Лорд, который влюбился - Анна Гаврилова

Эрика Тизар

Первый день учебной недели прошел неплохо, а второй еще лучше. Прежде всего потому, что сегодня магистр Нейте к нам не заглядывал и провести уборку общих помещений не просил. Едва занятия закончились, я сбегала в столовую, дабы выпить чаю и перекусить булочкой, после чего поспешила в кабинет магистра Варкроса.

И думалось мне отнюдь не об узорах. То есть совсем! Пройдя по знакомому коридору, я сперва постучала, а уже потом дёрнула ручку двери. Вошла, чтобы услышать:

– Эрика? Входи.

Я, конечно, вошла. Прикрыла дверь и сразу направилась к столу «начальства», а Рэйнер отвлёкся от разложенных на столе бумаг и глянул удивлённо.

– Что-то случилось?

– Нет, всё хорошо, – ответила оптимистично. – Но мне бы хотелось обсудить ответную услугу.

– А-а…

Без приглашения я уселась в кресло для посетителей и, сложив руки на коленях, уставилась выжидательно. Рэйну явно было не до этого, но он не отослал.

– Так не терпится отдать долг? – спросил он.

Я пожала плечами. Вообще с отдачей могла и повременить, но любопытство грызло. Что лорду Варкросу от меня нужно? Если «наречённый» заставит искать герб, это будет смешно. Я улыбнулась этой мысли, а Рэйн… ответил такой же улыбкой. В этот миг по спине пробежали напряженные мурашки, а мне протянули ладонь, на которой вспыхнул магический огонёк.

Опять клятва молчания? У-у-у… да у меня уже целая коллекция из этих обетов!

Тем не менее, на жест ответила, а как только магия обожгла кожу, прозвучало:

– Эрика, вопрос довольно специфичный.

Пришлось закусить губу, чтобы не расплыться в оскале – ну, всё! Точно придётся заниматься геральдикой!

– Видите ли, – продолжил Варкрос, – я человек не слишком романтичный, и не склонен ко всяким вздохам и комплиментам, и фантазия у меня не богатая, а тут… В общем, нужно написать черновик письма… Такого письма, которое понравится девушке. А лучше, чтобы она была в восторге. Со всякими там «солнце светит не так ярко, как ты улыбаешься» и прочей ерундой.

Рэйнер договорил, а у меня аж рот приоткрылся. Что-что ему нужно?

– Чему вы так удивились? – не оценил мою реакцию магистр. Я закрыла рот, желая изобразить спокойствие, но тот приоткрылся снова. То есть просьба не почудилась? И… Варкрос совсем обалдел?

– Эрика, что? – вновь подтолкнул Рэйнер. Уже не улыбался, кстати.

– Ничего. Просто это как-то чересчур, вам не кажется? – Не понимаю.

Он сказал, а я нахохлилась. Уровень возмущения прямо-таки зашкалил. Просить законную невесту написать письмо другой леди? Ну вообще!

Только указать на этот поистине вопиющий момент я не могла, пришлось привести другой аргумент:

– Девушки очень не любят, когда с ними так поступают. Когда письма для них пишет не возлюбленный, а кто-то посторонний.

Рэйнер хмыкнул, и…

– Какая разница, если она не узнает?

Я аж подскочила в кресле. Да, я в курсе, что боевые маги наглые, но Варкрос сейчас прямо-таки ставил рекорд.

– Почему это не узнает? Не поверите, но мы, девушки, очень хорошо подобные вещи чувствуем.

– Чувствуете? – повторил Рэйн скептически, и я тут же исправилась. Вернее, взялась объяснять.

– Есть слова и обороты, фразы и всякие малюсенькие детали, по которым всё очень даже заметно. Εсть вещи, о которых могут знать лишь двое, и…

– Хорошо, когда буду переписывать ваш черновик, я такую вещь впишу.

От спокойствия, с которым это было сказано, меня всё же подбросило вверх – усидеть на месте просто не получилось. – Магистр, вы…

– Полагаю, Эрика, – перебил Варкрос, – вы переоцениваете таланты женского пола. Но хорошо, раз вы так настаиваете, я учту этот момент.

Настаиваю? Я? А…

Я отскочила от стола и окинула Рэйна новым взглядом. Вблизи он был симпатичнее, чем издалека – и глаза такие интересные, и этот квадратный подбородок, и вычерченные скулы. Но…

Так. Хватит. Шумно втянув воздух, я выпрямилась и резюмировала:

– Хорошо, магистр. Я подумаю над вашим предложением. – Вообще-то это не предложение, а ответная услуга, – нахмурился Варкрос.

– Я подумаю! – сказала безапелляционно, тут же развернулась и направилась к своему столу.

Узоры были забыты окончательно, перед глазами мелькали мушки. Причём мелькали они на кроваво-алом фоне – я злилась безмерно и готова была убивать.

Да что он себе позволяет? Не знаю, чем та леди не угодила его родителям, но сейчас я была полностью с четой Варкрос согласна. С этим нужно что-то делать! Причём не с самой любовью, а с совершенно оборзевшим сынком.

Я плюхнулась в своё кресло, схватила первую попавшуюся книгу и тупо уставилась на страницы. Смотрела и злилась, а ещё понимала неприятное – вот этот интерес Рэйнера к другой леди неожиданно задел.

Понятно, что он её любит, а я для него никто, и невестой являюсь лишь потому, что так захотелось его папе, но… должен же Рэйн иметь какое-то уважение?

– Эрика, о чём вы там так громко пыхтите? – не выдержал магистр.

Я тоже не выдержала и ответила честно:

– Если бы мне прислали такое письмо, я б убила!

– Видимо поэтому, Эрика, я люблю не вас, – ответили почти шепотом, но я расслышала. И…

Это было как ковшик ледяной воды на голову. То есть умом я понимала, что наша помолвка – вещь номинальная, а вот душой… Душа взбунтовалась. Она хотела призвать Рэйнера к ответу и заставить его мучиться – корчился от боли и молить о пощаде!

Понятия не имею, как смогла погасить бешенство. А немного успокоившись, попросила:

– Χорошо. Расскажите о ней.

– В каком смысле? – удивился лорд.

– Какая она. Блондинка или брюнетка? Стройная или толст… эм… пухленькая? Какой у неё характер, что нравится, как…

– Зачем? – недовольно перебили меня.

– Затем, что мне нужно иметь хоть примерное представление.

– Зачем? – продолжил тупить Варкрос.

– Чтобы письмо получилось хорошим! Чтобы я…

– Эрика, это всё не важно, – вновь перебил магистр.

Я надулась. Дурак. Ну какой же он дурак, если не понимает элементарного. Впрочем, если честно, для письма образ его возлюбленной значения в самом деле не имел, но… мне-то хотелось знать!

– Эрика, напишите как-нибудь. У вас, в отличие от меня, фантазия как раз богатая, так что наверняка справитесь. Шпильку про богатство фантазии я не поняла, однако уточнять не стала. Шумно втянула воздух, и всё.

Я снова уставилась в книгу, строчки и буквы прыгали, не позволяя читать, а внутри продолжало бурлить возмущение. Я? Писать письмо для его пассии? У-у-у!