Розы и тлен - Кэт Ховард

С трудом переставляя ноги, еще не придя в себя после бурной встречи Нового года, я приковыляла на кухню и осмотрелась мутным взглядом. Из крана лилась вода, в воздухе стоял терпкий запах серы и мыла. Над раковиной, сгорбившись, стояла Елена.

При моем появлении она выключила воду.

– Я сожгла яйца не нарочно, если ты об этом хочешь спросить.

Но меня волновал вовсе не испорченный завтрак. Глаза у нее были красными, вокруг них темнели полосы от размазанной туши.

– Елена, как ты?

– Знаешь, а ведь она назвала меня так в честь героини пьесы «Сон в летнюю ночь». – Голос ее был резким и хрипловатым.

– Понятия об этом не имела, – ответила я. – Хочешь, приготовлю тебе кофе? Лично я сейчас без него умру.

Она кивнула и села на стул.

– Потому что Елена была одной из четырех влюбленных, привлекших внимание Оберона^[21]. Она страдала от неразделенной любви, и Оберон пожалел ее и велел шалунишке Пэку помочь ей. Разумеется, возникает невероятная путаница, – полагаю, Дженет даже не задумывалась над этой частью повествования, – но именно поэтому она и дала мне это имя. Героиня эта настолько жалкая, что волшебные существа вызываются ей помочь.

Я поставила перед ней кружку с кофе. Она к ней даже не прикоснулась.

– Мне было почти четырнадцать, когда мы впервые побывали в мире фейри. Я-то думала, что это будет увлекательное приключение. Все книги в доме Дженет были посвящены фейри. Она просто одержима – и ими, и их миром. Но в этих книгах не было жутких историй, где фейри вырывают сердце человека за малейшую провинность. В сказках, которые она любила, они были самыми прекрасными, самыми совершенными созданиями, которые только и ждали, как бы щедрее одарить тех, на кого падет их выбор. Ну, ты не хуже меня знаешь все эти слащавые истории.

Конечно же, я их знала. Их герои жили долго и счастливо после всех испытаний, а фей можно было приручить, выставив им на ночь блюдечко с молоком или назвав их истинное имя. Такие милые сказочки. Читаешь, и душа радуется. Но от них никакой пользы, ведь они полны лжи.

– Смею предположить, никаких готических страшилок в стиле Анджелы Картер^[22] в ее библиотеке не было.

У нее вырвался смешок.

– Нет, конечно. Я и не догадывалась, что эти страшные истории существуют, пока не оказалась в настоящей стране фейри. Я тоже думала, что они прекрасные существа, и никого нет лучше них. Я так мечтала туда попасть! К тому времени я уже знала, что родилась среди них, и поэтому вбила себе в голову, что мой отец один из фейри. Убеждала себя, что именно по этой причине я никогда с ним не виделась. Потому что он не может жить в человеческом мире. Я надеялась, что, может быть, он узнает меня, и скажет, что я могу там остаться и жить с ним. В общем, все, что только может вообразить подросток в тринадцать лет, вынужденный жить с матерью, не испытывающей к нему ни капельки любви.

Но когда я там оказалась… – она закрыла глаза. – Что я могу сказать? Это вовсе не похоже на те милые истории, которые мы читаем в детстве. И фейри далеко не добрые существа, благоволящие к людям.

Елена замолчала. Я протянула было к ней руку, но отдернула ее, когда она снова заговорила.

– Когда мы вернулись в наш мир, Дженет объяснила мне, что потрясающей красоты женщина, которую я видела той ночью во главе нашей кавалькады, это королева фейри, и она когда-то украла сердце моего отца. Что она заключила с Дженет сделку, и я была ключом к тому, чтобы вернуть его любовь… Я ей поверила.

– Как ты могла не поверить? – сказала я. – Ты была лишь подростком! А она как-никак твоя мать.

Она протянула руку к кружке, но не взяла ее.

– А потом она объяснила мне, каким образом я могу его вернуть, и что мне для этого надо делать. Надо доказать, что я чего-то стою, добиться, чтобы меня выбрали в качестве дани, ведь только это может разрушить чары королевы Тании.

Я сочувственно молчала. А что тут скажешь?

– Я всю свою жизнь положила, чтобы сделать так, как она хотела, чтобы отец снова полюбил Дженет, чтобы вернулся к нам, и я бы смогла его узнать поближе, но оказывается, я была полной идиоткой, и все, что она мне говорила, оказалось ложью.

– Так вот о чем вы беседовали с Гэвином? – спросила я. – Знаешь, я жутко проголодалась. Давай-ка посмотрим, что тут можно приготовить.

На самом деле, мне кусок не лез в горло. Даже сама мысль о еде заставляла желудок взбунтоваться, но Елена была так напряжена, у нее даже руки тряслись, и я подумала, что еда поможет ей справиться со стрессом.

– Может, приготовим гренки?

– Да, давай.

Я взбила яйца с молоком.

– Почему ты ему поверила?

– На самом деле, вовсе не он мне это сказал. Дженет сама все объяснила. Когда ты танцевала с этим жутковатым парнем, который чуть было… А что, вообще, случилось?