Трофейная ведьма - Лана Ежова

Только бы мне повезло… Только бы мне повезло! Я не прошу многого у судьбы — только еще одну капельку везения.

Даже в дождь, очищающий землю у дома, где я родилась, ощущалась безнадега. Темная аура настолько въелась в его стены, что лишь время сотрет ее до конца.

Я вошла в здание, впиваясь в ладони ногтями. Нет, я не боялась. После трагедии я уже приходила сюда. Просто сейчас была здесь в последний раз. Никогда и ни за что не вернусь в Темные Воды. И чтобы так и было, заберу главную ценность ведьм из дома Вороновых.

В восточном углу кухни, раскидав ногой мусор в стороны, я сняла четыре короткие доски, за которыми прятался металлический люк. Он вел в маленький бункер, ведьминский схрон. Цифровой замок и армированная сталь лучше, чем одни только заклинания защиты и отвода глаз, особенно когда наследница дома настолько слаба, что не может их своевременно обновлять.

Комната три на три квадратных метра. Здесь едва вмещались небольшой диванчик и дубовый шкаф, забитый особо ценными ингредиентами и предметами для зелий и обрядов: жезлы и зеркала, обработанные кристаллы и нетронутые друзы, экзотические яды и растения. А еще древние книги, украшения, ритуальная посуда и ножи.

Найдя нужную плитку, аккуратно вытащила ее, поддев первым попавшимся под руку кинжалом. Эту нишу я сделала сама три года назад. Узнай Стэлла о бункере, моя хитрость не помогла бы: с помощью ошейника она нашла бы все. Меня уберегала ее уверенность, что ценное наследие Вороновых уничтожил огонь.

Бункер — идея отчима. По его просьбе мама не рассказывала о нем Стелле. И строила его приглашенная из района бригада рабочих, к вечеру под воздействием чар считающая, что ремонтирует кухню на первом этаже. Лишь так, хитростью, удалось сберечь наивысшую ценность дома Вороновых.

Я достала из ниши шкатулку и большой тяжелый сверток. Резной деревянный ящичек хранил двенадцать идентичных кулонов — сапфир в лапах летящего ворона. От того, что носила главная ведьма рода, дубли отличались чуть меньшим размером, малозаметным символом на левом крыле птицы и не такими мощными чарами.

Надев кулон младшей ведьмы дома, я развеяла иллюзию и спрятала в шкатулку мешочек с украшением, которое зачаровала Стелла.

Подумать только… когда-то дом Вороновых объединял одновременно тринадцать полностью обученных ведьм. Если требовалось, то сила двенадцати младших через связанные кулоны временно передавалась старшей ведьме. И тогда она играючи могла уничтожить демона, творить по-настоящему мощную волшбу. А что сейчас? Община вырождалась. Нет домов, где одновременно было бы тринадцать полноценных ведающих. А дома Вороновых и вовсе нет… Калеке вроде меня его не восстановить, сколько бы я ни пыжилась.

Радость, что свободна, быстро вытеснила поднимающуюся из глубин души горечь. Нужно жить настоящим, иначе, упрекая себя за ошибки прошлого и переживая о будущем, можно выгореть до угольков.

Развернув сверток, я с благоговением коснулась родовой книги Вороновых. На коричневой коже обложки узоры из черненого серебра переплетались в парящего ворона. В груди птицы сияло синее сердце из сапфира, символа справедливости и верности.

С сожалением погладив гримуар, я завернула его обратно в ткань. Без помощи матери я его ни разу не читала — сработала защита от недостойной. Стелла передала мне кулон старшей ведьмы дома Вороновых, но из-за того, что он стал моим ошейником, а сама я обладала ничтожными силами, книга не восприняла меня всерьез и не пожелала открыться… Мое очередное горькое поражение.

Из бункера я вынесла только шкатулку и гримуар — главное наследие моей семьи. Зачарованный кулон сейчас особенно ценен: он — главное доказательство противоправных действий Верховной ведьмы Темных Вод и мой билет в новую жизнь. Я уйду из своей общины без разрешения, и чтобы обелить свой проступок, вынуждена буду предоставить вескую причину. Что может быть весомей, чем то, что сделала Стелла?..

Введя новый код для цифрового замка, почувствовала смутную опасность. Прижав книгу к груди, я замерла, испуганно прислушиваясь. Дождь прекратился. Гроза уже ушла из Темных Вод и бушевала где-то вдали. С дыр в крыше размеренно капала вода. Ничего подозрительного. Показалось?.. Неудивительно, после всех потрясений, с нервами, натянутыми, как трос под ногами канатоходца.

Я уже собралась идти в сторону выхода, как отчетливо услышала хруст шифера под чьей-то стопой. Звук, от которого я похолодела.

В оцепенении постояла несколько секунд, горячечно думая, откуда ждать опасности. Спина покрылась мурашками страха. Позади кто-то стоял. Я чувствовала, знала это точно: он закрыл собой окно, не пропуская свет.

Он не нападал. И я резко обернулась.

Пусто. В кухне я одна.

Для верности огляделась. Краем глаза зацепила тень, мелькнувшую за вторым окном, и бросилась к нему, гонимая страхом. Было настолько жутко, что я не могла оставаться в неведении. Я должна узнать, кто за мной подсматривал.

Опоздала! Перед домом уже никого нет!

Хотела броситься вдогонку, но… Книга в моих руках засияла сквозь ткань. От неожиданности я едва не выпустила ее в грязь. Страх сменился потрясением. Трясущимися руками я достала гримуар, с недоверием глядя на ворона на обложке. Ярко сиял сапфир. Так всегда было, когда мама задавала книге рода вопрос и она находила для нее ответ.

Накрыв сапфир ладонью, я затаила дыхание. И о чудо! В этот раз защитные чары смиловались надо мной — полупрозрачные печати отделились от обложки и зависли в воздухе, лазурно сияя. Желтоватые страницы, громко шурша, сами быстро переворачивались — и перед глазами мельтешили буквы, рисунки и схемы, написанные и нарисованные вручную.

«..для ясности мысли взять друзы…», «На убывающую луну начертать руны острием…», «…украсть воспоминания с помощью зелья из хвоща и…»

Наконец страницы замерли. Я с напряжением всматривалась в мелкие буквы, с трудом разбирая слова и мысленно переводя их со старославянского на русский.

«Прабабка Чернава рассказывала, что миры сближаются, когда один из них начинает умирать. Он дает своим жителям возможность спастись, открыв двери в новый дом. Второй мир сопротивляется, не желая принимать чуждых себе существ. Он отторгает пришлых, позволяя закрепиться лишь самым сильным. Кровь и плоть, чары и эмоции — вот главные якоря для иномирца.

Демоны хитры и настойчивы. Они нашли слабость ведуний и предложили то, пред чем не устоять любой женщине…»

Усилием воли я закрыла страницу. Это все занимательно, но мне нужно бежать. Почитаю потом, когда окажусь за сотни километров от Стеллы Волковой.

Выйдя из дома, я тревожно огляделась.

— Кхар! — глухо отозвался ворон с вишни. Он сидел на ветке, ближе к стволу, почти сливаясь с ним. Гений маскировки…

— Морриган, иди ко мне!

Эквиум послушно опустился на подставленное предплечье, пробивая когтями ткань блузки.

— Мы уезжаем. Ты рад?