Жена опального демона - Альбина Уральская

Он прервал поцелуй и отстранился.

— Убей демона, пока он не убил тебя, — его вторая рука опустилась на моё бедро прямо через одеяло. Тело скрутило судорогой от ужаса и холода одновременно.

— К-к-кт-т-то т-т-ты? — выбила я вопрос зубами, вжимаясь в дверь. Его ладонь скользила по моей коже, словно на мне не было одежды. Тело быстро замерзало от ледяных прикосновений, меня начало мелко колотить от озноба.

— Я Доор, твой муж, Евангелина, — он прижался ко мне всем телом, его губы бессовестно изучали мою шею и спускались ниже. Одеяло и моя рубашка не были ему помехой, чтобы обжигать мою кожу холодом. Кажется, у меня даже на ресничках появилась изморозь. На автомате нащупала на его поясе прикреплённый кинжал.

— Тэасмэс запер меня в портрете, — шептал он между убивающими меня поцелуями. — Убей его, милая… Убей его, и я стану свободен… Если он проведёт с тобой брачную ночь, у него будет достаточно силы, чтобы уничтожить меня окончательно… Убей его и отдайся мне…

Я молча терпела чудовищные объятия, осторожно вынимая кинжал из ножен. Портрет князя мне категорически не нравился, моя душа противилась его прикосновениям, где-то внутри проснулась несвойственное мне чувство — жгучая ненависть. И я неожиданно для самой себя абсолютно хладнокровно всадила в призрак его призрачный кинжал под рёбра целясь точно в сердце.

— Ненавижу, — прошипела я и оттолкнула со всей силы от себя призрак. Он отлетел на пару метров, схватившись рукой за рукоять кинжала. Я даже забыла о том, что я до полусмерти замёрзла — ненависть придала силы и подогрела изнутри.

— Ненавижу, — прошипела я снова, готовая бросится на него, чтобы разодрать его руками. Он с садистской ухмылкой спокойно вытащил кинжал из себя.

— А когда-то ты принадлежала мне, Евангелина, — с издёвкой произнёс он. — Ты исполняла любую мою прихоть, ты была такой испорченной для меня. Неужели твоя душа ничего не помнит?

Его слова только добавили ярости внутри меня.

— Я — Зои, — поправила я его, продумывая, как поудачнее напасть на мерзавца. Если трогать его могу, значит и задницу могу надрать мерзкому портрету.

— В этом теле скорее Зоя, — он дразнил меня. — Ты была потрясающе распущенной любовницей. Как дорого бы я заплатил, чтобы снова заполучить тебя, Евангелина, — он вернул кинжал в ножны. Я только этого и ждала.

— Сдохни гад, — рванула я к нему, на ходу превращаясь в ястреба. Одеяло и рубашка вспыхнули пламенем. Призрак-портрет отшатнулась от огня. Ловко села ему на голову, вцепившись когтями в волосы, и долбанула клювом промеж глаз. Прийти в себя я ему не дала, нанеся очередной удар. Он попытался схватить меня за лапы, но я взлетела. В этот момент дверь открылась и я, не раздумывая ни секунды, поспешила на волю. В проём я вбегала уже в виде человека, сильно сожалея о том, что перьев на мне нет.

— Стой! — проорал в бешенстве портрет. Что-то внутри грудной клетки дёрнулось, я остановилась и развернулась с чётким пониманием, что с портретом я разберусь до конца. По лицу призрака струилась призрачная чёрная кровь из ран, нанесённых ястребом. От огня остались жуткие ожоги. Я уверено шагнула в комнату. Дверь снова захлопнулась с грохотом.

— Вспомнила меня, милая, — скабрёзно произнёс он. — Хороша без одежды. Когда верну себе жизнь, в моём замке будешь ходить только так.

— Слишком много хочешь, — ответила убийственно-спокойно. Я медленно обходила его по кругу, стараясь держать осанку и не дрожать от холода. Самое главное не выдать ему своих истинных намерений. Он, продолжая висеть в воздухе, поворачивался следом за мной с интересом наблюдая.

— Я могу взять тебя силой и без его убийства, Зоя. Я так скучал по тебе, Евангелина, — он подлетел ко мне в тот момент, когда я дошла до портрета. Резко развернулась к нему лицом, его руки обвили меня за талию. Наверное, у меня на коже останутся следы обморожения. Одну руку положила ему на плечо, вторую на раму портрета.

— Ты решила отдаться мне сама? — не понял он моих действий. Его образ колыхнулся, и я увидела совершенно другого мужчину. Худой, с острыми чертами лица, с красными глазами брюнет хищно улыбнулся и рванул меня на себя. Пламя окутало его и сам портрет, когда я взлетела к потолку. Сделав круг, я села на пол. В человека превращаться не спешила, молча наблюдая за тем, как тает в пламени портрет и Тэасмэс — демон, душа которого была привязана каким-то образом к холсту, на котором был изображён князь.

— Догадалась, — произнёс тихо он. — Зря надеешься, что Даррэх станет прежним. Он теперь такой же, как и я, — рассмеялся злобно он. Напоследок подарил ядовитую усмешку и исчез. Рама портрета с грохотом рухнула вниз на пол, огонь продолжал поедать старинное дерево.

— Зои! Зои! — услышала я дикий крик Даррэха. Едва успела перекинуться из ястреба в саму себя, как дверь слетела с петель. Князь был в одних трусах, глаза полностью чёрные, вены набухли от Тьмы.

— Зои, — прорычал он и в доли секунды преодолел расстояние до меня. Он рывком поднял меня на руки и крепко прижал к себе. При соприкосновении с его горячей кожей меня пробил озноб. Только сейчас я поняла, как сильно замёрзла. Сама вцепилась в князя, забыв про наготу и стыд.

— Я-я з-замёрз-зла, — едва выговорила я, пытаясь согреться об него.

— Где он?! — Даррэх не спешил уходить из комнаты. — Где эта тварь?! Зои, где он?!

— М-мёр-ртв, — стуча зубами, цеплялась я за его плечи.

— Мёртв?! — недоверчиво переспросил Даррэх. — Ты убила его? Но как? Это невозможно, — он был шокирован услышанным.

— П-ппожалуйста, Д-доор, я-я з-замёр-рзла, — всхлипнула я у него на плече. Я не чувствовала ни рук, ни ног. Тело било мелкая дрожь, сознание постепенно ускользало от меня.

— Доор, — повторил он за мной, словно не веря в услышанное, и резко развернувшись понёс меня к выходу. Я не видела, но он кому-то приказал:

— Принесите немедленно всё, что есть от обморожения в мою спальню.

— Укройте её, — услышала я знакомый голос служанки и меня тут же укутали в шерстяную шаль. Тело продолжала бить мелкая дрожь.

— Несносная девчонка, — прошептал князь, — я чуть не умер, когда понял, что ты у портрета. Так и думал, что тебе нельзя было оставаться в замке. Как ты прошла все мои магические ловушки?

Ответить ничего не смогла, зубы продолжали отбивать дробь. До спальни он донёс меня мгновенно, тут же рядом появилась служанка. Стала медленно проваливаться в сон.

— У неё обморожения, — ахнула она где-то вдалеке, когда Даррэх положил меня на кровать и убрал шаль.

— Манари, подайте зелье и намочите простыню в отваре, — голос Даррэха был ближе. Меня подхватили за плечи и ко рту поднесли кружку.

— Пей, — потребовал князь. — Оно горькое.

Едва разжала зубы и сделала глоток. Тёплая жидкость с отвратительным вкусом заполнила рот, от неё тут же покатилось по телу тепло. С трудом проглотила.