Шпора дракона - Джефф Грабб

– Извините меня, госпожа Кэт, – прервала ее Оливия. – Присаживайся. Мне нужно с тобой поговорить.

Кэт подумала, но ей не хотелось обижать этого странного хафлинга, с которой Джиджиони так уважительно разговаривал. Она села опять.

– Насколько я знаю, для магического кристалла расстояние между наблюдателем и объектом не является помехой, правильно?

– Да, – кивнула Кэт.

– Но важно, что наблюдатель знает о своем объекте?

– Да.

– Лица, неизвестные наблюдателю, могут быть обнаружены с большим трудом и лишь на недолгое время?

Кэт слегка наклонила голову.

– Похоже, вы сами сведущи в этих вопросах, госпожа Раскеттл. Не думаю, что вы нуждаетесь в моих советах.

– Да, не нуждаюсь. Я должна быть уверена, что ты сведуща в этом. Что из этого следует, кого из нас ваш хозяин может легче всего заметить? – спросила Оливия.

Кэт вздохнула.

– Меня.

– Точно. Итак, тебя мы должны прятать сильнее всех. Если он не сможет увидеть тебя, то не узнает, что делаем мы с господином Джиджиони. У меня есть кое-что для тебя.

Оливия полезла в карман жилета и вытащила волшебный мешок Джейд. Она развязала веревку и пошарила внутри. С серьезным лицом Оливия достала «амулет».

Она с важным видом положила завернутый в красный шелк амулет между собой и волшебницей, как будто это была древняя реликвия.

– Что это? – спросила Кэт.

– Амулет от волшебного обнаружения. Очень сильная вещь.

Кэт начала развязывать сверток.

– Нет, не разворачивай! – Предупредила Оливия. Волшебство очень сильное, и это должно быть завернуто. Последний, кто хотел сделать это, ослеп и сошел с ума. Просто держи его при себе.

– Это очень великодушно с вашей стороны, госпожа Раскеттл, – удивленно сказала Кэт, засовывая амулет в карман.

– Хорошо. Я одолжила это у Эльминстера, пока мы не разберемся с этим делом. Постарайся его не потерять. Эльминстер не простит мне этого.

– А кто такой Эльминстер? – спросила Кэт.

Оливия удивленно подняла брови.

– Эльминстер. Мудрец Эльминстер. Я не знала, что в Ордулине о нем не знают. Эльминстер… Спросите любого. У меня к тебе есть один вопрос. Шут послал тебя за шпорой, а что Шут обещал тебе за это?

– Ничего, – ответила Кэт. «Слишком быстро», – подумала Оливия.

– Он сказал Джейд, перед тем как убил ее: «Ты хотела украсть то, что ты не заработала». Он платит тебе за работу?

– Нет. Он мой хозяин. Я делаю то, что он прикажет, не ожидая никаких наград. Так обычно бывает между хозяином и учениками.

– Ты уже не девочка, чтобы быть учеником. Почему один волшебник работает на другого? Он обещал научить тебя особым заклинаниям или дать специальные волшебные вещи?

– Какая разница, если я уже покинула его? – хитро спросила Кэт.

– Ну, когда мы победим его, его вещи достанутся нам, так сказать. Если что-то заинтересует тебя, это будет твоим. Конечно, если у Шута все еще есть что-то особенное.

– Что вы имеете в виду? – смущенно спросила Кэт.

– Но, я уже говорила, что Джейд вытащила у него из кармана темный кристалл размером с мой кулак. Боюсь, что ты кое-что забыла, – сказала хафлинг. – Он был у Джейд, когда Шут распылил ее. Волшебная ли это вещь или драгоценность теперь уничтожена. Конечно, он не сможет теперь использовать эту вещь против нас.

– Ну, это очень интересно, госпожа Раскеттл, – сказала Кэт, пытаясь сохранять спокойствие, – но мой хозяин, я имею в виду Шута, обладает многими волшебными вещами. Одной больше, одной меньше – его сила не уменьшится. Девушка начала суетиться.

– Кроме шпоры, – возразила Оливия, – или бы он не был так озабочен тем, чтобы ее получить. Хотя, я говорила не о силе Шута. Я спрашивала, почему ты стала его слугой. Я полагала, что кристалл здесь как-то замешан, ведь когда он спутал Джейд с тобой, то обвинил ее в том, что она хотела украсть то, что не заработала.

– Я не знаю, что имел в виду Шут. Сожалею. Мне действительно нужно идти изучать мои заклинания, – сказала волшебница, поднимаясь со стула. Пожалуйста, попросите Томаса позвать меня, когда экипаж прибудет.

Оливия вздохнула. «Большинство людей сами дают тебе в руки веревку, чтобы их повесили, – подумала хафлинг. – Я сейчас отпущу тебя, но потом у нас с Джиджи найдется петля, в которую ты попадешься».

Вернулся Томас и принес поднос, чтобы убрать со стола.

– Извините, мадам. Я думал, что вы закончили…

– О, да, Томас. Не обращай внимания, – сказала Оливия, махнув рукой, чтобы показать, что слуга может приступить к своим обязанностям.

– Ты послал за экипажем, Томас? – спросила хафлинг.

– Да, мадам.

– И как скоро он прибудет?

– Это зависит от того, как скоро мистер Дзулас откроет прокат экипажей, – объяснял слуга, убирая со стола объедки. Дороги покрыты льдом, а мистер Дзулас очень заботиться о своих животных. Он ждет, когда солнце растопит лед. Я бы сказал, еще час. Оливия кивнула.

– Прошлой ночью тот, кто напал на госпожу Кэт, вошел прямо в ее комнату или искал ее по всему дому? – спросила хафлинг.

– Никто, кроме самой госпожи Кэт не видел нападавшего, – сказал Томас, выделяя слово «видел», как будто сомневался в существовании этого человека.

– Ты полагаешь, что она все придумала, – спросила Оливия с заговорщицкой улыбкой, надеясь разговорить Томаса.

Но это было не так то просто.

– Я не хотел бы этого говорить, мадам, но… она могла ошибаться.

– Ей это показалось? – спросила Оливия.

– Ей могло присниться, – предположил Томас, – или это был кот, а она не поняла спросонья.

– Гм. Она не производит впечатления слишком нервной, – прокомментировала Оливия. И добавила, уже более для самой себя:

– Следует быть очень осторожным, пытаясь убедить кого-либо поступать правильным образом.

Удивительно, но после этого замечания Томас стал более разговорчивым.

– Я думал об этом же сегодня утром, мадам, – согласился он. Чем больше вы стараетесь предостеречь человека, тем упрямее он становиться. Некоторые делают именно то, что им запрещают, даже если и не собирались так поступать.

– Запретный плод сладок, – сказала Оливия.

– Точно, мадам.

– Я буду в гостиной, Томас, – сказала хафлинг, слезая со своего высокого стула.

– Хорошо, мадам.

Оливия вышла из столовой в главный холл, закрыв за собой дверь. Она пошла к гостиной, открыла дверь и, не заходя в комнату, опять закрыла ее, громко хлопнув.