Легенда о Рэндидли Гостхаунде - Puddles

На этот раз Рэндидли пошатнулся от огромного физического давления, упавшего на него. В итоге, изначально оно казалось не таким уж огромным, но тот факт, что оно смогло вывести его из равновесия, был впечатляющим.

Впрочем, у Рэндидли было только 18 Силы, так что нечему тут удивляться.

– А теперь, ты умрешь. Стража, пристрелите их, – хладнокровно заявил Констанс, и два стражника с автоматами шагнули вперёд. Охранник на стационарном тяжелом пулемете также повернул дуло, нацелившись на Рэндидли и Деклана. Три человека, направляющихся в объятия к Констансу, в ужасе бросились в груды тел, которые валялись на дороге. Глаза Рэндидли вспыхнули.

Корни прорвались сквозь корпус автобуса и схватили лодыжки двух автоматчиков, скрутив их и бросив на землю. Ещё одни корни поднялись вверх и схватили стационарную пушку, вырывая патронный пояс и выворачивая дуло к небу.

– Ты…! – голос Констанса был преисполнен ярости, но глаза Рэндидли оставались холодны и полны решимости. Он уже принял решение.

– Второго шанса не будет.

Рэндидли создал по Тайной Сфере в каждой руке и сжал их вместе. Это соединение начало шипеть и яростно искриться, и Рэндидли направил его в сторону автобуса. Было довольно-таки сложно поддерживать снаряды энергий, ведь они хотели детонировать при малейшей возможности. Но Рэндидли надавил своей волей и выстрелил этим.

Он проигнорировал два полученных уровня за это действие и закрыл глаза.

Взрыв сотряс дорогу, обращая большинство ближайших тел в кашу. Автобус был откинут назад, отрывая доски от поспешно забитых гвоздей. Остановился он примерно в пяти метрах от первоначального места. Посредине автобуса зияла огромная дыра.

С ужасным скрежетом автобус ещё раз пошатнулся и замолк.

Через дыру Рэндидли мог видеть скомканную фигуру Констанса: его сбросило с автобуса на землю. Тяжесть с его плеч слетела, и, не теряя времени, Рэндидли кинулся вперёд. Сегодня умрет Король.

Когда он прорвался через дыру в автобусе, его встретили градом пуль, поскольку у ближайших охранников хватило ума вытащить оружие небольшого калибра и открыть огонь. Щит Маны Рэндидли принял большую часть пуль, сломавшись после десяти или двенадцати попаданий, но к тому времени он уже прорвался через узкое место и кинулся к Констансу.

В сторонке Рэндидли увидел старшего офицера полиции, который пытался встать на ноги, но он не успевал.

Но движение, которое безмерно удивило Рэндидли, сделал Констанс. Он поднялся на ноги, крутанулся и схватил руку Рэндидли.

– Последнее Бремя! Последний Инструмент! Мандат Бога, Гиас. На моей голове ношу я корону: Ты принадлежишь МНЕ.

На сей раз Рэндидли потрясло огромной ментальной атакой. Кряхтя, Рэндидли попытался убрать свою руку, но его плоть и плоть Констанса, казалось, были связаны.

Несколько секунд он боролся, тщетно пытаясь оттащить руку. Но что бы он ни делал, этот навык каким-то образом предотвращал это. А Рэндидли начал ощущать, как ментальная атака всё усиливалась посредством прямого контакта с рукой.

Его Ментальная Стойкость ещё раз получила уровень, но атака всё так же давила на него. Сузив глаза, Рэндидли сосредоточился и влил всю свою ману в Призыв Мора, тем самым создавая огромное гудящее облако голодных до плоти насекомых.

Он направил их в сторону застывших рук и приказал пожирать.

Когда жуки атаковали обе руки, Констанс начал верещать, но жуки были глухи к его воплям, их толкала вперёд мощная Сила Воли Рэндидли. Даже поддерживаемый своей волей, Рэндидли стоял неуверенно. Но затем он сжал свои зубы и собрался, выдерживая следующую волну ментальной атаки.

Насекомые рвали и отрывали, закапываясь жвалами и клешнями в живую плоть, отбрасывая её в стороны, укус за укусом. Укус за укусом, они пировали.

И когда их руки, наконец, разъединились, рука Констанса была тщательно очищена от любых остатков плоти, осталась одна кость. Насекомые даже её не оставили в покое, они нанесли заметные крошечные отметки зубов и царапины.

Рэндидли направил насекомых продолжить атаковать Констанса и посмотрел на свою руку, немного придя в себя.

На руке Рэндидли были лишь небольшие царапины, сказывалась разница в характеристике Выносливость, которая сделала Рэндидли более сложной пищей. Так что жуки предпочли мягкую плоть тела Констанса.

– Стой! Ты должен остановиться! – закричал полицейский, кидаясь вперёд.

Рэндидли леденящим взглядом посмотрел на него. Он всё ещё отходил от навыка Констанса. Констанс продолжал орать во всё горло, раздирая до крови свой рот и нос, пытаясь вытащить пробравшихся туда насекомых, которых посылала воля Рэндидли. В общем, это его веселило. Он ещё сильнее надавил на них волей, гоня их вперёд к языку, чтобы поглотить и его.

Он даже получил уровень в Призыве Мора.

– Прошу! Ты должен оставить ему жизнь. Он – единственный, кто скрепляет город воедино. Если он падет… ты правда хочешь взвалить бремя всех этих беженцев на свои плечи?

Насекомые продолжали гудеть, отгрызая мелкие кусочки плоти от Констанса.

– Ты хочешь стеклянные изделия, да? Такое возможно только с ним. Если он умрет, дела будут слишком нарушены, и ты никак не сможешь получить их.

Рэндидли подумал об этом немного, но не отозвал насекомых. Крики внутри жужжащего облака становились всё громче и громче.

Полицейский беспомощно смотрел на облако жуков, но тут раздался новый голос:

– Позволь мужчине жить, и я дам тебе это.

Появился странный мужчина с серьёзным лицом, предлагающий Рэндидли большую черную монету. Что-то знакомое…

Но затем Рэндидли успокоился. Там была точно такая же эмблема, как и на золотых монетах, которая использовалась для создания Деревни Новичков. За исключением дизайна эта монета была больше и сложнее.

Чёрная Монета Нексуса…?

И когда Рэндидли изучил фигуру, он осознал, почему же она выглядела такой знакомой. Несмотря на то, что у этой фигуры были свои отличия и более мягкие черты, но у этого человека была та же самая пустая улыбка на лице и те же пустые глаза. Это был Дух Деревни.

– Как это мне поможет?

Крики становились более хриплыми, громкость резко упала до тяжелых стонов.

Дух Деревни побледнел, но покачал головой.

– Я… я не могу… Прошу. Ты должен понять, мы можем только идти по пути перед нами. Рассказать тебе – это не мой путь. Я всего лишь половина целого. Но если этот мужчина умрет…

Что-то треснуло на лице Духа, и его силуэт замерцал, затем вновь переформировался. В его глазах не было слез, они всё так же были пусты.

– Прошу.

В это