Под чужим именем - Владимир Сухинин

Страшила сидел в своем кабинете, уставившись в одну точку, положив руки на стол и сцепив пальцы в замок. На вошедшего ученика он не обратил внимания. Артем остался стоять у двери, переминаясь с ноги на ногу.

Наконец старший воспитатель соизволил его заметить и взглядом указал на стул.

— Присядь, — тихо произнес он.

Артем сел и стал ждать. Пауза затягивалась. Артем видел, что Страшила о чем-то напряженно думает, и не мешал ему.

Через пару минут мессир Зольд заговорил:

— Я десять лет отслужил на границе с северными пустошами. Там есть полоса ничейной земли, но королевство считает ее своей территорией. Туда селят охотников, каторжников и бандитов. Туда уходят жить те, кто хочет иметь свободу не платить налоги, и там нет власти инквизиции. Но у дикарей, живущих в пустошах, есть свои маги — шаманы. Они используют ритуальную магию. Об этом не принято говорить, но я тебе скажу, Артам. Эту магию церковники побороть не могут. Она творится медленно, на ее подготовку нужно время, но когда она срабатывает, то противостоять ей никто не может. Шаманы поднимают сотни мертвецов и гонят на поселения. Создают пыльные бури… м-да. И много чего могут… — Страшила некоторое время молчал, обдумывая, говорить ли дальше, затем, видимо, решился. — Я был охотником на шаманов, такое у меня дарование. Я мог чувствовать их издалека, мог незаметно подкрасться и убить. Голову убитого сдавал командиру гарнизона. Нас называли охотниками за головами. — Он посмотрел прямо в лицо Артему, и под его взглядом Артему стало неуютно. — В тебе… в тебе тоже есть такой дар. Ты умеешь хорошо притворяться, Артам, прячешь свой дар, боишься. Так вот, я чувствую в тебе или собрата по искусству, или шамана. Сам-то что скажешь? — спросил он, увидев, как Артем непроизвольно вздрогнул.

Артем тоже прямо посмотрел в глаза Страшиле.

— Я не знаю, что сказать. Но я точно не шаман. Я не знаю ритуальной магии.

— А меж тем ее сегодня применили, — сообщил Страшила. — И скоро об этом узнают остальные маги. Еще утром я был в нужнике, и доски пола были крепкими, они могли прослужить еще пятьсот лет. Но их прокляли, и они сгнили за утро. А с учетом моей просьбы к тебе… м-да… Все, что происходит с мессиром Трампом, указывает мне на тебя. Испорченные сапоги, сгнившие доски, и теперь этот дурень Трамп стал посмешищем для всей школы. Ему придется покинуть нас и перейти в другое учебное заведение.

Артем хотел сказать, что он не колдовал, хотя уже понял, кто это мог сделать, но Страшила поднял руку, останавливая его.

— Ничего не говори, Артам. Я не могу доказать, а ты не можешь это опровергнуть. Но в свете нашей договоренности все указывает на тебя. Я не хочу, чтобы при проверке на камне правды ты назвал меня как заказчика покушения на этого дуралея. Поэтому хочу научить тебя, как обойти ловушки.

— Камень правды? — Артем удивленно приподнял брови. — Что это такое?

— Это артефакт древних. Человек кладет на камень руку, и ему задают вопросы. Если человек солгал, камень светится красным светом. Как только маги школы обнаружат причину гниения досок пола нужника, они начнут искать колдуна. И я не хочу, чтобы им оказался ты. И не хочу, чтобы ты назвал мое имя. Тебе понятно?

Артем кивнул.

— Хорошо. Теперь слушай. Я объявлю на совете, что заметил у тебя дар охотника за головами и возьму тебя в ученики. Скажу, что я сам проверю тебя на камне правды. При проверке будет присутствовать пара магов, но я буду правильно задавать вопросы. Ты будешь отвечать так: «Я думаю, это может быть… Да, вы, может быть, правы, мессир». Или: «Не знаю, что сказать, мессир». Понял?

— Понял.

— Ты, наверное, уже знаешь, что в школе появился домовой?

Артем вновь кивнул. Об этом знали практически все. Свад нагло слонялся по кухне и умело прятался.

— Я буду подводить тебя к тому, что это проказы домового. Это он мочился в сапоги Трампу и мог проклясть его за что-то. В это поверят. И начнут на него охоту, тем самым мы отведем угрозу от себя. Дальше тебя отделят от остальных учеников, и я буду учить тебя, как охотиться на шаманов. Понял?

Артем кивнул. Он только не понимал, что за этим последует. Но Страшила, усмехнувшись, сообщил ему сам:

— Твоя служба, Артам, начнется в пустошах, поэтому, если хочешь прожить подольше, хорошо учись. Тебе все понятно?

— Все, — ответил Артем.

— Тогда иди и молись Хранителю, чтобы у нас все получилось.

Из кабинета старшего воспитателя Артем отправился на хоздвор. Взял тачку и стал вывозить дерьмо. Взгляды парней потеплели. Они не знали, что этим занимался Артам.

Когда все ушли, Артам позвал Артема и скрылся в своем уголке сердца.

Артем не пошел даже на ужин. Он стал ждать Свада. Не хотелось есть, хотелось сбежать из школы. Внутри его горел и пожирал его душу липкий страх. Артем был не из боязливых, но известие о существовании камня правды вселяло в него в панику. А если он не сможет соврать? А если то, что он скажет, камень примет за ложь? А если… Таких «если» промелькнуло у него в голове, пока он ждал Свада, десятки.

Тот появился где-то час спустя. Жуя большой кусок пирога с ливером, он подошел и спросил:

— Все разминаешь?

— Нет.

Не ожидавший такого ответа Сунь Вач Джин поперхнулся.

— Чего? — вытаращился он на Артема. С открытым ртом, с прилипшими на губах крошками пирога, он смотрел на друга, не понимая, что произошло.

— Свад, зачем ты проклял доски нужника, куда упал мессир Трамп?

— Как это зачем? — Коротышка вытер рот, сдвинул на затылок шестеренку. — Я тебе по-братски помогал. Страшила хотел посмеяться над этим вислобрюхим учителем и хотел, чтобы это сделал ты. Вот я тебе и помог. А ты спрашиваешь зачем. — В глазах Свада затаилась обида.

Артем понял состояние друга и обнял коротышку. Усадил к себе на колени.

— Свад, спасибо, ты мне помог, но теперь мы оба в опасности. Тебя ищут и хотят поймать, считая злым домовым. А меня будут проверять на ложь на местном полиграфе. Они ищут колдуна, который проклял доски.

— Что за полиграф? — Малыш повертелся и уселся поудобнее. Он почти вывернул шею, смотря Артему в лицо.

— Тут есть артефакт древних — камень правды. Кладешь руку на камень, тебе задают вопросы, и, если ты солгал, камень становится красным.

— А, это. Знаю такую штуку. Ты не бойся, я его подправлю. Скажи только, где он находится.