Магия драконов - Денис Юрьевич Петриков

Отбросив вопрос, где эльф раздобыл самопишущее перо и бумагу, я в нерешительности замер в дверном проёме, не желая отвлекать оседлавшего вдохновение поэта. Хотя, что там на бумаге рождается, тот ещё вопрос. Иногда из эльфа вырывались рифмы вроде: «Не каждый зад озвучить мог из уст излившийся поток».

Резко прервав процесс писанины, Лютик поднял на меня наполненные отчаянием глаза.

— Он умер… — коротко и непонятно сообщил поэт.

— Он, это кто? — уточнил я.

— Герой баллады. На входе в подземелье убит разбойниками, — растерянно сообщил он.

Мол, творческий процесс порешил. И что мне, спрашивается, теперь делать?

— Ну так оживи. Типа, фея мимо пролетала, героя жизнью накачала, — без задней мысли предложил я.

В следующий миг во мне родилось подозрение, что ляпнул я что-то сильно неуместное, так как взгляд эльфа преисполнился обидой и возмущением.

— Арт, ты гений! — охнул Лютик и опять склонился над бумагой, исступлённо чиркая пером.

Кажись пронесло.

Пока эльф пребывал в творческой нирване, в голове моей подумалась мысль, что число решений во вселенной не то, чтобы ограничено, но типовое, что ли. Самопишущим пером в этом мире называли обычную в общем-то шариковую ручку. Точнее не обычную: конструкция отличалась хотя бы тем, что местные ручки поголовно были заправляемые. Но принцип их объединял общий — малюсенький шарик на острие, при помощи которого на бумагу наносилась линия чернил.

— Ну что, в таверну, на траурный ужин? — оторвавшись наконец от бумаги, поинтересовался эльф.

— Почему траурный и почему ужин? — спросил я.

Время приближалось лишь к обеду.

— Что значит почему? — выходя из-за стола, преувеличенно удивился Лютик. — Моя интуиция подсказывает мне, что, как только наша «мохнатая жопка» решит свои насущные дела, она заявится и начнёт возле тебя крутиться. Поверь, хорошего настроения мне её присутствие не прибавит. А почему ужин? Да потому, что наедимся мы так, что до завтрашнего утра в нас и корочки не влезет!

— Не слишком ли ты предвзят к Хине? — направляясь к выходу, спросил я у эльфа.

— Арт, — придав своему голосу убедительность, начал эльф, — зверолюди — подлые и бессовестные создания, — уверенно заявил он. — И за это, представь себе, на них не стоит обижаться. Их мохнатые головы так работают. Личную выгоду он ставят превыше всего!

— В этом они не сильно отличаются от людей. Да и от эльфов, пожалуй, тоже, — вздохнув, прокомментировал я сказанное.

Развивать тему Лютик не стал. Обречённо вздохнув, он уточнил:

— Ну так что, в таверну?

— Нет, — хлопнул я себя по карману куртки. — У меня есть пять платиновых монет и мне надо их оперативно потратить…

Эльфа словно поставили на паузу. Замерев посреди улицы, на которую мы успели выйти, он уставился на меня остекленевшими глазами.

— У тебя с собой пятьдесят золотых?.. — пересчитав платину на золото, с нотками недоверия спросил Лютик.

На лице его ясно отобразилась работа «поэтического калькулятора». Вчера, обсуждая с Вигортом расценки и перспективы, мы сошлись во мнении, что примерно столько будет стоить реализация наших творческих планов. При этом первое выступление выйдет в «0». А вот последующие позволят получить прибыль.

— Представь себе. Но это аванс за задание, на которое я имел глупость согласиться. И на этот аванс я планирую вооружиться.

Вопреки моим ожиданиям, эльф любопытством не воспылал. Приуныв, он понуро уточнил:

— Ты ведь шутишь, да?

— Я абсолютно серьёзен по всем пунктам и сейчас мы идём покупать мне револьвер.

Нет, ну правда, не могу же я отправиться на смертельно опасное задание безоружным? Как там писалось в той присказке: «Бог создал людей слабыми и сильными, а полковник Кольт уровнял их»?

***

— «Симон Готир — починка водопровода, канализации и отопительных систем», — глядя на облупившуюся от времени вывеску, с сомнением прочитал Лютик. — Ты правда надеешься купить в этом месте хорошее оружие? — поинтересовался он.

— Я вообще без понятия, где в этом городе можно купить огнестрел, — пожал я плечами, пояснив: — Гильдмастер дал мне денег, адрес и сказал поторопиться.

— Ну если так… — неуверенно протянул эльф, после чего громко постучал в крепкую деревянную дверь.

Здесь стоит отметить один удививший меня момент. Поначалу удививший, так как позже я сообразил, что у местного начальства имеются свои схемы и замуты и что Лютик играет в них определённую роль. Эльфу словно кинули кость. Мол, хочешь погрызть — грызи и не говори потом, что мы не предлагали. Это к тому, что под конец беседы Элтон Хват прямо заявил, что всё сказанное в его кабинете, скрывать от барда необязательно. Пожелает поучаствовать — пусть участвует. Разве что о солнечном камне гильдмастер попросил помалкивать до последнего. Ради моей же безопасности. По его словам, ушастые спят и видят, как бы заполучить экземпляр. И что стихи-стихами, сопли-соплями, а можно и тяжёлым предметом по затылку получить.

Ждать хозяина пришлось с минуту. В момент, когда я уже хотел постучать повторно, с той стороны раздался лязг отпираемого запора.

Антон как-то обмолвился, что самые лучшие револьверы на континенте делают гномы. Они же практически монополизировали производство патронов. Местные патроны — особая тема, так как они — слабое место.

Однако, вопреки моим ожиданиям, дверь открыл не гном, а необычного вида человек. Высокий, худощавый, слегка сгорбленный, с бледным лицом и жиденькой серой шевелюрой. Подобный типаж на фоне основного контингента местного населения выглядел нетипично. Местные выигрывали у землян как по телосложению, так и по внешним данным. Например, женщины здесь не то, чтобы поголовно выглядели как фотомодели, но мне до сих пор не удалось встретить раздутую от целлюлита тётку.

— Так, так. Ну и компания ко мне заявилась… — смерив меня и Лютика недовольным взглядом, заявил хозяин дома.

— Вы Симон Готир? — на автомате поинтересовался я.

— Собственной персоной, — подтвердил мужчина.

Устало потерев серые мешки под глазами, он, обращаясь ко мне, произнёс:

— Сожалею, молодой человек, но механизированные протезы мужских половых органов делают не здесь. Хотя я затрудняюсь ответить, где их у нас вообще делают. Юг, все-таки. Строгие нравы. Дылдо, я слышал, вырезают из ататира. Но это тоже не ко мне… Что, вы разве не за этим? — оценив мой и Лютика обалдевший вид, удивился он.

Вопреки первому впечатлению, Симон обладал сильным насмешливым голосом, абсолютно не вяжущимся с внешностью ботаника и дрища. Ещё он создавал впечатление человека, знающего себе цену. И цена эта взята не с потолка.

— Мне сказали, что у вас можно приобрести револьвер… — сбитый с толку тирадой про «протезы», растерянно произнёс я.

— Понятно, значит член тебе пока не отрезали, а лишь угрожают это сделать. Извини