Дочь Хранителя - Ирина Шевченко

Оба дракона погрузились в раздумья.

— Послушай, Дивер, — медленно, чтоб не отпугнуть внезапно пришедшую в голову мысль, начал Кадм, — а ведь у Эн-Ферро имеется один известный мне приятель. И как раз в одном из твоих миров…

— Мальчишка! — хлопнул себя по колену Хранитель.

— Мальчишка, мальчишка. На предательство ради парня Лайс не пойдет, но примет как дорогого гостя и не на один день. Сумеешь уговорить юношу поработать на нас? Естественно, из самых благородных побуждений.

— Уговорить-то уговорю, — нахмурился Дивер. — Но ведь он не идущий. Как он на Тар попадет? Могу, конечно, и я провести, но это вызовет лишние подозрения.

— А зачем тебе? Пусть Эн-Ферро сам придет другу на помощь. Твоя задача сделать так, чтоб мальчик об этой помощи попросил. Хорошо попросил, искренне.

— Сделаю, — ухмыльнулся дракон. — Но потребуется время. Минимум месяц.

— Пусть будет месяц, — согласился Кадм.

— И он должен вернуться назад. Живым и невредимым.

— Понимаю. Единственный экземпляр — гордость коллекции. Знаешь, я бы не отказался получить образец и его крови тоже.

— Обсудим. Когда он возвратится на Эльмар.

Если возвратится, отчего-то подумалось Кадму. Если…

Галла

На мое счастье, ночь Лайс провел в лесничестве. Видел бы он, какой я была после близкого знакомства с представителем местного демонического сообщества, добил бы не раздумывая. А так, вернувшись на следующий день из школы, отделалась строгим выговором.

— Это какой надо быть идиоткой, чтобы, не зная элементарных основ, выйти против демона, пусть и низшего?! — негодовал Эн-Ферро. — Гордость в ней, видите ли, взыграла! Кровь древняя проснулась! Да мне представить страшно, что он мог с тобой сотворить.

До вчера в моем активе было лишь два «чуда»: незабвенное «приподняло и шлепнуло» и зажженная свечка. И рассказав о случившемся накануне, я хотела узнать мнение господина магистра по поводу моих внезапно проснувшихся талантов, а не выслушивать возмущенные вопли.

— Ты ужинать будешь? — решила я сменить тему.

— Буду, но ты от этого разговора все равно не уйдешь.

— Уйду. За мной Вришка заедет, я пообещала с ней к дяде сходить.

— К дяде? — с подозрением уточнил Лайс. — Ты же говорила, что она не местная.

— Ну да, из Каронги. А дядя у нее в Марони живет. У кардов что, родственники в разных городах не селятся?

— Селятся. Но зачем к этому дяде на ночь глядя идти? Как ты возвращаться собираешься?

— А я и не собираюсь. У Вришки заночую. Завтра выходной, с ребятами в городе встретимся, погуляем. Вернусь к обеду.

— Что?! — взорвался Эн-Ферро. — Намереваешься неизвестно где шляться всю ночь и полдня и думаешь, что я стану это терпеть?

Ну все. Этого уже я терпеть не стану!

— Лайс, а ты не забываешься временами, а? Не путаешь сказку с былью? Или нужно ежедневно напоминать, что на самом деле мне давно не семнадцать, а ты мне не брат? Рошан попросил тебя охранять меня, вот и охраняй. От врагов, если таковые появятся. Но не вздумай лезть в мои отношения с друзьями!

Эн-Ферро открыл было рот, но смолчал и ушел к себе, хлопнув дверью. Когда приехала Вришка, он даже из комнаты не выглянул, чтоб поздороваться с ней и проститься со мной.

С утра подруга удивила меня просьбой наведаться с ней к живущему в городе родственнику. Как она сказала, дяде интересно познакомиться с кем-то из ее школьных друзей, но почему выбрала из всей компании именно меня, не объяснила. А я и не допытывалась, отвлекшись на проблемы совсем иного рода. В один день превратиться из затюканной первогодки в героиню школьного масштаба — это вам не шутки! И если еще вчера я шарахалась от зловредных старшекурсников, то сегодня приходилось скрываться от восторженных поклонников и в который раз выслушивать Фертрана, пересказывающего пропустившим «все веселье» водникам историю нашего совместного подвига. Так что на предложение Вришки я ответила поспешным согласием и забыла бы о нем благополучно, не вернись она к этой теме после занятий.

Чтоб сэкономить время, решили оставить керов в школе и воспользоваться телепортом. Вошли под высокую радужную арку у северной башни замка и вышли на маленькую круглую площадку в пустом заснеженном скверике рядом с магом-фонтаном.

Я почему-то считала, что мы отправимся в торговый квартал, но подруга повела меня совсем в другую сторону.

— Твой дядя живет в Верхнем городе? — растерялась я, оказавшись в районе аристократов. — Или работает?

Второе казалось более вероятным, если вспомнить ту комнатушку, что Вришка снимала на Школьной улице.

— И то и другое, — кивнула она. — И живет, и работает.

Минут десять мы шли по широким, расчищенным от снега улицам, изредка раскланиваясь с немногочисленными прохожими, пока не остановились у ворот великолепного дворца. Сквозь обманчиво хрупкое кружево решетки открывался вид на три этажа белоснежного камня. Шедевр местной архитектуры невероятным образом сочетал в себе легкомысленность светского особняка и незыблемость замковой цитадели. Из высоких окон, рассекая сгустившиеся зимние сумерки, лился ровный золотистый свет, исходящий то ли от тысячи свечей, то ли от сотни магических светильников. И в этом волшебном сиянии восседающие по обе стороны ворот мраморные волки казались живыми стражами, готовыми в любой момент спрыгнуть с постаментов и наказать того, кто рискнет потревожить покой их хозяина.

— Он живет здесь?!

— Да.

Хорошо, что Вришка повела меня от центрального входа чуть дальше к скромной металлической калитке. Я, может, и способна сломя голову кинуться на демона, но запросто войти в главные ворота герцогской резиденции не решилась бы.

Калитка тоже охранялась — у кирпичной стены навытяжку стоял сурового вида стражник, но мою подругу он, вероятно, знал, и пропустил нас без возражений.

— Ты сюда часто приходишь? — поинтересовалась я.

— Да. Дядя сердится, если долго не показываюсь.

От калитки шла узкая тропинка, заканчивающаяся у черного входа в дом. Черный не черный, а сапоги от снега и грязи я оттирала минут пять — не хватало еще наследить на натертом до блеска паркете или одном из роскошных ковров с мягким высоким ворсом.

— Вриш, — позвала я шепотом, — а нам сюда можно?

— Можно-можно, — тоже шепотом успокоила она меня.

Широкий коридор, освещаемый подвешенными к потолку стеклянными шарами с вложенным заклинанием холодного огня, вывел нас к двустворчатой двери, у которой скучал молодой гвардеец.

— Привет, Кар! — улыбнулась ему целительница. — Скажешь дяде, что я пришла?

Ага, так он и побежал — видно же, человек при исполнении!