Помощница хвостатых Боссов - Тина Солнечная

— Присаживайтесь, — указал он. Потом бросил через плечо: — Дак, принеси кофе для всех.

Ассистент кивнул и почти неслышно вышел.

Мы расселись. Винсент скрестил руки, склонил голову чуть набок и произнёс:

— Не стоит принимать всё, что было в зале, слишком близко к сердцу. Там мы играли роли, а здесь я хочу говорить иначе. Мы заинтересованы в том, чтобы компания оставалась целостной и сильной. Но… признаю, вы сегодня привели аргументы, против которых у нас не оказалось должного ответа.

Я краем глаза заметила, как Аррас и Нейв обменялись быстрым взглядом — оба настороженные, холодные.

— Мы не ищем дружбы, — ровно сказал Аррас. — Но нормальные партнёрские отношения могут быть выгодны обеим сторонам.

— Вот именно, — легко подхватил Винсент, и на его губах мелькнула улыбка, слишком спокойная для человека, только что уступившего целый пласт переговоров. — Партнёрство. Доверие. Взаимная выгода. Не думаю, что стоит тратить силы на вражду там, где можно строить прочные мосты.

В этот момент вернулся ассистент с подносом. Я машинально следила за его движениями: он ставил чашки аккуратно, но его взгляд, брошенный на меня, был слишком долгим, слишком цепким.

Я быстро отвела глаза, но сердце всё равно толкнулось о рёбра — сильнее, чем следовало бы.

Разговор сначала шёл лениво. Винсент Эштер отпускал обтекаемые реплики про рынок, про стабильность акций, про «важность доверия в такие непростые времена». Словом, пустая болтовня, не стоящая внимания.

Дарги слушали, но не втягивались: Аррас откинулся в кресле, Нейв сидел напряжённо прямо, оба не притронулись к поданным чашкам. Я тоже собиралась ограничиться вежливым кивком, но ассистент, вернувшийся с подносом, мягко поставил передо мной высокий бокал с янтарным напитком и — как бы невзначай — наклонился ближе, его голос прозвучал почти шёпотом:

— Попробуйте, это лучшее из коллекции.

Я встретилась с его глазами — слишком настойчивыми, слишком уж выжидающими. Внутри что-то сжалось: еще один выбор без выбора. Очевидно, что итог мне не понравится, но придется подчиниться. Отступить в тот момент казалось невозможным. Я медленно кивнула, обхватила ладонями бокал и сделала глоток. Всего лишь глоток.

Сначала — ничего. Только лёгкая горечь на языке. Но спустя несколько минут голова начала кружиться, дыхание стало неровным, пальцы ослабели. Я хотела поставить бокал на стол, но промахнулась — он покачнулся и опрокинулся, янтарная жидкость пролилась на ковер.

— Лиана! — Аррас уже был рядом, поддерживая меня за плечи. Нейв поднялся почти мгновенно, глаза его потемнели, хвост напрягся, будто готовый ударить.

Мир плыл перед глазами, звуки становились вязкими. Я ещё слышала их голоса, но словно издалека.

— Что вы ей дали? — голос Арраса гремел, как раскат грома.

Винсент поднял ладони в примиряющем жесте, его улыбка была холодной и бесстрашной:

— Господа, прошу вас, без драм. Всё в порядке. Вашей жене дали лишь настойку из нового зерна — её только недавно начали использовать в напитках. На большинство рас она действует бодряще, но… бывают непредсказуемые реакции. Возможно, у неё аллергия.

— Ты знал, — процедил Нейв, и в его голосе звенела угроза.

— Я знаю, что в бизнесе допустимы любые методы, — мягко ответил Эштер. — А когда средство так удобно под рукой… почему бы не воспользоваться?

— Дай ей противоядие. Сейчас же, — Аррас сжал мою руку так, будто хотел удержать меня в реальности.

— Конечно, — легко согласился Винсент. — Противоядие у нас есть. Но вы же понимаете: бесплатно не бывает ничего. Мы готовы предоставить вам нужное средство… как только вы подпишете новое соглашение. Всего пять процентов, господа, и небольшое перераспределение условий в контракте.

— Ты перешёл грань, — рыкнул Нейв, шагнув вперёд.

— Возможно, — спокойно ответил Эштер. — Но ведь вы любите рисковать, не так ли?

Я едва различала очертания лиц, но слышала каждое слово.

— Подписывайте, — продолжал Винсент. — Подписывайте контракт, и мы тут же отдадим антидот.

— Хорошо. Дай её лекарство, и тогда мы подпишем, — Аррас прищурился, словно готов был разорвать противника.

— Слишком просто, — усмехнулся Эштер. — Я прекрасно знаю, что дарги не склонны щадить тех, кто идет против них. Поэтому мы поступим немного иначе. Вы оба пьёте из своих чашек, прямо сейчас. После этого подписываете контракт. И только тогда я даю противоядие вашей жене.

Тишина в комнате натянулась, как струна. Хвост Нейва ударил по полу, оставив вмятину в ковре. Аррас сжал зубы.

— Идёт, — наконец сказал он, и его голос был ледяным.

Я слышала, как скрипнула кожа кресла, когда они одновременно потянулись к своим чашкам.

Глава 41

Я едва приходила в себя после того, как Дак влил в меня противоядие. Мир будто дышал сквозь дымку: лица были расплывчатыми, голоса глухими, и только холодная злость в глазах Арраса и Нейва прорезала туман. Но их тела, такие сильные обычно, сейчас были повержены на диване, и это зрелище било сильнее любого яда.

— Не переживай, — голос Эштара был ровен и почти ласков. — С ними всё будет в порядке. К утру они встанут на ноги. Но сегодня — они ни на что не способны.

— Дайте им противоядие, — мой голос прозвучал сипло, сорвано, но твёрдо.

— Не драматизируй, — усмехнулся он. — Мы же не убиваем твоих боссов. Или лучше сказать мужей? Нам достаточно, чтобы они временно потеряли силы. А вот ты, Лиана… — он щёлкнул пальцами, и Дак развернул к нам тонкий ноутбук, на экране вспыхнула матрица входа. — Ты сейчас сделаешь то, за что мы тебе платили. Откроешь доступ к их фондам. Вообще, я хотел выразить тебе свое восхищение, не думал, что у тебя получится обвести их вокруг пальца настолько качественно.

Я замерла, в груди всё оборвалось.

— Нет… я не буду, — выдавила я.

— Ты обязана, — Эштер склонился чуть ближе, его глаза блеснули сталью. — Мы столько вложили в тебя. Ты наша, Лиана. Или ты передумала помогать сыну? — он взглянул на меня всего на мгновение, но этого хватило. Моё сердце пронзила боль.

Я встретилась с его взглядом — и видела в нём наслаждение властью. Видела, как он тянется к этой «победе» над дарками, как мечтает поставить галочку напротив их имён.

Я посмотрела на Арраса и Нейва. Они лежали неподвижно, но глаза… Их глаза жгли меня. Там было всё — недоумение, разочарование, гнев. И то тяжёлое молчание, которое куда страшнее крика.

— Вперёд, — мягко подтолкнул Дак, выводя окно подтверждения. — Биометрия. Одно прикосновение, и мы переведём все их