Джига со смертью - Дмитрий Дашко

Городок выглядел безжизненным, если не считать шавки с обрубленным хвостом. Она подбежала и ткнулась мокрым носом по очереди в мои ботинки и сапоги эльфийки. Ошейника у собаки не было, но я не горел желанием пригреть бездомное животное. В конце концов, я живу ничуть не лучше ее. У меня тоже нет дома, и ночую я на раскладушке у себя в конторе.

Эльфийка потрепала собачку по шерстке.

— У тебя есть что-нибудь из еды?

Я развел руками:

— Как-то не подумал.

— Тогда купи что-нибудь собачке. Она голодная.

— Я и сам не прочь пожевать.

— Тогда пойдем обедать, здесь же должен быть буфет.

Собака увязалась за нами. Чтобы от нее отделиться, пришлось купить две порции сосисок в тесте. Мне кажется, она рассчитывала на большее…

Броско сказал чистую правду. Стоило мне сделать в Капаче один шаг и ему об этом сразу стало известно. Воздух здесь особенный, что ли?

Мы зашли в станционный буфет и заказали по чашечке кофе. Пока буфетчик обжаривал зерна, Лиринна и я принялись за изучение меню. Мы не успели продвинуться дальше второй строчки: перед нами возник Кристиан. Потрясающая оперативность: с момента приезда в город прошло не больше десяти минут.

— Привет! — откликнулся я, завидев мрачное лицо Кристиана.

В ответ раздалось что-то среднее между звуком засорившейся водопроводной трубы и бурчанием в животе. Возможно, так звучит «здравствуйте» по-лютански.

— Присоединишься? — предложил я.

— Некогда, — пробурчал он. — Броско просил доставить к нему без проволочек. Кстати, кофе в этом буфете — натуральные помои. Ни вкуса, ни запаха, одна подкрашенная водица. Босс угостит вас настоящим лютанским крепким кофе. Если захочет, конечно…

— Так ты попроси его, тебе он не откажет, — откликнулся я. — Собирайся, Лиринна. Пойдем, испытаем на себе гостеприимство мистера Броско.

Багажа при нас не было, поэтому сборы не заняли много времени. Я оставил буфетчику утешительный приз в два медяка, похоже, это составит весь его дневной заработок. На улице стоял открытый экипаж.

— Это за нами? — удивился я.

— Да, — подтвердил Кристиан. — Босс не хочет терять ни минуты.

Кучера не было, вместо него на козлы сел Кристиан. Мы разместились за его спиной на жестких сиденьях.

— Н-но, поехали, — крикнул лютанец, трогая с места.

Лошадка взмахнула хвостом и резво потащила экипаж по разбитой мостовой.

Солнце давно перевалило за полдень, ходя до наступления настоящего вечера оставалось еще несколько часов. Мэрия городка мало заботилась об удобствах для путников, дороги в Капаче напоминали стиральную доску.

Большое некрасивое здание из бурого кирпича выросло после того, как экипаж перебрался через канаву, наполненную до края зловонной жижей, и поднялся на пригорок. Со всех сторон оно было окружено высокой стеной и напоминало крепость в крепости. Мы подъехали к закрытым воротам, однако те распахнулись в мгновение ока, когда Кристиан, не вставая с места, что-то гортанно выкрикнул.

Экипаж въехал внутрь. Нас встречал еще один лютанец, толстый и плешивый. Благодаря маленькому росту и необъятному животу он смахивал на шар для игры в гольф. Мы соскочили на землю и огляделись по сторонам. Хозяева подворья позаботились о том, чтобы расчистить пространство от хозяйственных построек. Вокруг только голые стены, ни одного сарая или захудалого курятника. Осталось залить открытое пространство бетоном и играть на нем в мяч.

— Идите за мной, — сказал плешивый. — Броско ждет вас.

Кристиан остался снаружи. Лиринна посмотрела на меня с опаской. Я подмигнул ей: дескать, все в порядке и пошел за плешивым слугой. Эльфийка старалась не отступать от меня ни на шаг.

Броско сидел в старинном кресле с высокой и широкой спинкой рядом с не растопленным камином. Ноги у лютанца были укрыты пледом: холодный воздух в комнате наводил на мысли, что дом этот не прогревается даже в летнюю жару. С правого боку от кресла лежала огромная пятнистая собака — не чета той шавке, что встречала на станции. Стоило нам войти, как псина оскалила зубы и зарычала. Шерсть на холке вздыбилась.

— Спокойно, Робби, спокойно, — тихо произнес Броско, поглаживая пса по вставшему загривку. — Это гости.

Собака перестала рычать, но даю голову на отсечение, что она вцепится в горло, стоит только сделать хотя бы одно неосторожное движение. Из таких псин получаются превосходные телохранители. Быстрые, преданные и надежные. Не то, что люди…

— Не хотите чего-нибудь с дороги? — словно радушный хозяин осведомился Броско.

— Кофе, пожалуйста, — попросил я.

— Мадмуазель? — Броско перевел взгляд колючих глаз на эльфийку.

— Тоже кофе, — тихо сказала Лиринна.

— Жобер, распорядись насчет кофе, — приказал Броско плешивому слуге. — Мне ничего не надо.

Кроме кресла в комнате стояли еще два дивана с маленькими изогнутыми деревянными ножками.

— Присаживайтесь, пожалуйста, — предложил Броско.

Мы с Лиринной сели на один диван. Эльфийка снова прижалась к моему плечу. Я ободряюще стиснул ее ладошку.

— Пока Жобер занимается кофе, в нашем распоряжении несколько минут, — сказал лютанец, поглаживая собаку. — Простите мои дурные манеры. Я не представился даме и сам не имею чести знать ее имени.

— Даму зовут Лиринна, — сообщил я. — Она мой партнер. Мы вместе владеем частным детективным агентством. А это мистер Броско, наш возможный союзник.

Лютанец опустил подбородок вниз.

— Очень приятно, мадемуазель Лиринна.

— Взаимно, мистер Броско.

— Ваш спутник сообщил, что вы владеете детективным агентством. Необычное занятие для столь очаровательной девушки, — заметил Броско.

Надо же, а мы ведь можем быть еще и галантными, подумал я.

— Что тут такого необычного? — удивилась эльфийка. — Я слышала, что в вашей стране женщины сражаются в одних рядах с мужчинами.

Из-за вечных государственных потрясений в Лютании остро стоит демографическая проблема. Мужчин катастрофически не хватает. Немудрено, что многие занятия, традиционно считавшиеся мужскими, теперь успешно осваивают представительницы слабого пола.

— Да, вы напомнили мне о моей несчастной родине, — грустно вздохнул Броско. — Здесь, на чужбине, нам ее так не хватает. Я постоянно чувствую приступы ностальгии. Проклятые аристократы вынудили нас спасаться бегством и искать убежище в вашей стране.

— Насколько мне не изменяет память, не так давно республиканцы поступили с аристократами аналогичным образом, — заметил я. — Семья Рива перебралась в Капач не от хорошей жизни.

— Простому народу надоело терпеть издевательства и унижения от дворян. Мы свергли ненавистного короля, чтобы подарить людям свободу.