Хроники Ехо - Макс Фрай

Но обошлось.

– Мы даже не знакомы, – сказал призрак. – Просто тубурские горцы очень боятся привидений. И даже храбрецы не желают иметь с нами дела, потому что не доверяют. С пугливой старушкой из гугландской глуши договориться проще, чем со здешним народом. Уж я-то знаю, сам когда-то таким был. Сказали бы мне в ту пору, что в конце жизни добровольно, в здравом уме соглашусь стать призраком, в глаза плюнул бы, не сходя с места.

Я, слушая его, только глазами хлопал. Пытался осмыслить происходящее. Во сне – и то обычно легче освоиться. На всякий случай начал вспоминать: «Я – нюхач Нумминорих Кута из Ехо…» Это помогло собраться.

– Еси Кудеси ушел по делам. Сказал, дня на три-четыре. Но, может быть, вы хотите войти в дом? Я с удовольствием составлю вам компанию.

Ну хоть о вежливости вспомнил. И то хлеб.

– Как-то нехорошо в отсутствие хозяина в дом ломиться, – засомневался призрак. – Лучше останусь тут. Скверно, конечно, что я его не застал. Зря столько тянул. Хотя… – он безнадежно махнул прозрачной ручищей. Дескать, все равно без толку.

– Мне так жаль, – сказал я. Просто чтобы не молчать. И по той же причине решил представиться:

– Меня зовут Нумминорих Кута, я из Ехо. Учусь у Еси Кудеси искусству сновидений.

– И как успехи? – меланхолично осведомился призрак. Видно было, что спрашивает он исключительно из вежливости, а мысли его блуждают где-то далеко.

Но как только я перешел на хохенгрон – машинально, по сложившейся в последнее время привычке обсуждать свои сновидения с учителем на этом языке, – и от равнодушия гостя следа не осталось. Слушал меня очень внимательно и даже одобрительно кивал в некоторых местах.

– А ты не врешь, что из Ехо? – спросил он, выслушав мой лаконичный – на большее все-таки словарного запаса не хватило – отчет о достижениях.

– Да зачем бы мне врать? – удивился я.

– Понятия не имею. Просто Ясную речь там на моей памяти никто не знал. Я даже азы своим ученикам не смог вдолбить, как ни старался. Головы у угуландцев совсем на иной манер устроены, я так думаю.

– Женщины Ордена Часов Попятного Времени еще как знали, – возразил я. – А моя мама – одна из них.

– Твоя мать – одна из ведьм Мабы? – изумился призрак. – Тогда считай, ты мне почти родня. Мы с учителем твоей матери, можно сказать, дружили – насколько с этими чокнутыми угуландскими бессмертными колдунами вообще можно дружить. В найак играли часто. Это здешняя, горская игра. Я Мабу пристрастил, он любит учиться новым играм. А других партнеров у нас не было, так что пришлось крепко держаться друг за дружку.

– Ничего себе, – присвистнул я. – Но если вы дружили с самим Мабой Калохом, я наверняка знаю о вас из учебников истории.

– Обо мне в учебниках особо не пишут. И не потому, что я того не заслуживаю. Просто о делах вроде моих лучше вовсе не болтать. Безопасность короля важнее исторической правды. Мало ли что времена сейчас мирные, никогда не знаешь…

И тут до меня начало доходить. Все фрагменты информации сложились наконец в ясную картину. Я так и сел.

– Вы случайно не Эши Харабагуд?

– Неужели все-таки пишут? – огорчился призрак. – Это они зря.

– Не пишут, – успокоил я его. – Сколько я учебников перечитал, а о вас узнал только от начальника.

– Это кто же, интересно, у тебя начальник?

– Сэр Джуффин Халли, – гордо сказал я.

Обычно после такого заявления мои собеседники на какое-то время теряют дар речи – если, конечно, разговор происходит в Соединенном Королевстве. Здесь, в Тубуре, или в том же Изамоне именем шефа никого особо не проймешь. Но призрак-то, как я понял, был в курсе наших дел.

Однако реакция покойного Эши Харабагуда превзошла все мои ожидания.

Слышали бы вы, как он хохотал! Никогда прежде мне не доводилось видеть, как смеются призраки, – мой тесть был спокойным, даже флегматичным, с мягкими, изысканными манерами, от него бурного веселья ждать не приходилось. Может быть, еще и потому, что, хохоча, призрак окончательно перестает быть похож на человека? Сэру Глёгги Айчите, я помню, казалось, что даже кратковременная утрата человеческой формы несовместима с достоинством.

– Извини, мальчик, – сквозь смех простонал Эши Харабагуд. – Не хотел тебя обидеть! – И расхохотался еще пуще, окончательно рассыпавшись на тысячу сияющих клочков.

Я смотрел на него, разинув рот. Потому что, во-первых, зрелище незабываемое. А во-вторых, никак не мог понять – что такого смешного в том, чтобы работать на сэра Джуффина Халли?

Ну, главное, призрак доволен. А ведь какой был печальный, когда мы встретились.

Наконец он кое-как собрался – в буквальном смысле, то есть снова стал более-менее цельным силуэтом, – и сказал:

– Так вот каковы нынче наемные убийцы! Впрочем, возможно, ты просто хорошо замаскировался. Тогда низкий тебе поклон. Уж насколько у меня на вашего брата чутье, а в тебе убийцу ни за что не распознал бы.

Я начал понимать причину его веселья. Вообразить меня убийцей – это, наверное, действительно очень смешно – для тех, кто хоть немного разбирается в вопросе.

– Я не замаскировался. Конечно, я не убийца. Просто нюхач. Зато, говорят, неплохой. А сэр Джуффин Халли теперь начальник Малого Тайного Сыскного войска. То есть скорее спасает людей, чем убивает. Хотя, честно говоря, всякое случается.

– Ишь ты! – удивился Эши Харабагуд. – Давно мы с ним, выходит, не виделись. Когда становишься призраком, время воспринимается совсем иначе. Сто лет – пустяки, как прежде пара дюжин дней. Я бы вообще годы не считал, если бы не внуки и правнуки, которых следует навещать, – если уж так вышло, что я в некотором смысле все еще жив.

– А вы знаете, что Кегги Клегги пропала? – выпалил я. – Прямо здесь, в Вэс Уэс Мэсе?

– Ну а как по-твоему, зачем я тут околачиваюсь? – печально спросил призрак. И запоздало удивился: – Погоди, а ты-то откуда узнал? Вы – близкие друзья?

Я встал перед серьезной дилеммой. Сказать ему правду или продолжать играть в конспирацию? Эши Харабагуд, как ни крути, хоть и покойный, а глава семьи. Которая, как мы помним, решительно возражает против поисков – совершенно непонятно почему.

«Ай, ладно, – подумал я. – В крайнем случае сэр Джуффин просто свалит все на меня. Скажет, сотрудник молодой, глупый, решил собственную авантюру служебным заданием объявить – просто для солидности. В итоге получу выговор и принесу официальные извинения всем, кто пожелает, тоже мне горе. А вот если не попробую заключить союз с Эши Харабагудом, каким-то невероятным чудом возникшим на моем пути, – вот за такое действительно голову откусить следует. И выплюнуть потом – вряд ли такая тупая башка может оказаться вкусной и полезной пищей».

– Значит, так, – сказал я. – Дело, как я понимаю, очень деликатное. Но лучше рассказать все как есть. Ваша семья не хочет искать Кегги Клегги, не знаю уж почему. И без их просьбы официальные поиски начинать нельзя. С другой стороны, есть люди, которые о ней беспокоятся. Не родственники, а просто друзья. Очень влиятельные. И они попросили нас… ну, скажем так, лично меня – съездить в Вэс Уэс Мэс и разузнать все, что можно. И, если получится, ее отыскать. Неофициально, просто как бывшую однокурсницу. Тем более мы и правда вместе учились в Королевской Высокой Школе. Даже сидели рядом.