Обжигающий север - Алена Медведева

– Так необычно, – выдохнула я стоявшему позади мужу, осознав, что замерла на месте, задержав дыхание.

– Да, причем вся эта красота образовалась совершенно случайно, – пояснил старх. – В средних пещерах мы вырубали пробную породу, проверяя наличие в ней гелия-3, потом какое-то время тут хранилась часть оборудования, для чего конкретно эту пещеру, как самую большую в нашей шахте, углубили и сделали минимальное освещение. Еще какое-то время здесь был перевалочный склад, на котором что только не хранили – от вагонеток для руды до продуктов. Думаю, именно с продовольствием с Ридана и попали споры мха. И совершенно неожиданно смогли приспособиться к жизни, да еще как... Все, что сейчас видишь, разрослось меньше чем за год. И не только у нас так получилось. В нижних пещерах под убежищем тоже полно этого мха. Именно поэтому я склонен думать, что с разведением моруса все получится – наша искусственно созданная среда близка к условиям этого подземного мира.

– Если он так быстро вырос, то и возобновляться должен хорошо, – поделилась я предположением.

Рид, шагнув вперед, пожал плечами, выражая обнадеживающий настрой:

– Вот поэтому и решили попробовать разводить оленей.

– А вода? Откуда здесь влажность достаточная для произрастания мха?

– Идем, – кивнул в нужную сторону муж и взял меня за руку, приглашая следовать за собой.

Мы прошли метров сто, прежде чем достигли настоящего водопада! А я не понимала, откуда странный глухой шум, непривычно разносимый эхом под сводом пещеры. Он каскадными потоками, далеко разбрызгивая множество блестящих капель и создавая туман влажной взвеси, стекал по стене, образуя небольшую проточную заводь, вода из которой исчезала в широком отверстии у самого края пещеры.

– Это часть охлаждающей компрессоры системы, – сразу пояснил Рид. – На поверхности есть специальная установка, действующая на накопителях с сияющей, она рубит и измельчает лед, который транспортируется вниз, по пути разделяясь на два потока. И в виде мелкой крошки в первом случае и ледяной воды – во втором (путь этого потока длиннее и лед успевает растаять) попадает в специальные охлаждающие отсеки компрессоров. В них вода сильно нагревается за несколько минут, ведь процесс идет непрерывно, и уже дальше проходит по специальной системе стоков, охлаждаясь вновь и обогревая некоторые пещеры. Этот водопад – как раз часть системы стоков, вода в нем теплая и безопасная. Гелий не дает заражения, а стоковая циркуляция позволяет воде пройти дополнительную фильтрацию.

Коснувшись рукой поверхности заводи, удостоверилась в последнем. Вода не просто теплая – очень теплая! Хоть ванну принимай.

– Когда заметили черный мох, и появилась мысль об оленях и пастбище, мы этот водопад немного расширили и сделали каскадным, – дополнил муж.

– А куда потом девается весь этот гигантский объем воды, что идет на охлаждение компрессоров? – озадачилась я.

– Снова попадает на поверхность и почти мгновенно замерзает, – с серьезным видом разъяснил муж, пристально рассматривая водоем. – Специальными пушками на сияющей распыляется снаружи, мгновенно конденсируясь и превращаясь в лед. Замкнутый цикл, механизм действия, если вдуматься, схож с процессом поглощения и выброса энергии проводниками. Вода сначала забирает тепло, охлаждая компрессоры, а потом отдает его, нагревая воздух в пещерах.

– Получается, эта не та вода, что стекает с таяльни? – пытаясь сообразить, как все это может быть взаимосвязано, уточнила я.

– Нет, там лед тает постепенно, поскольку в быту нет такой колоссальной потребности в воде. Но вода из таяльни проходит через систему фильтрации, санирования и обогащения. Это позволяют сделать установленные фильтрующие системы. Надо будет тебе показать, кстати, раз ты такой чудесный механик, то всегда сможешь помочь не только с установкой распределительного насоса, но и с заменой фильтров, – так и не поняла, пошутил Рид или сказал о помощи на полном серьезе. Посмотрим.

Осмотревшись, заметила неподалеку сделанный из металлических заграждений загон метров на восемьдесят.

– Для оленей? – удивилась я. – Думала, вы вход в пещеру просто оградите, а внутри животные смогут перемещаться свободно.

– Нет, по всей территории пещеры сразу не смогут. Опасаемся, что так часть мха будет вытоптана и пропадет бесполезно. Решили пока сделать им больший загон, чтобы олени были более подвижны и сами могли добывать пищу. А загон будем по мере поедания мха переносить на новое место. Так и скорость возобновления растения увидим.

Пещера, конечно, большая, но если представить, сколько за год должны съедать олени...

– А много пещер с этим черным мхом? – голос дрогнул.

– Пять. И эта самая большая, – спустя паузу ответил Рид. – Есть еще три свободные пещеры в шахте. Одну отведем под твою теплицу, а в двух других тоже попытаемся расселить этот мох.

Понятно, почему муж говорил, что нельзя думать о большом стаде в перспективе. Не факт, что нашим трем оленям хватит пропитания. Конечно, есть привозной корм, но навсегда им не запасешься... Так что вопрос скорости возобновления этого риданско-иволонского мха очень актуален.

– Я с Руензом договорился. Ему мох совсем не нужен. Поэтому после окончания сезона ветров съездим и сколько сможем соберем и увезем к себе. Дорогу осилит идущий, так что будем стараться оленей сохранить, – словно прочел мои мысли муж. – Завтра подъемник расширим и оленей сюда переместим.

А если сможем выращивать морус, то обеспечим запасом овоща не только нас, но и дополнительной пищей оленей, которые едят ботву. Это тоже не маловажный стимул осуществить задумку с теплицей, олени мне очень нравились.

– Вита, – неожиданно интригующий тон обращения вырвал из глубоких размышлений на тему сельскохозяйственных работ, – купальня предполагает нечто схожее?

Муж указывал на проточную заводь с теплой водой. Получается, что да. Я утвердительно кивнула.

– Предлагаешь у нас не делать, а ходить сюда купаться? – усмехнулась я, – тут даже поплавать можно.

– У нас сделаем, это не обсуждается, а вот искупаться можно, – деловито поддержал мысль муж.

– О! – купание в атмосфере лунной ночи, в уединении, наполненном лишь звуком падающей воды, это так невероятно романтично...

– Рискнешь? – глаза мужа даже заблестели в сумерках, словно заискрились от любопытства.

– А никто не придет? – решила расправиться с последними сомнениями.

– Нет, все заняты, – сверкнули в улыбке крепкие зубы старха.

Внезапно поймала себя на неожиданной мысли. Сейчас, полускрытый тенями облик мужа... очаровывал. Что-то отталкивающее во внешности скрылось в полутьме, а ореол харизмы и мощи окутывал силуэт, притягивая и пробуждая... желание.

– Тогда давай, – почему-то шепотом ответила на предложение.

И мы, дружно раздевшись, сложили одежду аккуратной горкой и забрались в водоем. Сначала в чашу каменного углубления шагнул Рид, проверяя дно, а потом, обхватив меня за талию, поднял на мгновение вверх и поставил рядом. Восхитительно! Воде с такой приятной температурой, что не обжигала, а согревала. Рид взял меня за руку и шагнул вперед. Заводь была в ширину метров до семи, и как выяснилось, имела в центре солидную глубину. Рид, оказавшийся там первым, скрылся в воде по самую талию, значит, меня скроет по грудь. Твердое и гладкое дно – не упасть бы. Поэтому, когда мы окунулись в приятное тепло, предложила устроиться на довольно пологом берегу, ближе к краю заводи – там и течение не так ощущалось. Рид сразу привлек меня к себе, прижимая рукой к телу, иначе бы уже унесло в темный зев стока. Стремительно несущаяся вода не позволяла расслабиться и просто поблаженствовать на поверхности.