Янтарное сердце Амити - Рона Аск

— Мадам Сладос, вы же меня знаете, — тем временем Ник, облокотившись на стойку, продолжал уговаривать буфетчицу. — Я всегда возвращаю долги.

— Конечно, возвращаешь, — пожала плечами Сладос, раздражаясь не меньше других учеников, кто ждал своей очереди заполучить пирожное. — Это же я плачу тебе зарплату. Но в последнее время ты тратишь больше, чем зарабатываешь! — рявкнула он и замахнулась на него половником, отчего Ник резко отшатнулся. — Поэтому бери своё пирожное и улепётывай отсюда, пока я не передумала!

Впервые на моей памяти Ник поступил разумно — решил отступить. Под облегчённые выдохи учеников он забрал тарелку с пирожным и, чертыхаясь, устремился к нам. И пока я наблюдала за приближающимся Ником, заметила, как опять в толпе в нашу сторону смотрит лысый с боевого факультета.

— Твоя доля Лав, — отвлёк меня порозовевший Хост и подвинул одну из трёх тарелок с пирожными.

Вторую он отдал Лексу, который довольно потёр руки и потянулся к десертной ложке с длинной ручкой, а я недоумённо уставилась на своё пирожное:

— Моя доля?

— Уже забыла? — пихнул меня в бок Лекс. — Сладкая парочка «Никки-Хост» вчера всухую продули и теперь проставляются.

А ведь правда, я совсем забыла про гонку дельфинов, которую Октавия устроила на открытии учебного года. Вот только не припомню, чтобы спорила о чём-то с Хостом… Но прежде чем я успела об это сказать, Лекс произнёс:

— Ешь, Лав, и не стесняйся, — и подмигнул, а Хост добродушно улыбнулся, будто они оба прекрасно поняли, о чём я сейчас подумала. — От одной пироженки никто не обеднеет.

— Держи, ротан ты ненасытный, — вдруг звякнул тарелкой перед Лексом расстроенный Ник, и Лекс вполголоса заметил:

— Никто, кроме Ника… Умение проигрывать — тоже в своём роде победа! — уже громче заметил он и добавил: — А за ротана ты ещё ответишь.

— Конечно, отвечу, — фыркнул Ник, — ротан-то говорить не умеет. Только блам-блам… — изобразил он руками челюсти. — Рот бестолковый раскрывает и дрянь всякую жрёт.

— Ого! Ты посмел назвать пирожный мадам Сладос дрянью? Вот так номер, как думаешь, она расслышала? Мадам Сла-а-адос! — громко позвал её Лекс, а Ник стиснул кулаки и напрягся:

— Ещё слово, и я тебя…

— В чём дело, Лексэр? — с лучезарной улыбкой поинтересовалась Сладос.

Я удивлённо дёрнула бровью, не ожидая услышать полное имя Лекса, а Ник, мне показалось, вот-вот закипит.

— Ваши пирожные просто великолепны! — вопреки нашим ожиданиям произнёс Лекс. — Впрочем, как и вы сами.

— Подлиза, — фыркнул расслабившийся Ник, а мадам Сладос кокетливо поправила свою причёску-одуванчик и произнесла:

— О, Лексэр, благодарю. Ты как всегда очарователен.

Сладос расплылась в ослепительной белозубой улыбке и уже с большим задором принялась раздавать пирожные.

— Мадам Сладос Асхарка? — поинтересовалась я, когда все стихли.

Сладос сильно выделялась в толпе и в её внешности: белых волосах, довольно тёмной коже, вытянутом лице с острым подбородком, светло-голубых глазах, полных губах цвета спелой вишни, тонкой фигуре и высоком росте (сладос как минимум на голову возвышалась над другими учениками) — явно угадывались корни асхарцев, жителей самой засушливой в мире страны, где жарко бывает даже ночью. И то, что она здесь — было довольно странным. Асхарцы не переносят холодных мест. А зимы для них вовсе опасны. Однако Сладос чувствовала себя прекрасно.

— Наполовину, — угрюмым голосом пояснил Ник. — Асхарцем был её отец, а мать выступала постоянным послом от Вальварии.

Асхарцы недоверчивый народ, и оно понятно почему — их страна главный сбытчик драгоценных камней (особенно алмазов). В прошлом многие страны и королевства пытались захватить Асхару, чтобы прикарманить все богатства, однако асхарцы дали серьёзный отпор. Оказалось, что все они владели тёмной магией: проклятиями и, в частности, некромантией, а кто-то ещё и огненной, поэтому их предпочли оставить в покое и сотрудничать. А так как с доверием у асхарцев проблемы, все послы других стран в Асхаре постоянные: долгое время проживают на их земле, пока не добьются благосклонности, а уже потом ведут дела и зачастую до конца своей жизни. Но мать Сладос, похоже, всё-таки предпочла вернуться в Вальварию.

Интересно. Ещё не менее интересно то, что Ник подрабатывает у мадам Сладос, и на какую-то там прихоть это не похоже, а скорее на необходимость. Я опустила взор на своё пирожное с высокой шапкой из взбитых сливок и вишенкой наверху и подвинула его к Нику.

— На, держи.

У того от удивления даже глаза округлились и загорелись желанием прямо здесь и сейчас съесть заветное пирожное. Лекс и Хост тоже оторвались от своих и с интересом принялись за нами наблюдать.

— А ты разве не хочешь? — с сомнением поинтересовался Ник. — Пирожные мадам Сладос — находка. Её даже Шопперы пытались к себе переманить. В долю…

Я удивлённо дёрнула бровью. Семья Шопп настолько же известная в Вальварии, как и Флэмвели, но не своей воинственностью и героизмом, а сетью магических сладостей, которые поставляли даже королю. И стать частью их организации — это было очень выгодным предложением.

Я пожала плечами:

— Ешь, — и снова подвинула я пирожное к Нику: — Я не голодна.

Слукавила, конечно. Кушать мне хотелось. Размышляя, успею ли до конца перемены купить ещё одно пирожное или что-нибудь другое, чтобы дотянуть до ужина, я оглянулась на длинную вереницу учеников, где тот самый здоровый лысый парень с Боевого факультет принялся расталкивать и оттаскивать за шкирки других ребят, чтобы продвинуться в очереди. «Соблюдай дисциплину Айнэр, а то уйдёшь голодным!» — не укрылась от мадам Сладос его шалость, и Айнэр развёл руками, мол, я ничего не делал, а его губы искривила хулиганская ухмылка.

— Добрая ты, Лав… — выдохнул рядом со мной Лекс и пододвинул другую тарелку с пирожным — ту самую, которая была платой Ника за проигрыш. — Даже такого оболтуса готова пожалеть.

— Сам ты оболтус! — огрызнулся Ник, уже смело взявшись за пирожное, и, с полным ртом крема да закатывая глаза от удовольствия, пообещал: — В следующий раз я куплю Лав два… Нет! Пять пирожных! А ты иди в задницу.

— Да заткнись ты уже и ешь, пока от счастья всех тут не заплевал, — строго заметил Лекс, а я опустила взор на пирожное. Еще никто и никогда меня не угощал…

— Эх ты ж блин! — вытер губы тыльной стороной ладони Лекс. — Про чай-то мы совсем забыли. Погоди, Лав, сейчас всё будет, — почему-то он опять подумал обо мне. — Хост подсобишь?

Однако прежде, чем ребята успели добраться до мадам Сладос, как все растения в буфете ожили. Полевые цветы зашевелились в вазах, точно обрезанные щупальца осьминога, а плющ начал стремительно расти, ползти по полу, точно змеи, собираться в единственную точку, закручиваться и переплетаться. Перепуганные ученики расступились, а в центре зала стремительно выросла зелёная женская фигура с широкополой шляпой и торчащим из неё отростком с красной розой на конце, точно перо, и цветами вместо глаз.