время необходим мне.

– Реветь прекрати, – прорычал он. – Попробую угадать, дело в Лоре, да?

Я кивнула, все так же стоя к нему спиной. Зато стремительно развернулась, в ужасе глядя на правителя Далларии, едва тот произнес:

– А неплохой расклад получается: Лора сдохнет, ты остаешься единственной принцессой, и я получаю и тебя, и Оитлон! Мне нравится!

Динар с ехидной ухмылкой взглянул на меня, ожидая реакции. А я молчала. И тогда он продолжил:

– Как тебе такой расклад, Катриона? – Продолжая пристально взирать на меня, медленно сделал глоток вина и добавил: – А учитывая мои внезапно обретенные способности и пробудившиеся возможности, в войне между мной и твоим папиком я, несомненно, выиграю! Хочешь узнать, что будет дальше?

Я даже пошевелиться боялась.

– А дальше Даллария поглотит Оитлон, я стану единоличным правителем, а ты мне рожать будешь! В год по ребенку! Как моя мать. У нас, далларийцев, семьи большие, это тебе не двух принцессочек на свет произвести и отдыхать, в наших семьях по восемь детей как минимум! Королевские – не исключение! Так как тебе перспектива, Кат?

Рыжий далларийский ублюдок смотрел на меня и откровенно усмехался. Нагло, самоуверенно, жестоко. Но, несмотря на все сказанное, он не был для меня врагом, и я почему-то не верила, что Динар на такое пойдет... Он, конечно, способен на многое, но в нем была одна черта, которую айсир Грахсовен старательно скрывал, – благородство.

– Твоя мать меня ненавидит, – тихо сказала я, – и твои сестры... и бабушка... и все придворные леди. И даже Мейлина...

– Это должно меня разжалобить? – Динар насмешливо изогнул бровь. – Не разжалобило!

Я с грустью смотрела на него, понимая, что надо мной откровенно издеваются, и все равно не могла уйти.

– Лора умирает, – я опустила глаза, – а просить мне больше некого, тут ты прав.

С трудом удержала очередную порцию слез, и, как ни хотелось уйти, я продолжала стоять здесь.

– Ты достала уже, утырка чертова! – Кубок отлетел в камин. – Ты мне всю душу вымотала!

Он вскочил, пнул кресло, и оно отлетело, разбившись об угол все того же многострадального камина.

– Пошли уже, – рявкнул Динар. – Пошли, я сказал!

* * *

Ругаться он перестал, только когда увидел Лору. У меня к тому времени от обильной и крайне негативной информации о себе уже голова разболелась, а стражники и вовсе раз шесть роняли секиры, при очередном весьма красочном эпитете. Но он шел за мной, все остальное можно было и потерпеть. Зато едва вошли в мою спальню, Динар умолк. Обошел меня, подошел к сжавшейся Лориане и, погладив ее по руке, прошептал:

– Привет, красотка...

– Айсир Грахсовен, – едва слышно ответила Лора, – вы столь же галантны, сколь и обманчиво любезны.

Динар улыбнулся ей в ответ, но эта улыбка казалась жалкой.

– Кат, что делаем? – обратился он ко мне, все так же глядя на Лориану.