Сбежавший король - Дженнифер А. Нельсен

– Тогда почему же, интересно, ты так старался попасть сюда, к нам? – спросил он.

– Ты не оставил мне выбора.

– А может, ты хочешь завершить то, что мы начали в саду? – Я посмотрел ему в глаза, и он продолжил: – Я был там, потому что ты сжульничал тогда, в ту ночь. Ты победил меня обманом и обманом получил корону!

Когда мы с Роденом сражались в ту ночь, я притворился, что падаю, и уронил меч. Но это не было жульничество. Это был прием. Да, Родену некого было винить в том, что он поддался, кроме себя самого. Ведь до этого я сам предупреждал его, что так и сделаю.

– Все, что ты делаешь – сплошная ложь, – сказал Роден. – Так было всегда. Ты знаешь, что творилось на следующее утро в Дриллейде? Куда бы я ни пошел, везде праздновали и говорили, что в Картии начинается новый день. И все из-за кого? Из-за тебя?

– Да, из-за меня. Я Джерон. Может быть, тебе это не нравится, но изменить это не в твоих силах.

– Как бы тебя ни звали, ты не заслуживаешь трона. – Голос Родена звучал все громче, все резче. – Он должен был достаться победителю. Он должен был достаться мне!

– Тогда дай мне меч и давай сразимся еще раз, – предложил я. – Если ты победишь, то сможешь отомстить мне. А если я, тогда я получу то, что пожелаю.

– Бессмысленно снова сражаться. Ты уже находишься в моих руках. – Глаза Родена сузились. – И я знаю, чего ты хочешь: ты думал, что, придя сюда, сможешь остановить нападение пиратов на Картию.

Я кивнул.

– Я еще не отказался от этого намерения, кстати.

– Ну, теперь я король. И тебе не остановить меня. Сегодня будет пир в честь моей коронации. После этого на глазах у всех я сам убью тебя, чтобы показать, что будет с тем, кто идет против меня. Твоя смерть укрепит мою власть. – Он не сказал ничего смешного, но я все равно рассмеялся.

– Я очень рад, что ты это сказал. Потому что раньше я думал, что это я самый нелепый правитель в округе.

Роден занес руку, чтобы снова ударить меня, но на этот раз я не отступил, и он медленно опустил руку.

– Пошли, – сказал он пиратам. – У нас сегодня много дел.

– Ты не можешь оставить его так, – сказал один из пиратов. – Ты же сам рассказывал нам все эти истории о нем.

– Ему удавалось выбраться из веревок, – сказал Роден, – но не из цепей. С этим он не справится.

На самом деле я мог бы это сделать. Та шпилька, что мне дала Имоджен, все еще лежала у меня в ботинке. Я легко справился бы с замком этих цепей.

– Но если он освободится, то может удрать через окно. – Роден повернулся ко мне. – Этого нельзя исключить.

Да, на его месте и я не стал бы ничего исключать. На самом деле таков и был мой план.

Роден взял у одного из пиратов дубину и подошел ко мне. Он взмахнул ею в воздухе, проверяя вес. Сердце у меня екнуло, но Роден не собирался сегодня меня убивать, и я надеялся, что он лишь пугает меня.

– Прости, – сказал Роден. И когда он закинул дубину на плечо, я понял, что он задумал.

– Не надо! – закричал я. – Роден, не надо!

Но он это сделал. Дубина обрушилась на мою правую ногу, подобно пушечному ядру. Будто молния пронзила каждый нерв моего тела и вырвалась из меня ужасным криком. Я сразу понял, что сломана кость, но боль была такая, что я не понимал, насколько все плохо.

Я повис на цепях, наклонившись вбок, меня рвало, глаза заволокло густым туманом.

– Теперь ему не выбраться из этих цепей, – сказал Роден. – Если и выберется, все равно никуда не уйдет.

Хотел бы я достойно ему ответить, но мир стремительно уходил у меня из-под ног. Закружившись в невыносимом сочетании боли, голода и непередаваемой усталости, я повалился вперед, и тьма сомкнулась надо мной.