Серое Братство - Олег Шелонин

– Куда вы, Ла Шене? – захлопал глазами граф.

– Обратно во дворец. Не желаете вместе со мной в империю?

– Но я должен принять наследство.

– Как знаете. В конце концов, я вашему батюшке обещал доставить вас живым и невредимым до Вавилота. Я это сделал. Остальное – не мои проблемы.

– Но вы же согласились потом охранять меня и в имении за очень и очень приличный гонорар, вы даже задаток…

– Засунь его себе знаешь куда? – рявкнул маг, швыряя в окно кареты туго набитый кошель. – Держи свой задаток. С белой сворой замка Вомпирштейн только полный идиот рискнет связаться. А я еще лет двести-триста пожить хочу. Прощайте, милый граф.

С этими словами Ла Шене нырнул в только что созданный им портал, который немедленно захлопнулся за его спиной.

– Приплыли, – Ксанка начала выходить из ступора и, опомнившись, первым делом шлепнула Вита по руке, которая успокаивала ее уже где-то в районе бедра, после чего сползла с его колен.

– Что делать будем? – растерянно спросил ее Олет.

– Не знаю, – покачала головой Ксанка, и они, не сговариваясь, перевели взгляд на своего ученика.

– Да что вы всполошились? Ну, Грим, ну, белый… кой черт разница, белый он или черный?

– Очень большая, – со вздохом пояснила Ксанка. – Черный Грим действует целенаправленно. Надо ему, скажем, накаркать смерть на графа, – девица сочувственно посмотрела в сторону Амстервиля, – накаркает, но на него одного. А белая свора замка Вомпирштейн, стоящего у преддверья ада, гасит всех подряд. Рядом оказался, все. Уже не жилец. Редко кто после нашествия белого Грима выживает.

– Господа, – затрепетал юный граф Амстервиль, видя, что дело пахнет уже не страшилками, и речь пошла о серьезных делах, – неужто и вы меня покинете?

– А что вам мешает развернуться и отправиться обратно в империю? – нахмурился Вит. – Вы же слышали, чем грозит вам и нам белая свора. Неужто имение для вас дороже жизни? Не вступайте в права на имение, и все дела.

– Именно этого я сделать не могу, – понурился Амстервиль. – Это вопрос чести. Так было испокон веков. Один представитель рода графов Амстервилей всегда должен находиться в родовом имении около Вавилота. Он должен жить там безвылазно как хранитель…

– Хранитель чего? – жадно подалась вперед Ксанка.

– Точно не знаю. Я так полагаю – нашего рода, – пожал плечами граф. – Дядюшка мой был бездетен, так что теперь этот крест нести мне. Скажу больше, – тяжко вздохнул юноша, – как только приедем, из этого имения мне за его пределы ни ногой.

Друзья переглянулись.

– Не расстраивайтесь, граф, – Вит ободряюще похлопал метросексуала по плечу. – Мы однажды слово давши, назад его не берем. Разберемся мы и со сворой и с загородной виллой и с дядюшкой твоим. Кучер, – высунул он голову в окно кареты, – трогай! До имения нашего заказчика с ветерком! И чтоб до рассвета на месте были!

– Так уже светает, ваши сиятельства, – крикнул в ответ кучер.

– Тогда хотя бы к завтраку поспей! Доедешь за час, граф тебя штофом гномьей водки пожалует! Не обидите кучера, граф?

– Разумеется, не обижу! Ах, господа, как я рад. Кстати, меня зовут Билли. Просто Билли, а не граф. Граф Амстервиль – это для посторонних, а для друзей просто Билли. Кстати, этому прохвосту магу я обещал заплатить двадцать тысяч имперских золотых за решение моих проблем, вы представляете?

– Представляем, – тут же включился в беседу Олет. – Думаю, Билли, эти двадцать тысяч золотых по праву должны принадлежать нам, ну… в качестве, скажем, премиальных за отличную работу.

– Я сказал двадцать? Вы явно ослышались. Речь шла о двух тысячах…

– Ладно, замнем для ясности, – вступил в дискуссию Вит. – О двухстах тысячах поговорить можно и позже. Главное, граф, действуйте со своими новыми подданными решительней. Покажите им, кто есть кто. Поставьте их на место с самого начала…

Карета неслась по проселочной дороге во весь опор, резво подпрыгивая на ухабах. Вслед ей неспешно трусила снежная свора, изредка мелькая меж деревьев, оставляя за собой огромные следы в виде долго не тающих, даже под лучами июньского солнца, снежных сугробов.