Право обреченной. Подари жизнь - Алисия Эванс

Она плакала в его руках и понимала, что иного выхода нет. Его искреннее раскаяние обжигало душу, заставляя стыдиться саму себя, своих чувств, своих поступков. Он стал причиной смерти её семьи, а она родила от него ребенка и через несколько часов станет законной женой. Лили отстранилась от Рейнара и подошла к надгробию отца. Положив на него руку, закрыла глаза и мысленно обратилась к отцу.

«Папа, я очень тебя люблю. Тебя, маму и Альберта. Я хотела отомстить за вашу смерть, хотела, чтобы светлые ответили за свои преступления. Вместо этого я влюбилась в Рейнара, в человека, который казнил тебя, отец. Прости свою непутевую дочь, я сама не знаю, как же так получилось… Но ты сам всегда твердил мне, что месть — не выход из положения, она способна лишь отравлять жизнь. Ты говорил, что прошлое должно оставаться в прошлом. Папа, недавно я родила тебе внучку. Её зовут Кая, и это самый удивительный ребенок на свете. Знаешь, она даже чем-то похожа на маму. Думаю, вы с Каей подружились бы, ведь ты так любил детей… Папа, если ты слышишь, прости меня за то, что все так сложилось. Я не могла поступить иначе. Я не смогла избавиться от ребенка, когда поняла, что забеременела от Рейнара. А теперь родилась Кая, ей нужен отец. Только он сможет защитить её, поможет стать достойной правительницей. Папа, я люблю всех вас. Прости меня».

Лили отступила и повернулась к Рейнару, все это время не сводившему с неё глаз.

— Я буду навещать их, — твердо заявила она, и Император согласно кивнул.

— Пусть сюда регулярно приносят свежие цветы и ухаживают за надгробиями. Я хочу, чтобы им оказывали те почести, которые заслужила семья Верховного мага Тьмы.

Рейнар не возражал. Лили некоторое время стояла напротив могил, ведя мысленный монолог, но вскоре развернулась и взяла его за руку.

— Идем, — тихо сказала она. — Нам пора. После свадьбы я ведь вернусь сюда?

— Конечно. Ты можешь приходить когда захочешь.

Лили молча кивнула и позволила увести себя. Во дворце их разлучили, жениха увели в другие покои готовиться к торжеству, а на невесту напал целый рой служанок. Её мыли, причесывали, наносили макияж, делали маникюр, педикюр, и все это чуть ли не одновременно. К вечеру Лили выглядела очаровательно. Увидев её в подвенечном наряде, Рейнар невольно залюбовался. Светло-голубое платье подчеркивало стройность невесты и придавало её образу ореол воздушности и легкости. Подведя её к алтарю, Император заговорил, глядя Лили прямо в глаза:

— Прими половину моего мира и половину моего сердца, раздели со мной мою жизнь и мою любовь.

— Я принимаю половину твоего сердца, — с улыбкой отвечала невеста, — и половину твоего мира. Я согласна разделить с тобой твою жизнь и твою любовь.

Едва клятва слетела с губ Лили, брачные браслеты на руках молодоженов вспыхнули ярким сиянием. Когда оно исчезло, стало понятно, что застежек теперь нет, и снять эти фамильные украшения попросту невозможно. Рейнар притянул к себе невесту и осторожно поцеловал в нежные губы. Парадный зал взорвался аплодисментами, но Лили их почти не слышала.

Во время праздничного бала жених и невеста почти не расставились, танцуя один танец за другим и отвлекаясь лишь чтобы принять поздравления. Но ничто не длится вечно, и вскоре молодую маму позвали кормить наследницу трона. Уединившись с дочкой в своих покоях, Лили с улыбкой спросила у Катерины, ставшей теперь её близкой подругой:

— Тебе весело? Все хорошо?

— Ой, что вы, госпожа! — запричитала она. — У супруги господина Рагора, принцессы Габриэллы, начались схватки, вся прислуга на ушах!

— Да ты что! — обрадовалась Лили. — Прекрасная новость! Кая, ты слышишь? Сегодня ночью у тебя родится двоюродный братик или сестричка.

Малышка улыбнулась маме, маленькие разноцветные глазки ярко засияли, словно она понимала каждое слово, которое произносили взрослые в её присутствии.

***

Кая вышла из временного портала и сразу же попала в капкан крепких объятий. Сильные руки подхватили её под бедра и оторвали от земли, а горячие губы накрыли её рот.

— Я начал волноваться, — с укором произнес темноглазый высокий мужчина, отрываясь от жены. — Почему так долго?

— Я поговорила с родителями, когда они были молодыми, — с улыбкой ответила Кая, положив руки ему на плечи и утопая в темных, почти черных глазах. — Это потрясающе! Они были такими красивыми, такими чистыми, такими добрыми. Особенно мама. Теперь я понимаю, почему отец полюбил её, когда она была служанкой. Мама такая миниатюрная, милая, беззащитная. Настоящая красавица! Вокруг неё как будто витает ореол невинности.

— И Левиана ты тоже видела, — с укором произнес мужчина, внимательно глядя в глаза своей жене. Он хотел отследить её реакцию при упоминании этого парня. — Молодого, даже юного… Он тоже был хорош?

— Арк! — обвиняюще воскликнула Кая, несильно ударив мужчину в грудь. — Тебе не стыдно?! Это было сто лет назад!

— Но ведь было, — сверкнул глазами мужчина, ставя жену на пол. — И не сто лет назад, а всего восемь. Ты ведь любила его, правда? Любила этого молокососа?

— Все Создания Мрака такие ревнивые? — лениво спросила Кая, отходя от мужа и садясь в кресло. — Арк, ты ведь понимаешь, что было юношеское увлечение, первые чувства, первая страсть… А люблю я тебя и только тебя.

— Вы собирались пожениться, — рыкнул он, отворачиваясь к окну.

— Но ведь не поженились! — воскликнула она, вскинув руки. — Перестань уже ревновать! Я вышла за тебя, а не за него. Родила ТЕБЕ двух прекрасных детей, а не ему. Левиан мне просто друг. Закрыли тему. У меня вообще создается впечатление, что ты хочешь уличить меня в чем-нибудь или обидеть своими подозрениями…

— Не говори так, — строго попросил Арк, присаживаясь на корточки и оказываясь ниже своей жены. Он взял её за руки и сжал их, заглядывая в разноцветные глаза. — Ты же знаешь, что я пришел в этот мир только ради тебя. Я оберегал твою мать, когда она носила тебя, наблюдал, как ты росла, защищал ото всех и вся. Ты — смысл моей жизни.

— Да брось! Ты ведь даже открылся мне случайно! Думаю, ты вообще собирался всю жизнь провести в облике пса.

— Неправда! — горячно воскликнул Арк. — Я хотел открыться тебе, долго тянул, боялся напугать. Я же понимаю, что ты относилась ко мне как к питомцу, как к другу, а не как к мужчине.

— Да уж, — хохотнула Кая. — Никогда не забуду, как в день помолвки с Левианом ты похитил меня.

— Я не похищал тебя, — уклончиво ответил мужчина. — Я просто увел тебя в уединенное место, чтобы ты немного подумала над своим решением в одиночестве. Разве это плохо?

— В одиночестве? — усмехнулась она. — Ты уже забыл, как убеждал меня в том, что Левиан мне не пара?

При воспоминании о тех днях, которые они провели вдвоем в том домике в глубине леса, в глазах Арка вспыхнули огоньки страсти.

— Я помню, — прошептал он, погладив её ладонь. — Ты не боялась меня, даже когда я открыл тебе то, что я не совсем пес. Я думал, мне придется убеждать тебя в том, что я не опасен, что я не хочу причинить тебе вред, готовился усмирять женскую истерику, а вместо этого ты накинулась на меня с кулаками.