Земляника для короля - Оксана Владимирова

Казимир и Тесса, волком смотрели на Овида. Но, в конце концов, беседу мы кое-как поддержали. Сен Савит вел себя так как будто ничего не случилось. Он не замечал неприязненных взглядов моих родственников. Такой толстокожести мне бы еще поучиться.

Когда мы сели за ужин к нам подошли генерал и отец. Оба были напряжены, и их глаза не светились восторгами. Я поняла, что мужчины поговорили, но до конца обиды и разногласия не разрешили. Но ничего, пусть учатся общаться друг с другом. Ничто не объединяет людей лучше всего как: общее дело или общий враг. Поэтому, решила отвлечь их от своих переживаний, нашей общей, так сказать, проблемой:

— Я приняла решение, — сказала я, когда все расселись за стол. — Думаю, мне стоит попробовать побороться за корону, чтобы потом не жалеть, что мною ничего не было сделано. Но скажу честно по головам не пойду и действовать во вред себе и другим не стану. Если не стану королевой, то так тому и быть.

— Умница дочка, — обрадовался дед. — Это по-нашему. Поверь, вся армия и офицеры будут за тебя. Я знаю, что нужно сделать, чтобы любой солдат не побоялся умереть за цессу Роляини.

Кряжек напрягся, заметив, что дед изменил мою фамилию. А мне опять вспомнился Иржик. Стало не по себе, я не хочу снова переживать эти чувства, когда по твоей вине кто-то умирает.

— Умирать не стоит, я думаю, нужно начать с газет, там пишут слишком много неоднозначной информации.

— Интересный подход, — удивился Ратасел. — Думаешь, это так важно?

— Это очень важно. Газеты, где написано о прекрасных свершениях других цесс и обо мне очень замечательной, но такой бесполезной прочитают по всей стране. Это будут люди, которые меня знают и те, кто не знают. Когда придет время выбора, как вы думаете, решат ли они, что именно такая странная королева им нужна?

— Хм-м. Никогда бы не догадался, — удивился Ратасел.

— Это потому, что у вас давно не было выборов. Поверьте, Ренейт и Акнэ знают о том, кто и как формирует сознание людей. На Земле это давно не секрет.

— Ну а что должны были написать в газетах про тебя? Люди пишут то, что видят, — возмутился Овид — предлагаешь им солгать?

Тесса возмущенно отложила приборы, строго взглянув на Овида. Дед тоже перестал резать мясо и посмотрел на него.

— В том то и суть, что они ничего не видели. Равно как и вы. Вы не знаете, насколько сильно изменит образование всю страну, — возмутилась я. — Поверьте, оно может повлиять на развитие державы сильнее, чем свершения в экономике и технический прогресс. Скажу больше, без образования они развиваться не будут. Кому передавать опыт и свои наработки? Где находить гениальных изобретателей?

— Как-то раньше все развивались. Приходили цессы, приходило развитие. Они и приносили новые знания, — невозмутимо прокомментировал Овид.

— А потом их за эти знания убивали? Как Леславу великую? — спросила я.

За столом повисло молчание. Я поняла, что своими словами могла задеть Кряжека.

— А ты откуда об этом знаешь? — спросил отец.

Сдавать деда не хотелось. Я боялась, что они разругаются еще больше, поэтому решила взять весь огонь на себя.

— А ты в курсе, что в столице от цесс не скрывают информацию? Я могу ходить в нормальную библиотеку, а там читать нормальные книги, не детские. А еще, иногда, я задаю вопросы окружающим меня людям, и они, как ни странно, отвечают.

От того, что я старалась прикрыть деда, речь вышла очень эмоциональной. Обида скользнула во взгляде Кряжека. Он поджал губы и опустил глаза в тарелку. Затем, вновь посмотрел на меня и спросил:

— Что ты еще узнала?

Все молчали и смотрели на нас. Между мной и Кряжеком напряжение, натянулось как струна. Одно неосторожное слово или движение и оно разорвет все вокруг. Я сбавила тон. Сейчас не время и не место. Колоть отца обидными словами.

— Много чего, — проворчала я, опустив глаза в тарелку.

Все присутствующие отмерли. Тесса задала вопрос, переводя тему в другое русло:

— Кэтти, а что еще можно сделать кроме газет для того, чтобы повлиять на сознание людей? — А затем, сообразив, добавила: — Ой! Ты же можешь…

— Я не буду копаться в чужих головах, пусть люди сами принимают решение.

Тут Кряжек, отложив приборы в сторону произнес:

— Хорошо, отец возьмет на себя армию. Я возьму на себя газеты.

— А мы в Дальневосточной губернии убедим всех, что ты самая подходящая цесса. Только бы нам побольше узнать об образовании, его влиянии на общество и уровень жизни населения. — поддержал брата Ратасел.

Мы еще долго обсуждали планы и распределяли обязанности между членами нашей семьи. В какой-то момент даже сен Овид загорелся идеями, которые витали в воздухе.

Дед с Кряжеком общались сухо, по-деловому, ну хотя бы так. Главное у них теперь есть общее дело, которое заставить смотреть в одну сторону и забыть о своей гордости и старых обидах.