Крылья мрака - Тильда Гир

Как и все жители американского севера, Брат Лэльдо к снам относился серьезно. Во сне человеческий ум не обременен дневными заботами, на него не давят потребности тела, и он, свободный и раскованный, способен иной раз прозреть будущее, скрытое от физического зрения и рациональной мысли. А иной раз сознанию спящего человека удается даже проникнуть в другие, параллельные миры, и увидеть то, что и вовсе неведомо людям… или раздобыть в другом мире нечто, приносящее пользу. Так случилось однажды со священником-заклинателем пером Иеро Дистином во время их совместного путешествия. Иеро во сне побывал в странном мире, где зачем-то собирал дурно пахнущую траву, не понимая смысла этого действия, — а когда проснулся, оказалось, что на его отряд напали упыри-кровососы, для которых эта трава — смертельна. И это был не единственный пример.

Поэтому эливенер с полным вниманием отнесся к словам юного уробороса.

— Расскажешь нам, что тебе приснилось? — осторожно спросил он. Не каждый ведь согласится выдать тайны своего сознания.

Но Дзз не страдал ни патологической скрытностью, ни комплексом сверхценности собственного «я», и потому сразу же согласно кивнул:

— Расскажу, конечно. Только я мало что понял. Но вроде бы запомнил… В общем, так. Сначала я шел лесом, и там росли красивые белые деревья с гроздьями яблок на ветвях. Потом я увидел, как ящерицы растят чеснок — прямо сразу, сунули семечко в землю — и оно тут же проросло. Потом я очутился в болоте, битком набитом всякими отвратительными существами, и они пытались меня сожрать. Потом была равнина, дохлый птервус, а рядом с ним — птенцы… а потом я вдруг очутился в городе. Я никогда не видел таких городов. Там были большие каменные дома с железными решетками на окнах, с железными дверями. По улицам ходили люди, но меня никто не замечал, а я мог рассматривать прохожих, сколько мне вздумается. И я, представляете, испугался. У них на головах были надеты печные трубы! Черные печные трубы! А потом я проснулся. Вот так.

— Странный сон, — решила иир'ова. Степное племя охотников, магов и ворожей отлично разбиралось в ночных видениях, но этот сон Лэса полностью прочесть не смогла.

Ну, лес, равнина, болото — это понятно, малыш просто увидел дальнейший путь отряда. Но люди с печными трубами на головах? Ей не приходилось слышать о чем-то подобном.

Брат Лэльдо тоже не понимал, что это может означать, но его куда больше интересовало другое. Почему малыш Дзз сделал вывод, что сон нехорош?

В ответ на вопрос брата Лэльдо уроборос серьезно ответил:

— Я это почувствовал.

И Лэса, и брат Лэльдо согласились с тем, что чувство, ощущение дурного — дело серьезное. А значит, сон и в самом деле предвещает нечто нехорошее. И сделали естественный в их положении вывод: надо быть как можно осторожнее.

Лэльдо и кошка рассказали уроборосу о видении в зеркале, чтобы их юный друг был готов к возможному нападению. Дзз отнесся к их рассказу с полным вниманием. Что гадания, что сны — все это выходы в другую реальность…

А потом иир'ова и эливенер надели свои заплечные мешки, подхватили посохи, и вся компания зашагала вниз по склону холма, направляясь на север. На запад и на восток, насколько они могли разобраться, ментальное пространство оставалось нестабильным.

Когда они пересекали заполоненную «медузами» лужайку, брат Лэльдо отметил, что уроборос перепрыгнул через копошившуюся в траве кучку слизи, не обратив на нее ни малейшего внимания. Но это значило, что малыш не уловил никаких признаков опасности. А он обладал повышенной чуткостью, это эливенер уже давно понял. Успокоившись насчет возможной угрозы с тыла, эливенер немного повеселел. Маленький отряд шел бодро, до рассвета еще оставалось время, и только все сильнее сгущавшиеся тучи вызывали опасение. Но, конечно же, совсем не дождя боялись путники.

Время рассвета наконец пришло, но лучи утреннего солнца не в силах были пробиться сквозь плотную массу грозовых облаков. Лишь часа через полтора вокруг немного развиднелось. И тогда над головами путников мелькнула первая крылатая тень…

Длинные чуткие пальцы Лэсы стремительно перебрали висевшие на груди кошки амулеты — и замерли на птичьем боге.

Эливенер поднял булатный посох — и застыл, всматриваясь в силуэт гигантской птицы.

Юный уроборос встопорщил шипы на спине.

Но тень умчалась, сделав два круга над путниками.

— Разведчик, — негромко сказал брат Лэльдо. — Идем скорее, может быть, найдем какое-нибудь укрытие.

— Вряд ли, — передал уроборос. — Я лично ничего подходящего поблизости не чую. Холмики, кустики, кое-где деревца — и все.

Иир'ова и эливенер изумленно уставились на шипастого червяка. Чуять издали воду — это понятно, но подробно описать характер всего края?..

— Малыш, ты уверен, что не ошибаешься? — осторожно спросил брат Лэльдо.

— Конечно, уверен, — встряхнул шинами уроборос. — Здесь нормальное пространство, оно ничуть не мешает сканированию.

— Чему-чему? — ошеломленно спросила иир'ова. Уж на что степные охотники были доками в ориентировке на пересеченной местности, но чтобы такое?!. — Что значит это слово? Я не понимаю!

— Ну, так у нас говорят, в Карпатах, — пояснил Дзз. — Это вроде бы древнее слово, и даже иностранного происхождения, — оно значит проверку наличия препятствий на маршруте.

— Проверку наличия… — растерянно повторила иир'ова, слегка обалдев от хитроумного определения. — Да вы же в основном подземные деятели!

— Ну да, — согласился уроборос. — Вот под землей-то и нужно это уметь. А иначе, как пить дать, напорешься на что-нибудь неподходящее.

— Ну и ну… — пробормотал эливенер. — А как насчет сканирования воздушной среды? — с легкой язвительностью в тоне поинтересовался он.