Проклятие демона - Роберт Энтони Сальваторе

— Самое ужасное путешествие в моей жизни, — сказал Роджер, и у него слегка задрожал голос. — До сих пор не могу поверить…

— Он покоится в роще? — спросил Джуравиль. — Рядом со своим дядей Мазером?

Роджер кивнул, и эльф тут же свернул с тропы, ведущей в Дундалис, и направился к могиле своего друга. Роджер последовал за ним.

В густой роще, находившейся к северу от Дундалиса, было прохладно. Джуравиль хорошо знал это место и безошибочно выбрал нужную тропинку. Роща была невелика по размеру, но в свое время госпожа Дасслеронд с помощью могущественного изумруда окружила это место магическими чарами. Это произошло через несколько лет после гибели Мазера Виндона, когда предводительница эльфов навестила рощу, дабы проститься с доблестным воином.

Вскоре тропа, змеясь между величественных деревьев, привела их туда, где покоились два саркофага. Джуравиль и Роджер долго простояли в благоговейном молчании, глядя на могилы и вспоминая прошлое. Если Роджер мог вспоминать только об Элбрайне, то эльф, проживший более двухсот лет, вспоминал обоих своих друзей.

— Меч первоначально был погребен здесь вместе с Мазером Виндоном, пока Элбрайн не отвоевал его у духа своего дяди, — нарушил молчание Джуравиль.

Роджер беспокойно кашлянул.

— Мы поначалу не знали, в чьей могиле должен лежать меч, — произнес парень. — Я думал, что это оружие Элбрайна… Полуночника, но Смотритель считал, что «Ураган» надо вернуть Мазеру.

— Но лук «Крыло Сокола» вы положили рядом с Полуночником? — с некоторым беспокойством спросил Джуравиль, поскольку то был последний лук, изготовленный отцом эльфа. Отец Джуравиля сделал его специально для Элбрайна.

— Да, с Полуночником, — подтвердил Роджер.

— Это правильно, — отозвался эльф.

Но не прошло и нескольких секунд, как взгляд Джуравиля вновь сделался пронизывающим и суровым, словно эльф хотел заставить Роджера раскрыть свои истинные чувства.

— Я все время думаю вот о чем. Если бы я или мы оба сумели раньше попасть в Сент-Прешес… ну, чтобы у нас хватило времени взять меч и лук и передать их Полуночнику, тогда сражение в Чейзвинд Мэнор закончилось по-другому, — сказал Роджер.

— Именно это я и пытался сделать, — признался Джуравиль, желая облегчить терзания парня. — Я находился в монастыре, когда ударили в набат и Джилсепони направилась в Чейзвинд Мэнор. Однако мне не удалось найти ни меча, ни лука.

— Они были в монастыре, — сказал Роджер, которому явно стало легче. — Мы нашли их потом в потаенном месте, куда их спрятал Маркворт. Брат Браумин принес оружие Джилсепони, но она велела отправить меч и лук вместе с саркофагом на север и положить рядом с Полуночником. Жаль, конечно, что у Полуночника не было в руках этого оружия, когда он отправился в Чейзвинд Мэнор на поиски Пони.

— Тогда все перепуталось, — согласился Джуравиль. — Многое оказалось не в тех местах и не в тех руках.

— Хорошо, что нам все-таки удалось найти оружие Полуночника, — произнес Роджер.

Последние слова были сказаны как-то уж слишком возбужденно. Джуравиль чувствовал: Роджер что-то скрывает. Джуравиль вспомнил, с каким пылом он говорил о скором приезде Джилсепони, вспомнил слова госпожи Дасслеронд о том, что мешочек с самоцветами в Чейзвинд Мэнор так и не нашли.

— Вы правильно поместили лук и меч, — похвалил Джуравиль. — Я всегда был уверен, что Роджер Не-Запрешь и Смотритель сделают все, как должно.

— Мы не знали, понадобится ли когда-нибудь это оружие эльфам, — объяснил Роджер.

Джуравиль опустил глаза и взглянул на могилы, в которых покоились два великих воина и замечательное оружие, изготовленное для них эльфами. Пройдет не так уж много времени, и покой этих могил будет нарушен. Новый Защитник, прямой потомок Мазера и Элбрайна, придет, чтобы заявить свои права на оружие. Этому юноше придется сражаться с духом Мазера за право носить «Ураган» и точно так же отвоевывать у призрака собственного отца право на «Крыло Сокола». Вот бы госпожа Дасслеронд надлежащим образом позаботилась об обучении этого ребенка, — подумал Джуравиль.

— Ты действовал правильно, — после долгого молчания сказал Джуравиль. — Время было странное. Я подозреваю, что многое оказалось совсем не там, где должно было бы оказаться.

Эльф считал, что расставил неплохую ловушку для Роджера.

Однако парень не заглотнул наживку, а только пожал плечами.

Белли’мар Джуравиль вполне понимал особенности мышления людей. Все они, начиная с Роджера и кончая Джилсепони, считали, что самоцветы не интересуют народ тол’алфар. Когда Джилсепони опасалась, что она и Элбрайн могут погибнуть в Санта-Мир-Абель, она попросила Джуравиля взять мешочек с камнями, похищенными Эвелином Десбрисом, и отвезти самоцветы в долину Эндур’Блоу Иннинес. Ведь именно из-за этих камней так злобствовал Маркворт. Но тогда Джуравиль отказался выполнить ее просьбу, утверждая, что судьбу самоцветов должны решать люди, а отнюдь не эльфы.

Как ни странно, судьба этих самоцветов сегодня очень интересовала Джуравиля. Именно из-за них он прибыл сюда.

— Идем, — сказал он Роджеру. — Я провожу тебя до северного склона, откуда рукой подать до Дундалиса. Ты сходишь в город и узнаешь, нет ли вестей от Джилсепони. Мы со Смотрителем будем ждать тебя вечером на том же холме. Насладимся ужином, дружеской беседой и песнями Смотрителя!

Джуравиль с Роджером вышли из рощи и, пройдя несколько миль по лесу, расстались. Едва парень скрылся из виду, эльф отправился на поиски кентавра. Когда уставали крылья, он бежал, а когда уставали ноги — летел.

Смотритель подробно рассказал, где его найти, и потому Джуравиль без особого труда отыскал кентавра на холме, поросшем березняком. Оттуда открывался вид на широкое поле, где пасся табун диких лошадей, включая великолепного черного жеребца с белыми манжетами на ногах. Вскоре после появления Джуравиля Дар вскинул голову и повернулся в их сторону. Эльф заметил, как блеснула бирюза на груди коня. В свое время этот камень поместил гуда Эвелин Десбрис. Бирюза помогала Дару лучше понимать всадника.

— Я сказал ему о том, что ты хочешь забрать его, — сообщил Смотритель.

Не успел кентавр договорить, как Дар ринулся к ним на полном скаку, но затем резко остановился и встал на дыбы. Передние ноги бешено молотили воздух. Затем могучий конь повернулся и поскакал прочь, а вместе с ним унесся и весь табун.

— Думаю, ему не по нраву твое желание, — сухо добавил Смотритель.

Джуравиль проводил глазами удаляющегося Дара. Конь двигался стремительно, тяжело ударяя копытами по земле.

— Дар сам выбирает свой путь, — продолжал Смотритель. — Может, он считает, что здесь у него есть дела поважнее.

— Для него табун важнее меня? — спросил Джуравиль.

— Похоже, что так, эльф, — с усмешкой отозвался Смотритель.

Джуравиль сурово поглядел на него, отчего кентавр засмеялся еще громче.