Земля Серебряных Яблок - Нэнси Фармер

— Брат Айден внушал мне, будто у меня прекрасная душа и в Небесах я воссияю как утренняя звезда. А Джек вернул мне свободу, и теперь я не рабыня. — Пега подняла взгляд, ее испещренное пятнами лицо светилось обожанием. — Я поклялась служить ему всю жизнь и никогда, никогда больше не жаловаться на судьбу. Но подобную жестокость я даже представить себе не могла! Никакой я не цветок. И никакой не птенчик. Никто не захочет на мне жениться; такое можно только в шутку сказать.

Бука присел на корточки рядом с Пегой и попытался взять ее за руку. Девочка резко оттолкнула его.

— Поганочка моя, не плачь, ну пожалуйста! Я вовсе не шутил. У меня и чувства юмора-то нет!

— Он говорит правду. Своими историями он даже галку не насмешит, — заверил Немезида.

— Сперва меня очаровал твой голос, — рассказывал Бука. — Я уж подумал, это королева эльфов вторглась в наши земли, и собирался уже… ну да неважно, что я там собирался. С эльфами мы никогда не ладили. Но стоило мне увидеть твое лицо, и я влюбился с первого взгляда. «Это все обманчивый лунный свет, — внушал себе я. — В лучах солнца она станет такая же, как любая грязевичка». Но вот занялась заря — и красота твоя засияла еще ярче.

Пега вскинула голову. Лицо ее было мокро от слез. Девочка вытерла нос рукавом, дрожа от волнения.

— Так ты все это время за мной подглядывал?

— Конечно! И кто бы удержался на моем месте? — воскликнул Бука.

Пега невесело засмеялась.

— Ну да… в твоих глазах… я, наверное, выгляжу очень даже соблазнительно.

Король хобгоблинов ухмыльнулся, подвижный рот растянулся от уха до уха. Крапчатая физиономия лучилась радостью.

— Ох ты, боже мой, — вздохнула Пега, вновь повесив голову.

Джек решил, что пора вмешаться.

— Возможно, я ей и не брат, господин, — объявил он, — но я со всей определенностью ее опекун. А в наших землях ухаживание длится неспешно. Даме нужно время, чтобы попривыкнуть к своему поклоннику.

Джек, конечно же, знал, что на самом деле это не так, но слышал о чем-то подобном в сказках.

— Брак — это ловушка, — перебила Торгиль. — Угодив в нее по дурости, девушка разом теряет все. Прости-прощай, сладкие радости битвы! Ей уже не бросать вызов яростным штормам и не пограбить всласть! Бедняжка проведет всю жизнь за унизительной работой — ей придется стряпать, ткать, шить, скрести да мыть, да еще и приглядывать за вонючими младенцами. В том нет чести. Нам с тобой нужно серьезно поговорить, Пега.

Все потрясенно уставились на воительницу. Наконец молчание нарушил Бука.

— Владыка Леса ее все-таки не забрал — а жаль! Но правила ухаживания я понимаю. Прости меня, моя ненаглядная полынная веточка, за излишнюю поспешность. — Хобгоблин завладел руками Пеги, и на сей раз девочка была слишком подавлена, чтобы его оттолкнуть. — Я стану ждать, сколько скажешь. Хоть всю жизнь, если понадобится.

Все присутствующие дамы восхищенно заохали, одна-две украдкой смахнули с глаз слезинки. Пега лишь удрученно глядела в пол.

— А теперь пора и за стол! — воскликнул Бука под аплодисменты и одобрительный гомон.

— Ну наконец-то, — буркнул Немезида.

Хобгоблины засуетились, забегали туда-сюда, расставляя столы на козлах и таща деревянные тарелки, ножи и ложки. Расставили что-то вроде гигантских желудевых шляпок, приплюснутых с одного конца устойчивости ради. Джек взял в руки одну такую шляпку и внимательно рассмотрел ее со всех сторон.

— С собственного дуба самого Владыки Леса, — похвасталась Мамуся.

— О чем Владыка Леса, разумеется, и не подозревает, — добавил Бука.

— Вы все время упоминаете про Владыку Леса, — промолвил Джек. — А кто он такой?

— Один из древних богов, — объяснил король хобгоблинов. — Он пришел сюда первым, вместе со Стариком-с-Луны, Диким Охотником и ярткинами.

— Он ненавидит людей за то, что люди убивают его детей, — объяснила Мамуся.

Вид у нее был мрачно-торжественный, и Джек понял, что перед ним — совсем не нелепая, бестолковая мамаша, как показалось на первый взгляд, но существо непостижимое и мудрое.

— А кто такие его дети? — тихо переспросил мальчик.

— Деревья, трава, мох, равно как и звери и птицы. Владыка Леса правит зеленым миром. К тем, кто причиняет вред его подданным, Владыка Леса питает неизбывную ненависть. Вот поэтому он и пытался забрать твою подругу Торгиль.

— Что такое? Что вы такое говорите? — встрепенулась девочка.

— Ты убила олененка, который тебе доверился, — объяснила мать Буки, ничуть не устрашившись ее гнева. — Никто не охотится на созданий Владыки Леса в самом сердце его королевства — даже мы. Звери поступают друг с другом согласно его законам. Олененок убежал бы от волка — но не от тебя. От такого предательства содрогнулся весь лес. Обитатели его стали чуть менее доверчивы. Царству Владыки Леса нанесен тяжкий удар.

— Вы знали, что Торгиль в опасности, и бросили ее на медленную смерть? — Джек уже успел проникнуться к хобгоблинам искренней симпатией, но оставить беспомощную жертву на съедение мху… это же бесчеловечно!

— Она заслужила эту участь. — В глазах Мамуси, похожих на два темных омута, не читалось ни тени сожаления.

— Зато мы спасли второго, — напомнил Бука, вероятно, желая развеять мрачный настрой, воцарившийся на празднестве.

— Очередной пример твоей непроходимой глупости, — отрезал Немезида. — Вьющиеся лозы уже тащили его в реку — и так ему и надо, за то, что пытался сквозь них прорубиться. И чем же он отблагодарил нас? Тотчас же принялся ныть и жаловаться, что мы, дескать, были чересчур грубы.

— Погодите-ка! — воскликнул Джек: в голову ему пришла счастливая мысль. — А его, часом, не Брутом звали?

— Вижу, ты его знаешь, — откликнулся Немезида.

— Знаю? — вмешалась Пега, впервые нарушив унылое молчание. — Это мой друг!

— Вот те на! — охнул Бука. — Лучше б мы его оставили у себя!

— Что вы с ним сделали?

— Ничего дурного, — поспешно заверил король хобгоблинов, попытавшись обнять Пегу за плечи.

Та решительно отстранилась.

Немезида неприятно рассмеялся.

— Мы дали ему то, чего он заслуживал. Будьте осторожны в просьбах, я всегда это говорил. Брут ни тени благодарности к нам не испытывал. «Ни-ни-ни-ни, Бруту это не по душе, ох, нет, совсем не по душе», — передразнил хобгоблин, ловко подделываясь под голос раба.

— Вы причинили ему какой-то вред, — обвинил хобгоблинов Джек, вскакивая на ноги.

Да, его бесили вечные Брутовы жалобы да неумолчный свист, но мальчик не желал ему зла.

— Ничего подобного! Мы спасли ему жизнь! — закричал Бука.

— Это я его выпроводил восвояси, — гордо заявил Немезида. — Его королевское идиотство желали удержать Брута в гостях, но мой долг — поддерживать в этой стране порядок. Нетрудно представить, какой хаос Брут учинил бы среди нас. Он же потомок Ланселота, а все мужчины этого рода умеют наводить чары на женщин.