Золото Аида - Галина Полынская

По дороге четырежды попадали под проливной дождь. Ливень шел словно широкими полосами, внезапно обрушиваясь на стекла микроавтобуса и так же внезапно прекращаясь.

На подъезде к Олимпу асфальтово-черное небо прорезали солнечные лучи, отчего горная гряда приобрела вид величественный и грозный. На этот раз путь оказался гораздо длиннее, дорога шла в объезд гряды через несколько селений. Когда наконец домики с оранжевыми черепичными крышами остались позади, дорога стала закручиваться, уходя в гору. Со всех сторон возвышались умытые дождем леса. Пробивающееся сквозь тучи солнце сверкало мириадами огней в листве и хвойных иглах, словно какой-то чудаковатый богач осыпал бриллиантами всю горную природу.

Когда в вышине показались каменные стены монастыря, небо снова заволокло свинцовой темнотой.

– Хоть бы не ливануло, – произнесла Алевтина, задумчиво глядя в окно. – И темнотища такая, хоть с фонарями иди.

– Ничего, как-нибудь прорвемся, – Валя был решительно настроен добраться до цели, невзирая ни на какие погодные капризы.

Подъезда к самому монастырю не оказалось. Георгий нашел удобное место и остановил машину. Дальше предстояло подниматься пешком. Отпускать своих пассажиров без сопровождения он категорически отказался. Достав из багажника охотничье ружье, Георгий отправился с ними.

В безветрии над горными вершинами ползли тяжелые тучи, вдали вспыхивали зарницы молний. Леса притихли в ожидании бури, лишь в воздухе звенело напряжение близкой грозы.

Полуразрушенные стены монастыря встретили визитеров мрачной тишиной. Некогда большой, величественный комплекс зданий стоял над обрывом, у его подножия покачивался слоистый туман, скрывая пропасть. Впечатленная этой картиной, команда стояла, разглядывая руины, пока Георгий не поинтересовался, куда двигаться дальше. И Феликс перечислил все координаты и ориентиры, данные покойным стариком Панайотом.

– Строго на север? – переспросил Георгий. – Компас хоть есть у кого-нибудь?

– У меня, – Валентин снял с запястья часы. – Держи.

Выбрав направление, Георгий пошел от монастыря к лесу, за ним потянулись и остальные.

В лесной чащобе не виднелось ни намека на тропы, сделанные человеком, зато было предостаточно следов, оставленных кабанами. Продираясь сквозь еловые ветки и сплетения кустарников, группа вышла на небольшую поляну, посреди которой возвышался зеленый от лишайников валун, отдаленно напоминающий собачью голову. Определив юго-западное направление, Георгий принялся вслух отсчитывать пятьсот шагов. Пробравшись через бурелом сухих ветвей и поваленных стволов, команда вышла к скале, поросшей мелким кустарником. Подойти к ней вплотную не представлялось возможным из-за густых зарослей ежевики в человеческий рост. Увидав эту плотную колючую стену, Сабуркин удрученно присвистнул.

– Здесь не помешал бы мачете, – согласился с ним Георгий.

– Или скафандры, – добавила Алевтина. – Что делать-то будем?

Совсем рядом, практически над головами, вспыхнула молния, озаряя ежевичные заросли холодным электрическим светом. Чуть с опозданием прозвучал громовой раскат. Феликс обернулся и посмотрел на стоявшего позади Германа. Догадавшись, чего от него хотят, парень в растерянности даже отступил на пару шагов.

– Действуй, Гера, – сказал Феликс. – Не получится у тебя, попробуем иначе.

– А что он сможет сделать-то? – Георгий посмотрел сначала на Геру, затем на заросли. – Знать бы, что тут такие кустищи, я бы хоть бензопилу с собой взял. Можно, конечно, в деревню сейчас ближайшую спуститься, там попросить у кого-нибудь, но возвращаться уже поздно будет, лучше заночевать где-нибудь поблизости, а завтра…