Архимаг, который живёт в подвале - Оро Призывающий

Глава 15

— …три, — прервал чуть затянувшуюся паузу сухой, без смеха, голос Дэна Леканова. — Три из двадцати семи.

— Чего три? — не понял Роблен.

Из-под своего мешка я по-прежнему ничего не видел, но в голове почему-то моментально всплыло лицо Дэна, его свинцово-тяжёлый взгляд.

— Столько костей я сломаю в твоей руке, — спокойно и весомо пояснил бандит. — За то, что ляпнул такое о моей дочери.

В ответ Роблен только прыснул смехом.

— Кто вообще пустил сюда этого колхозника? — провозгласил он. — Давно не слышал подобной наглости от всякой черни.

— Кхм-кхм, — раздался с другой стороны голос старика Зимина; вроде и спокоен, но это спокойствие было сродни ожиданию бури на море. Раздражение ощущалось с первой секунды. — Наглость, говоришь?..

— Он что, правда позволил себе…

— …я бы тоже был не прочь обсудить наглость, — дед не ждал, пока Роблен закончит. — Например, узнать о том, какого дьявола ты припёрся сюда, Роблен?

Кажется, я только что на звук уловил, как Роблен моргнул?

— Погодите, я же… — сбившись, он заговорил быстрее, пытаясь сделать голос уверенным. — Я тут подумал… в общем, я решил, что нашу сделку нужно ускорять, вот я и…

— Ускорять что? — коротко и железобетонно припечатал его старик. — У нас ещё нет Сферы, Роблен. Ускорять нечего.

— Эээ, но это же мои люди украли для вас эту фиксершу! — обиженно возразил мой братец. — Я сделал всё, чтобы вернуть вам этот шарик…

— Твои люди, — отозвался старик. — По нашей наводке.

В комнате как будто стало холодней на несколько градусов. Хех… не хотел бы я сейчас оказаться на месте Роблена. А когда на вашем месте не хочет оказаться тот, кто стоит на коленях, со связанными за спиной руками и мешком на голове… знаете ли, это повод задуматься.

— Да, но…

— Ты на себя слишком много берёшь, парень, — старик говорил, как ножом резал. — От того, что самую простую часть работы выполнили люди Грачёвых, ты ещё не получил право заявляться сюда и что-то там «ускорять».

— Но я же ведь…

— Знай своё место.

Эх, красота. Слушал бы и слушал.

— Место?! — не выдержал Роблен; уязвлённое самолюбие моего кузена наглухо убивало инстинкт самосохранения. — Именно для этого я и пришёл сюда — закрепить место моего рода. Место ваших основных партнёров!

А, ну-ну.

Как и Зимины, Грачёвы тоже относились к Светлым аристократам. Вот только уровень неравен — Грачёвы, хоть и выделялись в среднем по больнице, не дотягивали крутизной до Зиминых. А хотелось… всегда хотелось.

И, разумеется, теперь — когда в воздухе ощутимо запахло надвигающейся войной между Светлыми и Тёмными — они засуетились, сразу пытаясь занять место возле тех, кого считают победителями. Постоять рядом с ними, особо ничего не теряя, а затем разделить с победителем награду. Неудивительно, что Роблен так заторопился.

Больжедор — что бы он там ни говорил с честными глазами — никогда особо не переживал за имя семьи; больше всего его волновали собственная шкура, да шкура его придурка-сыночка. Он готов загнать клан в положение шестёрок Зиминых, чтобы лично они двое стали влиятельней.

Да, впрочем, любой из Грачёвых на их месте сделал бы так же. Мажоры, привыкшие жить на всём готовеньком, имевшие с детства всё и всё равно желавшие ещё большего… им даже в голову не приходило, что есть иные способы получить силу, кроме как став шестёркой кого-то по-настоящему могущественного. Единственным в семье, кто это понимал, был дед — настоящий аристократ духа, человек-глыба, не представляющий себя в роли приспешника и никогда не ставший бы прислуживать кому-либо.

Он и научил меня тому же. Жаль лишь, что меня одного, хотя пытался — всех.

— Говорите, много на себя беру? — продолжал тем временем Роблен, пользуясь тем, что старик его не перебивает. — А как насчёт вас? Слухи о Зиминых ходят даже на улицах… говорят, что от вашей прошлой силы остались лишь воспоминания, что наследник не назначен… казалось бы, говорят и говорят, но мы-то с вами знаем, что это правда.

Он мерзенько усмехнулся.

— Так что не стройте из себя недотрог. Грачёвы — один из сильнейших кланов страны, и мы нужны вам в качестве партнёров ничуть не меньше, чем вы нам.

— Не морочь мне голову и не отвлекай меня от дел, — отрезал старик в ответ (хм… но и гнать прочь пока не стал). — Что до силы и наследника, то я как раз сейчас, прямо здесь, решаю этот вопрос. Кстати, о нём!

Голос зазвучал чуть иначе; старик повернул голову.

— Не знаю, что за парня ты сюда притащил, Леканов, но он только что взял на себя смелость ляпнуть, что знает что-то о Сфере. Смотри… если окажется, что врёт — отвечать будет не только он, но и ты со своей болтливой дочуркой.

В ответ послышалась очередная порция сдавленного мычания Алисы.

— Ха! — сухо отозвался Дэн. — Ну давай, рискни, старый хрен. Я ведь тоже могу твою девчонку без лица оставить.

Раздался звук взводимого курка.

— Зачем лицо-то портить? — тупой смех Роблена меня всегда бесил. — Стреляй в живот, так симпатичнее!

Да уж, он бы и правда порадовался, посмотрев на такое; садистские наклонности Роблена порой даже Больжедора пугали. Слегка.

— Что ж, — усмехнулся Зимин. — Это ты сделать можешь, пожалуй; далеко не факт, что у этой бездарности получится поймать пулю, хех. Но тебе-то чем это поможет?

Ситуация опять превращалась в балаган с размахиванием пушками и взаимными наездами… чёрт. А ведь реальной информацией о Сфере в этой комнате обладают только два человека. Один из них сейчас мычит с кляпом во рту… а другой — я.

— А может, не будете пороть горячку раньше времени? — осведомился я сквозь мешок. — Я говорю правду. Сфера у меня… но мне будет нужен Серебряный Янтарь.

На этот раз в ответ рассмеялся старик.

— Паренёк, а тебе не кажется, что мешок на голове — не тот аксессуар, с которым можно ставить условия?

— Ну, — не стал спорить я, — конечно, этот аксессуар немного мешает моему красноречию, но… мы ведь ещё даже не успели поговорить толком,