Летучий Голландец - Ричард Кнаак

Сам он не пойдет, и к тому же у него есть собственныевозможности.

— Твое благородное предложение добровольных услуг в поимкеэтих людей спасает меня, мой преданный друг, от необходимости приказать тебеэто.

Что? Во что он влип? Только выбравшись из одного потрясения…Пусть этот Сын Мрака сам увидит, каково это — командовать такими тупыми псами.

Но раньше, чем он успел возразить, к нему пробралисьдымчатые отростки и обхватили конечности. Они развели в стороны руки и ноги,чтобы совсем его обездвижить.

— Конечно, кое в чем ты прав, и просто будет стыдно, если вэтой механической штуке что-нибудь сломается. Поэтому полагаю, их следуетвыманить и хитростью заставить разделиться. Ты, который тоже не станетпроявлять непокорность моим желаниям, разумеется, способен разработатьподходящий план.

— Послушай! — завопил эмигрант-предатель. Он был силен, нотени удерживали его слишком крепко. Они быстро подтащили его к хозяину.

— Я хочу знать… — И больше Август де Фортунато сказатьничего не успел — щупальца втащили его в клубящуюся массу. Властелин Тенейгортанно хмыкнул, подобные неудобства, испытываемые другими, всегда доставлялиему удовольствие. Затем он сложил руки и позволил теням полностью себя окутать.Щупальца все поднимались, пока он полностью не скрылся из виду, тогда онибыстро опали.

Их хозяин скрылся вместе с ними.

***

Никто из эмигрантов не избежал видения.

Оно явилось Гилбрину, когда тот сидел перед старымтелевизором, не подсоединенным, к его досаде, даже к кабелю.

Гилбрин смотрел местные новости, пытаясь найти хоть малейшийнамек, что кто-то заметил происходившее прошлой ночью. Внезапно возникшаяголовная боль заставила его пошатнуться, ему казалось, что мозги сейчас простовзорвутся.

Он обхватил голову и повалился на старую, но удобную тахту,где сидел прежде.

Вдруг боль исчезла, вместо нее возник образ плывущего судна,который и раньше преследовал его в снах. Оно быстро неслось к планете. В тот жемиг он ощутил присутствие Майи. Казалось, она испугана, но в остальном с нейвсе благополучно. А рядом он почувствовал того, кого считал Летучим Голландцем.

Видение исчезло, как раз когда он начал что-то понимать.

— О Карим! — Мир плыл перед глазами, но Гилбрин знал: то,что он сейчас переживает, — это просто последствия стресса. Он полежал, пока непрошло головокружение, а затем осторожно сел.

— Гилбрин!

Светловолосый Бродяга взглянул все еще затуманенным взглядомна несколько помятого Таррику. Негр отдыхал в одной из спален, восстанавливаясилы после укуса Рошаля.

Теперь он стоял в узком пыльном холле и выглядел примернотак же, как и его молодой товарищ.

— Прости, если я вскрикнул и разбудил тебя, Мастер Таррика,но я…

Собеседник прервал:

— Гилбрин, тебе было видение судна Лодочника?

— Я видел и чувствовал его.

— Ты думаешь, это — весть от Майи? Ты ее лучше знаешь.

Гилбрин задумался. Он и сам считал, что Майя связалась бы сним, если бы могла, но он сомневался, что это краткое видение было посланием.Да, оно идет от нее, но едва ли с выраженным намерением поднять на ноги его иТаррику.

Так он и сказал своему соратнику.

— Тогда что же это значит? Почему мы оба его видели?

— Корабль-дьявол идет в порт.

Оба посмотрели на Фило, который провел все это время встаром доме Таррики, глядя в стену. Механический человек уставился однимптичьим глазом сначала на Гилбрина, потом на Таррику.

Бродяга поднялся с кушетки.

— Ты имеешь в виду, что она вернулась? Майя снова вернулась?

Фило покачал головой:

— Нет. Не сюда. «Отчаяние» ненадолго зайдет в док в другомвремени, в другом месте. Далеко-далеко в прошлом парень Гилбрин снова сел. Майявернулась, но в другое столетие.

— Мы сможем вступить с ней в контакт?

— Сейчас я бы не стал, — вмешался Таррика. — Если она оченьдалеко в прошлом, нам придется связываться с другими. Не думаю, что Август деФортунато и его ужасный сообщник пропустят всю эту суету.

Возражение обоснованное, но Гилбрин не любил легкосдаваться. Майя снова на Земле, или по крайней мере снова в реальном мире.

— Что-то же мы должны сделать!

Фило начал было отвечать, но на обоих людей обрушилсятребовательный хор голосов. Странники из разных стран и эпох требовалиобъяснений видению. Они не пытались связаться с кем-либо определенным,большинство просто взывало к кому-нибудь с просьбой объяснить, что случилось.

Выдворив голоса из своей головы, Гилбрин снова обратился кхозяину дома. Однако Таррика отвел взгляд.

— Подожди. — Лицо Таррики разгладилось. Бродяга знал этовыражение: его товарищ находился с кем-то в контакте.

Негр кивнул и ненадолго сфокусировал взгляд на Гилбрине. —Мне надо ненадолго вернуться в спальню. Я должен кое с кем поговорить.

Объяснений Гилбрину не требовалось. Чтобы облегчить контакт,Таррике требовалось уединение. Концентрация внимания поможет разговору,особенно сейчас, когда вторгается столько голосов.

«Должно быть, это кто-то, кому он доверяет, раз рискнулпривлечь внимание старика Августа». Скорее всего это та женщина, Урсулина илиже грубиян Мендессон.

С усилием Гилбрин заблокировал в голове последние, самыенастойчивые голоса. Пусть ими займется кто-нибудь еще.

Он хотел сосредоточиться только на Майе и Голландце.

Странно, но он сочувствовал страшному моряку почти так же,как и своей давней любви. Когда этот иссеченный ветрами человек находился с нимрядом, такого не было, но теперь у Бродяги было время поразмыслить онезнакомце, и он понял, что в некотором смысле Голландец и сам такая же жертва,как и Странники.