Граф Мечников - Василий Сахаров

Совсем тихо и незаметно покинуть некогда славный остров Британия не получилось. Идущие по нашему следу мавры были замечены в тот момент, когда рота Серого и люди из Армии Рединга уже поднимались на борт «Ветрогона». В двух километрах от порта, на развалинах Портсмута, появились небольшие разведывательные группы негров, и, не желая принимать бой, я приказал отчаливать и уходить к острову Уайт, расположенному через небольшой проливчик напротив места нашей стоянки. Фрегат отвалил от потрёпанной причальной стенки и развернулся на выход из залива Принца Руперта. Напоследок наши артиллерийские установки выпустили по паре снарядов в сторону бирмингемцев, которые спешили в порт, и кого-то даже накрыли.

В море, пока отмылись и поужинали, наступила поздняя ночь. Напрягать ни себя, ни воинов я не стал. После боя требовалось дать отдых телу и расслабиться, а вот с утра пораньше я нарезал всем задачи и вызвал к себе Тедди Аргайла.

Рыжий переводчик явился незамедлительно и вытянулся передо мной по стойке «смирно». С чего бы? Не иначе ему хорошую психологическую накачку сделали и проинструктировали, как себя вести, и теперь он уважение проявляет, чтобы потом попросить о помощи для своих соотечественников. Знакомые подходы, на Кавказе на них вдоволь насмотрелся. Сначала ля-ля, мир-дружба-жвачка, а потом – раз, помоги, братан, рискни своими людьми за красивые слова, а мы потом тебе в спину плюнем. Нет уж, на пустышку я вестись не стану, сразу ни на что не соглашусь. Сначала послушаю Тедди, разберусь с посланием Дойла и только затем приму окончательное решение, помогать мне британцам или не стоит.

– Не тянись, – сказал я Аргайлу и указал на кресло напротив. – Садись, говорить будем.

Тедди сел, встряхнул рыжими кудрями и положил на стол пакет.

– Это личное послание Квентина Дойла и мой перевод.

– Потом посмотрю. – Я отодвинул бумаги в сторону. – Пока просто пообщаемся. Рассказывай всё по порядку. Как в Рединг прошёл? Как тебя встретили? И чем там люди живут? Излагай всё кратко и постарайся обойтись без лишних словес, меня интересуют только факты.

Под моим пристальным взглядом Аргайл еле заметно поёжился и начал:

– Когда меня высадили в Портсмуте, я решил, что наобум лезть не стану, а сначала присмотрюсь, что здесь и как. Поэтому к Редингу двигался осторожно, прошёл через Винчестер и, прежде чем к людям выйти, несколько дней за ними наблюдал. В итоге меня обнаружили и повязали. Доставили в Рединг и там допросили, а когда убедились, что я не шпион бирмингемцев или индийцев из Кембриджа, то очень мне обрадовались. Люди в общине Рединга – добрые, войны не желают, хотят жить в мире. Но на них постоянно накатываются потомки мигрантов из Африки и Азии, и за последние несколько лет они почти заблокировали этот анклав. Командир, надо им помочь.

– Я тебе уже не командир, ты сам по себе, а насчёт помощи говорить пока рано. Продолжаем. Сколько людей в анклаве?

– Точно не знаю, но не меньше сорока тысяч, последние свободные люди в Британии.

– Какую территорию они держат?

– Сам Рединг, точнее, его руины, и несколько укреплённых деревень вокруг.

– Что с производственными мощностями?

– Плохо. Имеется пара мастерских, и это всё. Электричества и топлива нет, а без этого ничего не сделать. Правда, построено несколько ветряков, но их хватает только на подзарядку аккумуляторных батарей для радиостанций и обеспечение светом нескольких домов.

– С продовольствием, я так понимаю, тоже беда?

– Да. Поля за Редингом подвергаются постоянным нападениям мавров. Всё, что у местных жителей есть, – это огороды в пределах городских укреплений и несколько голов крупного рогатого скота. Люди голодают, особенно дети, которые не получают полноценного питания.

– А с оружием у них как?

Переводчик понурился и втянул голову в плечи.

– Всё, что у местных бойцов в руках, – это либо трофеи, либо старые запасы, которых практически не осталось. Пару лет назад они начали порох производить и делать самодельные ручные бомбы и самопалы, но против миномётов и пулемётов, которые у мавров в большом количестве, такое вооружение не играет.

– Как сражения проходят?

– Каждую весну и осень герцог Бирмингемский Магомед собирает армию, и она переходит в наступление на Рединг. Почти всегда мавры действуют одни, но иногда и индийцев подключают. Местные жители стараются встретить врага на подступах, в районе одной из своих укреплённых деревень. Затем армии противников рассыпаются на более мелкие отряды, и они рубятся до тех пор, пока у кого-нибудь окончательно силы не иссякнут. Это продолжается примерно месяц, редко два, и противники расходятся. Бирмингемцы собирают новое войско, а белые люди хоронят своих бойцов и восстанавливают укрепления.

– Понятно. Какое впечатление на тебя Дойл произвёл?

– Это великий человек. В молодости он был рабом на мануфактуре в Ноттингеме. Смог бежать, нашёл свободных людей, возглавил их и семь лет назад, когда бирмингемцы перешли в наступление на юг, создал Армию Рединга и с тех пор является её главнокомандующим. Его неоднократно пытались убить, но Длань Господа прикрывает его. Он настоящий лидер, который поведёт белых людей…