Институт моих кошмаров. Никаких демонов - Алиса Дорн

Только почему они медлили? Может, я ошибалась, но отчего-то у меня возникло ощущение, что, если бы они прижали Диза раньше, шансов было бы больше. Но, возможно, я была не права. Как и во многих других случаях. Одно я знала точно: я тут ни при чем. Да, Бертрам искренне заботились обо мне: отвечали на вопросы, помогали, чем могли, поили чаем… Возможно, даже привязались, хотя, как я теперь понимала, взяли в помощники только из-за Диза. Однако никакая забота не помешала бы им меня убить. Что они и продемонстрировали. Это была такая типично демоническая черта – я испытываю к тебе глубокую симпатию, но убью в любой момент, если понадобится, – что у меня не получалось на них обижаться. Тщательно подавляемые и контролируемые чувства на одной чаше весов и выгода на другой. И никаких моральных терзаний по поводу того, что так не должно быть. Демоны. Они все были такими.

И один из них ждал меня в общежитии.

Лифт оказался сломан, и на шестой этаж пришлось подниматься пешком. Желудок все еще болел от микстур Сереша (вот кому следовало взять мастер-класс у Бертрама, пока была возможность!), что настроение не улучшало. Как и Диз, обнаружившийся возле моей двери.

Прислонившись к дверному проему, он ждал, как после одной из наших ссор. Впрочем, почему «как»? Просто в этот раз ссора сильно затянулась.

Я понятия не имела, чем закончится наш разговор.

Даже чем начнется. Я и позвонила-то ему только, чтобы Бертрам услышали про «я знаю, кто убил Мора». Не потому, что была готова увидеться с Дизом.

– Передайте его величеству, что я навсегда его верный слуга, – проговорил он в трубку, знаком показывая мне молчать. – Да. Конечно. Почту за честь.

– Похоже, с момента нашего знакомства я только и делаю, что двигаю тебя вверх в списке наследования?

Отключив телефон, Диз внимательно на меня посмотрел.

– Да, – согласился он. – Но, зная твои методы, я начинаю думать, что это не так плохо.

Очередной из его излюбленных ответов-неответов. Я вцепилась в рукав кофты, боясь задать следующий вопрос. Что бы ни ожидало нас дальше, прощаться с ним не хотелось.

– Что теперь? Тебя можно поздравить? Или высказать тебе соболезнования?

Я уверенно заявила Соррелу, что Диз откажется, – но так ли хорошо его знала, чтобы угадать? Южный король мог предложить ему нечто более ценное.

– Гаап решил отложить свое безумие на время. По его мнению, произошедшее с Мором показало, что югу не хватает короля и жесткой руки. Не могу не согласиться. Но я все еще несвободен, если ты об этом. И сомневаюсь, что когда-либо буду, – криво усмехнулся он. – Особенно сейчас. Отец просто счастлив. Наконец его приносящий одни разочарования сын сделал что-то правильно. Нашел убийцу…

– Ничего, что это вообще-то заслуга «Хантерс»? – перебила я уязвленно.

Даже моя. Частично.

– «Хантерс»? Кто это такие? – рассмеялся Диз. – Ты знаешь Абигора: ему лишь бы правильно подать новости.

– Значит, все? Раз Абигор доволен. Мне падать ниц перед следующим Судией?

По коридору мимо нас протиснулась студентка, бурча что-то об идиотах, загораживающих проход. Увернувшись, Диз неловко пожал плечами.

– Повезло, что Гаап, когда не развлекается сумасшествием, относительно адекватен. И пока не нуждается в заместителе. Надеюсь, эта фаза продлится у него хотя бы лет пятьдесят…

Значит, какой-никакой срок в запасе у него есть. Уже хорошо. А за пятьдесят лет можно многое изменить.

– Нат?

Я увлеченно рассматривала граненые бусины на одном из его многочисленных браслетов.

– Помню про твое отношение к власти и нашим политическим игрищам, но, может, сделаешь для меня исключение?

Нельзя сказать, что я не ожидала этого вопроса. Диз четко дал всё понять. Но я все равно не знала, что ответить.

По идее, я должна была прыгать от радости и пищать от романтики момента. Вместо этого мне вспоминались первые ночи после того, как он меня бросил. Его равнодушие, когда я натыкалась на него в студгородке. Чувство полной и абсолютной опустошенности, преследовавшее меня тогда.

– С чего ты взял, что я захочу снова быть с тобой?

Одно дело – желать ему лучшей участи, чем жизнь в Аду. Другое – броситься ему в объятия. Диз посмотрел на меня как на ребенка.

– Я тебя знаю.

Нет, Диз. Никогда не знал и не понимал. Иначе бы мы тут не стояли.

– Ты напеваешь, когда счастлива. Даже сама не замечаешь. И твой выбор песен весьма сомнителен: тебе не кажется, что «Adieu les solos sous les draps»^[21] после двух месяцев ночевок у меня – несколько неактуальна? Ты смеешься над любовными романами и порно, которое прячешь в папке с ними, но и после тех, и после других приходишь ко мне. Ты боишься сблизиться с кем-то, потому что тебе причинят боль, но именно это тебя убивает. Ты в самом деле полагаешь, что я тебя не знаю?

Позер. Но он действительно меня знал. И возможно – только возможно, – какая-то часть меня скучала по всему этому, но…

– Я тебе говорила: мне не нужно то, что у нас было.

– И я понял. Я был не прав, Нат. Что ты хочешь, чтобы я еще сказал? Я осознал свою ошибку. Больше ее не повторю. Это было глупо. Не знаю, что на меня нашло…

Сильное заявление. Только где-то я его уже слышала.

– Скажи честно: ты скачал мою коллекцию песен Тейлор Свифт и выписал оттуда список вещей, которые нужно сказать девушке, чтобы она перестала сердиться?

Больно непохоже на него звучало. Диз улыбнулся.

– Типа того. Нат…

– Я подписала контракт с Охотниками.

Лучше разрубить этот узел сразу. Я должна понять, во что и почему меня втягивают. И не откажусь от своей цели ради кого-то. Даже ради Диза. Если его что-то не устраивает… С задумчивым видом Диз то ли качнул головой, то ли кивнул: мол, если считаешь, что тебе нужно именно это, рад за тебя.

– Стажировка, – предупредила я. – Начнется в мае.

А я не верю в отношения на расстоянии.

Убеди меня. Убеди меня дать им шанс, убеди забыть эту зиму. Убеди снова тебе довериться и не ожидать больше никаких «ты моя слабость» и «я пытался тебя защитить».

– У тебя есть три месяца.

Я не отрывала взгляда от зеленых глаз. Наконец Диз кивнул, принимая мои условия.