Граф Мечников - Василий Сахаров

– Длань, говоришь, – прервал я Аргайла. – А ведь раньше ты ни во что не верил, по крайней мере, не показывал это.

– Командир, я многое понял, переосмыслил и стал совершенно другим человеком!

– Это заметно. – Мои пальцы отбили дробь на столешнице, и я продолжил расспрашивать переводчика: – Как думаешь, сколько продержится Армия Рединга без помощи извне?

– Год, может, два.

– А как же слова Дойла о том, что враг будет разбит?

– Лидер не может показать своей слабости и неуверенности в завтрашнем дне и говорит то, что должен, а не то, что думает.

– Здравое суждение, Тедди. Значит, ещё не полностью тебе мозг местечковой идеологией забили.

– Мне…

Аргайл хотел вскочить с места и возразить, но я взмахнул рукой:

– Сидеть! Отвечать по существу!

– Ясно, – пробурчал переводчик.

– Какую помощь хочет получить Дойл?

– В первую очередь оружие, боеприпасы, топливо и продовольствие. Кроме того, нужны воины, готовые сражаться на стороне Дойла во имя освобождения острова от мавров.

– Чем лидер Рединга может расплатиться?

– Золотом и драгоценностями, оплата для каждого воина вдвое больше, чем ставка в твоём отряде. Больше у них ничего нет, ни техники, ни оборудования, ни кораблей, ни самолётов.

– Угу. Что по остальным анклавам в Британии известно?

– Кроме Армии Рединга имеются ещё три общины, каждая из которых сильнее и многочисленней белых людей. Самая дальняя располагается где-то в Шотландии, вроде бы сплошь арабы и полукровки всякие. Про них мало что знаю, слышал только, что за ними Эдинбург и Глазго. Ближе находится Кембриджская община из индийцев и пакистанцев, которые смешались и стали одним целым. Их до пятидесяти тысяч вместе с рабами, и помимо Кембриджа они держат за собой Норвич и Колчестер. Сильны тем, что имеют большие запасы вооружений, оставшихся от британской армии, и стараются никого не пропускать в Лондон, где ведут мародёрку. Третий анклав, самый сильный и опасный, – это Герцогство Бирмингемское, почти двести пятьдесят тысяч мавров и больше ста тысяч белых рабов. У них есть электричество и топливо, совсем немного, но у других его совсем нет. Сейчас в Бирмингеме восстанавливаются заводы, а в Ноттингеме новые мануфактуры строятся. Помимо этого негры владеют Ливерпулем, Честером и Петерборо. А перед тем как я отбыл к вам на встречу, в Рединг поступила информация, что мавры добрались до Йорка и в Кингстон-апон-Халле обнаружены и ремонтируются морские суда.

– Какие суда? – сразу заинтересовался я.

– Точно никто не знает. Но вроде бы пара военных и несколько грузовых. Говорят, в неплохом состоянии, и герцог Магомед хочет восстановить их и выслать в Северное море, к местам, где стояли нефтедобывающие вышки.

– Вот оно, значит, как. Не дурак этот герцог, или толковых советников рядом держит. Ладно, Тедди. Сейчас отправляйся к Серому. У него карты Британии, распишешь ему все местные дела в подробностях, и привяжете слова к местности.

– А когда я и моё сопровождение сможем вернуться на берег?

– В Рединг торопишься?

– Да, там моя новая родина.

– Ночью вас отпустим. Пройдём дальше вдоль берега и миль через двадцать где-нибудь высадим. Вы ведь не хотите по пути к Редингу с «чёрными львами» столкнуться?

– Нет, конечно. – Аргайл встал и спросил: – Что мне передать Квентину Дойлу?

– Пока я не решил. Ответ дам сегодня вечером. Ступай.

Мой бывший переводчик, а ныне стрелок Армии Рединга покинул каюту, а я крепко задумался. Что мы имеем с гуся? Конечно, шкварки. А что у нас в Британии? Полная попа для белых и негры с азиатами на подъёме, которые, с помощью рабов, начинают восстанавливать промышленность и уже заимели несколько судов. Кстати, это необходимо проверить, и если плавсредства реально существуют, то их необходимо отобрать и присвоить. Подумаю над этим. А пока основной вопрос: стоит ли связываться с Армией Рединга или нет? Поторговать с британцами в любом случае можно. Особенно если Дойл действительно сможет расплатиться за оружие, которое я собираюсь выкупить у немцев, или из испанских трофеев ему всякий отремонтированный хлам сдать.

Пока всё получается складно. Допустим, задумка станет реальностью, торговля с Редингом срастётся и я получу некоторую выгоду на такой нехитрой спекулятивной теме. А дальше-то что? Сказал «а», говори «б». Раз дал английским нацистам, которые хотят выжить и сохранить свою свободу, стволы, то помоги и бойцами, разумеется, не своими, а наёмными. А кто у нас на эту роль подойдёт? Да кто угодно. Сицилийцы, например, или викинги, если поближе бойцов искать. В общем, всё возможно, и Квентину Дойлу с его людьми хорошо будет, и мне выгода. Ведь я получу золотой запас, которого у меня не так уж и много, ибо отряд и стройка сжирают практически все наличные средства без остатка. Как правильно говорил Попандопуло из кинофильма «Свадьба в Малиновке», если нет у атамана золотого запаса, хлопцы начинают разбегаться. И хотя мои воины не побегут, затягивать пояса они не должны.

Решено, сегодня же отпишу Квентину Дойлу и на апрель договорюсь о первой поставке вооружений для Рединга. Такие дела затягивать не стоит, а то сегодня есть возможный партнёр, а завтра его уже прихлопнуют. Кстати, о письме. Что же мне лидер белых людей пишет?

Я взял со стола оставленные Аргайлом бумаги и бегло их просмотрел. Английский текст для меня значит почти столько же, сколько иероглифы китайцев, но почерк понравился, витиеватый и аккуратный. Взял второй лист, с переводом, и ничего нового для себя не узнал: Тедди сказал на словах всё, что нужно. Слова почтения, радость оттого, что не все белые люди сгинули во Тьме, предложение сотрудничать и торговать и в конце приписка: Дойл на меня надеется и верит, что благословение Господне со мной. Ну-ну, хорошо, если так. Однако если англичане христиане, то почему нигде нет упоминания самого Христа? Надо будет уточнить этот вопрос у Аргайла, а то после моего знакомства с Внуками Зари опасаюсь я всех этих авраамистских культов.

В дверь каюты постучали, и на пороге появился Игнач, который занимался допросом пленного мавра.

– Не занят? – спросил казак.

– Входи.

Командир артиллерии фрегата сел на место, где совсем недавно располагался Аргайл. Устало откинулся на спинку кресла и выдохнул:

– Упарился что-то. Негритёнок этот оклемался малость и упираться стал, пришлось применить к нему некоторые не очень хорошие методы воздействия.

– И как результаты?

– Как обычно, за языком не успевают записывать. Уже тридцать листов исписали.

– Это хорошо. Потом сравним с тем, что Аргайл узнал, и сделаем свои выводы.

– Точно. – Лейтенант согласно мотнул головой и объяснил своё появление в моих апартаментах: – Я чего сейчас зашёл. Негритёнок про флот их анклава кое-что рассказал.