Империя. Спартанец - Алексей Живой

– Молодец, Гисандр, – похвалил его Механид, добежав до финиша.

А Деметрий только скрипнул зубами от ярости, но промолчал. Тарас не стал его задирать – и без того устал. Главное, он утер нос гордому командиру агелы. Только Эгор с Архелоном добрались до финиша в первой тридцатке. Остальные парни из его агелы пришли еще позже.

На этом первый день празднества закончился. Все участники забега, выстроившись по агелам, промаршировали круг почета по стадиону и под рев ликующей толпы покинули Хорос. С площади надзиратели уводили своих питомцев разными дрогами в места отдыха, видимо, заранее оговоренные с организаторами соревнований. На улицах их продолжала приветствовать ликующая толпа горожан, и волей-неволей приходилось махать в ответ руками.

– Смотри, какие девы, – подтолкнул Архелон в бок Тараса, когда они в третий раз за сегодняшний день проходили мимо Скиаса. Тарас проследил за его пальцем и увидел четырех молодых горожанок, одетых в такие короткие хитончики, что дух захватывало. И спецназовец поймал себя на мысли, что женщина в одежде сейчас выглядела для него даже странно, хотя и не менее привлекательной.

– Да вы назад посмотрите, – оторвал их от созерцания одетых спартанок Эгор.

Оба друга повернулись и увидели, что с Хороса вышла колонна голых гимнасток и направилась вслед за ними под руководством своих надзирателей.

– Вот это да, – проговорил Тарас, который едва не свернул шею, оборачиваясь назад, – интересно, а где они будут ночевать?

– Хорошо бы рядом с нами, – мечтательно произнес Архелон.

– Это было бы здорово, – согласился Тарас, но потом вспомнил про надзирателей и добавил, погрустнев: – Да только нас все равно никто от места ночлега далеко не отпустит.

– А кто тебя сторожить будет? – удивился Эгор. – Ты же не сбежать собрался. Ты на Гимнопедии пришел, славу искать.

– Думаешь, получится? – переспросил Тарас, размышляя совсем не о славе.

«Главное, чтобы они ночевали где-нибудь поблизости, – мечтал Тарас, – а там можно и в гости сходить». От таких мыслей усталость после многокилометрового забега как рукой сняло.

Вскоре оказалось, что их ведут тем же путем, каким они бежали. И вечером того же дня, миновав несколько улиц, эфебы вновь оказались на большом холмистом пустыре. Надзиратели уверенно вели агелы к одному из двух прямоугольных зданий с колоннами, между которыми виднелась статуя античного героя.

– Мы что, будем ночевать прямо здесь, на дромосе? – поинтересовался Тарас.

– Похоже, – откликнулся Архелон, – это ведь гимнасии; наверное, в одном из них и разместимся на ночлег.

– В одном из них, – повторил Тарас, оглядываясь на неотстающую колонну голых спартанок, тела которых приятно освещало вечернее солнце, – а они, значит, в другом, за статуей… это чья статуя?

– Хорошо, что тебя не слышит Элой, – раскрыл глаза от удивления Архелон, – а то высек бы тебя за богохульство. Это же предок наших царей, Геракл.[47]

Предположения Тараса полностью подтвердились. Элой привел агелы из своего лагеря в один из гимнасиев и приказал размещаться на ночлег.

– Сейчас вас накормят, – сообщил он им перед тем, как распустить, – а потом можете умыться. Источник находится позади здания гимнасия. И отдыхайте. Завтра вас ждет новый день соревнований. Все, кто участвует в метании копья и диска, должны провести вечернюю разминку, а на рассвете – утреннюю. Остальным – заниматься вдвое дольше.

– Гисандр, поздравляю с первой победой, – скупо похвалил его на прощание Элой, – агела Деметрия может гордиться тобой.

И, получив разрешение на «отбой», усталый, но счастливый Тарас поплелся в дальнюю комнату, где разместили походную столовую. На длинных столах были выложены сухие лепешки, огурцы, сыр, оливки и вода в кувшинах. В общем, пища богов.

Внутри здание гимнасия было разбито на несколько залов с деревянным полом. В некоторых помещениях молодые спартанцы обнаружили приспособления для гимнастических тренировок, напомнившие Тарасу о шведской стенке и турниках, но в большинстве комнат было абсолютно пустынно. Спать предполагалось на полу.

– Неплохо для начала, – кивнул Тарас, осмотрев место для ночлега по дороге в столовую.

Быстро насытившись, – есть хотелось ужасно, но больше хотелось пить, – Тарас раньше всех отправился к указанному источнику. Источник оказался не просто расщелиной в земле, откуда вытекает вода, а мраморной амфорой, выложенной понизу камнями. Вода, наполнив амфору, вытекала из нее и заполняла резервуар внизу, в котором можно было даже омыть ноги.

У источника царило оживление. Несколько десятков молодых спартанок мыли друг дружку, весело смеясь. Они окатывались водой и скреблись пальцами. «Может, им спинку потереть?» – промелькнула у спецназовца шаловливая мысль. Подойти незаметно было очень трудно, и Тарас в недоумении остановился в нескольких шагах, осторожно прикрыв свое мужское достоинство.

– Ты боишься нас, победитель? – немедленно обратилась к нему одна из длинноволосых дев, только что умывшая лицо и теперь выпрямившаяся перед ним в полный рост.

Девушка была не очень высокая – где-то по плечо ему, – светловолосая, зеленоглазая, со спортивной фигурой. Под восхищенным взглядом Тараса она ничуть не смутилась, словно была с ног до головы закутана в простыню. Даже напротив. Выжав свои длинные волосы, она просто предложила:

– Если ты пришел омыться, давай я помогу тебе.

От такого предложения Тарас впал в ступор. Но отступать было поздно. Сзади уже подошли и наблюдали за ними другие спартанцы, включая Деметрия. Кроме того, он действительно был «победителем» в Гимнопедиях, а и им полагались почести. Правда, какие именно, кроме лаврового венка, до сих пор украшавшего его голову, голый спецназовец до конца еще не представлял.

– Ну попробуй, – пробубнил Тарас и бочком протиснулся к источнику.

Положив лавровый венок на камень, он умылся. А девушка вдруг окатила его спину водой, зачерпнув ее ладонями из амфоры, и принялась осторожно скрести ее пальцами, стараясь не задеть ссадины от падения и порки. Тарас против воли испытал блаженство. Натруженная и разогретая солнцем спина мгновенно расслабилась. При этом все было так просто и естественно, что эротического возбуждения он не испытал, словно действительно находился в массажном салоне или общей бане.

– Спасибо, – сказал Тарас, осторожно поворачиваясь к девушке, по-прежнему задорно смотревшей на него, – позволь узнать, как тебя зовут?

– Елена, – просто ответила та, – дочь Автония. Он учит эфебов биться на мечах в Амиклах.

– Елена Прекрасная[48], – проговорил Тарас, усвоив информацию о ее отце, и зачарованно глядя в зеленые глаза стоявшей перед ним прелестницы.