Хозяйка Тишины - Анна Снегова

И мои надежды вполне оправдались. Я побродила немного по двору, особо не приближаясь к посторонним, и в мою сторону никто даже не посмотрел. Все неспешно занимались собственными делами. Даже Совёнок куда-то подевался – наверняка пропадает у Мэгги.

Раскрытые настежь ворота холда, за которыми виднелся смазанный пейзаж туманных холмов, вересковых полей и серого северного неба, манили нестерпимо. Я опомнилась, что иду к ним, только, когда до желанного выхода оставались считанные шаги – уже под самыми сводами. Многотонная толща камня над моей головой давила, ощущалась будто ошейник – тогда как там, впереди, я могла бы снова дышать свободно. Я так соскучилась по этой свободе! Хотя бы ненадолго…

Прямо мне под ноги камнем с неба упала белая сова.

Села посреди дороги на мохнатых лапах, распахнула крылья, разинула клюв. Золотые глаза глянули насмешливо.

- Да что тебе от меня нужно?! – не выдержала я.

Птица не ответила.

- Ты за мной следишь? Помогаешь? Мешаешь? Что?!

С тем же успехом.

Ясно было одно – вот прямо сейчас эта странная птичка категорически против того, чтобы я покидала холд. Подыгрывает здешнему хозяину.

Вздохнув, я с тоской бросила последний взгляд на холмы.

- Ну ладно, ладно! Уговорила.

Делаю шаг назад. Насмешливый блеск золотых глаз сменяется довольным. Может, я конечно всё придумываю – но больно уж натренировалась в чтении совиных выражений за годы общения с Совёнком. Вот только эта… неразговорчивая какая-то. И как понять, что ей от меня надо?

Когда белая тайна вспархивает из-под ног и в считанные мгновения растворяется в утренней дымке, на булыжниках остаётся лежать перо.

Я поднимаю его и подношу к глазам. Переливается, как жидкое серебро.

Кто-то толкает в бок.

- Эй, малец! Чего стоишь на проходе? Дай дорогу!

Бородатый грузный крестьянин с усталым лицом тащит котомку на плечах. С ним женщина и двое чумазых детей. Кажется, временные обитатели холда Нордвинг отправляются по домам – Первые холода отступили и его призрачная защита больше не нужна.

- Простите! – оправдываюсь я. – Тут сова сидела, я не смогла обойти…

- Какая сова днём? Пьяный ты, чтоли? – хмыкает бородач и проходит мимо.

- Не было птички! – уверенно поддакивает глазастый юркий мальчишка и догоняет отца.

Ну не было, так не было. Тайной больше, тайной меньше… я уже устала разгадывать головоломки, которые подбрасывает мне судьба.

Сова оставила перо. Когда-нибудь мы точно ещё встретимся.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Следующей стала проблема добычи пропитания. На кухню соваться я не решилась. Там меня слишком хорошо знали, и наверняка начали бы присматриваться. Тем более – Берта после ночного происшествия. Ещё и с разговорами бы полезла.

Промаявшись кое-как до вечера, я решила отправить за едой Совёнка. Снова заперлась в комнате, оставила только ставни нараспашку. Он летал вниз и таскал в когтях то кусок хлеба, то грушу.

«Всё, больше не полечу. Меня обещали тряпкой прибить, если ещё раз увидят. Рассказывай, наконец, что стряслось».

Совёнок уселся рядом на спинку кровати и внимательно следил за тем, как я нервно вгрызаюсь в сочный фрукт.

- А почему ты решил, что…

«Ты мне голову-то не дури, Тэмирен! Я тебя как облупленную знаю с самого детства. Раз много ешь, значит есть что заедать. Ну и? Очередное пророчество разбудила? Мы все умрём? Сколько до конца света осталось?».

Я запустила в ехидину огрызком. Он не стушевался, поймал его на лету и принялся расклёвывать.

- Ну-у-у… Если вкратце… Дункан меня раскрыл. Он теперь меня ненавидит, трогать вряд ли даст и что делать с заклятием, я понятия не имею. Так что умру скорее всего только я. За себя можешь не волноваться. Ах да, и Кольцо-Печать сломала ещё.

Совёнок поперхнулся, и я почувствовала нечто вроде угрызений совести. Но недолго.

«И почему у меня хозяйка – такая дурёха неуклюжая?! Чем я провинился перед совиными богами?!.. Ох, горе моё луковое. Что, шапку при нём потеряла?»

- Нет. Не важно, - насупилась я. Лучше ему не знать, как всё было в действительности. – Посоветовал бы, что теперь делать, чем остроумие об меня оттачивать.

Совёнок стал перебирать лапами, бродить по доске туда-сюда и вертеть беспокойно головой. Думать.

«Сиди здесь и никуда не уходи».

- А ты?

«А я на стратегический совет. Надо обсудить проблему с умным человеком».

Я не успела возмутиться, как он сиганул в окно. Ну вот – доверяй после этого друзьям!

Вернулся он быстро.

«Идём! Мы всё придумали».

- Кто это – «мы»? – вскинулась я.

«Я и Мэгги, конечно же. Так что двери отпирай и двигай к ней в комнату. Давай, давай, поживее! А то как будто не ты помирать собралась».

Бурча и пряча на ходу волосы на всякий случай, я всё же пошла. А что ещё мне оставалось делать? Когда Совёнку что-то втемяшится в круглую башку, сопротивляться бесполезно.

Мэгги сидела на постели с оживлённым видом. Кажется, ей стало лучше с тех пор, как Тишина покинула холд. Уже не такая бледная, и глаза горят… а хотя, горят они наверняка потому, что они с Совёнком что-то задумали.

- Садись! – скомандовала Мэг. Почему мной все помыкают?!

Я села на стул у кровати. Вздохнула. Погладила Мэгги по руке. На неё сердиться не могу. Хотя, чего там – ни на одного из них не могу.

- Тебе лучше?

- Ага! – радостно отозвалась девочка и тут же отмахнулась от этой новости, как несущественной. – Совёнок всё рассказал. Бедняжечка! Я знала, конечно, что мой брат – дубина упёртая, но чтобы до такой степени, чтоб сердиться на такую лапочку… А я-то ещё думаю, чего он с утра пораньше такой злющий был и хмурый, когда проведать меня приходил. Водой ледяной опять обливался – по нему сразу видно. А вы, оказывается, поссорились…

То, чем мы занимались ночью, было трудно назвать словом «поссорились». Но можно и так сказать.