Нет сил простить - Татьяна Адмиралова

Прянов проводил Лизу в отдел кадров, и представив как нового младшего преподавателя на кафедре иллюзий, оставил оформляться, а сам поспешил заняться делами приёмной комиссии. Когда все необходимые документы были составлены и подписаны, Лиза попрощалась с работницами кадров и отправилась к ректору. Она не знала, почему он сказал зайти к нему, и поэтому хотела поскорее выяснить этот вопрос.

— Ректор просил зайти, — ответила она на немой вопрос Игната, и когда тот всё так же молча махнул рукой в сторону кабинета, прошла к дверям и постучала.

— Войдите, — тут же последовало разрешение, и девушка прошла в кабинет. — Уже всё оформили? — поинтересовался ректор, как только Лиза остановилась у его стола.

— Да.

— Очень хорошо, — сказал Виталий Святославович, не спуская с девушки внимательного взгляда.

— Вы что-то хотели узнать? — прервала возникшее между ними молчание Лиза.

— Хотел, — ответил ректор и встав, приблизился вплотную к ней. Лиза занервничала. — Не волнуйтесь, — постарался успокоить её Зарянов. — Я действительно хотел бы провести вашу диагностику. Ели вы конечно не против? — поинтересовался он. — Всё же вы наш новый сотрудник, и я хотел бы убедиться, что с вами и детьми всё хорошо.

— Проводите, — согласилась Лиза.

— Тогда, прошу вас прилечь сюда, — Виталий Святославович указал на удобную кушетку, стоящую в углу кабинета и Лиза без возражений расположилась на ней. — Не бойтесь, это не больно, — пошутил Зарянов и приступил к диагностики.

Первые несколько минут всё шло хорошо. А потом Лиза выгнулась, закричала и потеряла сознание став бледнеть на глазах впервые в жизни испугавшегося Виталия. Он сразу понял, что произошло, и кинулся в приёмную.

— Коробова ко мне. Срочно! — крикнул он подскочившему Игнату и вернулся к Лизе.

Взяв девушку за руку, он стал потихоньку вливать в неё светлую целительскую магию, но тёмная, густая тьма, что проснулась в одном из двух ещё совеем маленьких комочках, не давала ему помочь Лизе и сводила все старания на нет.

— Быстро, помогите мне, — приказал он влетевшему в кабинет Андрею Викторовичу.

— Что я должен делать? — тут же спросил Коробов, опускаясь возле Лизы на колени.

— Усмирите магию сына, — дал команду Зарянов, и Андрей Викторович взяв Лизу за руку, прикрыл глаза. Но, только как он не старался, тьмы было слишком много, и она не поддавалась его слабому дару. — Я не могу, — в конце концов прошептал он, признавая своё поражение, и услышал колкие, как лёд слова:

— Кто настоящий отец детей?

— Максим Нетленный, — нехотя признался Андрей Викторович, и в кабинете повисла гробовая тишина.

— Тогда, почему вы её супруг — а не он? — зло спросил мужчина.

Тяжело вздохнув, Андрей Викторович рассказал Зарянову всю правду.

— Вы ведь уже понимаете, что брак с вами их не спасёт? — задумчиво поинтересовался Виталий Святославович, с сожалением глядя на бледную девушку.

— Понимаю, — прошептал Коробов чуть не плача. — Но до последнего надеялся, что всё будет хорошо. — Что же делать?

— Я очень хорошо знаю отца Максима и мог бы поговорить с ним, — предложил Зарянов.

— Я тоже с ним хорошо знаком, — тяжело вздохнул Андрей Викторович. — И до последнего надеялся, что мне не придётся напоминать другу о старом долге, но видимо не судьба, — он с надеждой посмотрел на Зарянова и попросил: — Помогите ей продержаться до моего возвращения.

— Я сделаю всё от меня зависящее, — пообещал Виталий Святославович, и Коробов поднявшись, быстрым шагом покинул его кабинет.

Выскочив в коридор, он покинул здание академии и устремился к порталу в город. Вернувшись в Тёмную империю, Коробов связался по амулету связи с Сергеем Дмитриевичем и настоял на срочной встрече.

— Андрей, случилось что-то срочное? — такими словами встретил Коробова Нетленный старший на пороге своего дома.

— Да, — кивнул Коробов.

— Давай пройдём в мой кабинет и поговорим, — предложил Сергей Дмитриевич и они скрылись внутри особняка.

— Как Максим с супругой? — поинтересовался Коробов, пока они поднимались по ступеням на второй этаж.

— Максим совсем плохо, — тяжело вздохнул Нетленный, — а вот та змея, что его окрутила, цветёт и пахнет, — зло бросил он.

— Не понял, — удивился такой злости Коробов. — Что случилось?

Сергей Дмитриевич быстро поведал Коробову события, произошедшие со дня его с Лизой отъезда из Тёмной империи.

— Я уже не знаю что делать и к кому обращаться, — тяжело произнёс он проходя в кабинет усаживаясь в кресло.

— Мда, дела, — задумчиво протянул Коробов.

— А что у тебя случилось, что так срочно понадобилась встретиться? — поинтересовался Нетленный. Коробов тяжело вздохнул, и решительно посмотрев на друга, выдал:

— Мне нужно чтобы ты вернул долг жизни.

— Что? — растерялся Нетленный. Такого он точно не ожидал.

— Но, сначала дай мне клятву, что ни одна живая душа не узнает о том, что я тебе сейчас расскажу, — попросил Коробов и Нетленный поклялся.

— О Боги! — изумлённо воскликнул он, когда Коробов рассказал ему о Лизе и детях. — А я-то думал, почему ничего не вышло, — пробормотал он. — А вот оно как. Что требуется от меня? — решительно спросил он.

— Прими Лизу с детьми в свой род, — твёрдо произнёс Коробов.

— Андрей, я…

— Ты мне должен, — с нажимом сказал Коробов.

— Я не отказываю, — воскликнул Сергей Дмитриевич, — но…

— Не переживай, никто не придёт к вам требовать наследство и предъявлять своё родство. Дети будут записаны на меня, и я смогу обеспечить их всем необходимым, — поспешил заверить мужчину Андрей Викторович.

— Поверь, это самое последнее, о чём я сейчас подумал, — зло бросил Сергей Дмитриевич. — Но я хотел бы хоть иногда видеться с внуками, — попросил он, — раз уж никому не могу о них рассказать.

— Я думаю, что если ты поможешь, то Лиза не откажет тебе в этом, — ответил Коробов. — По крайней мере, я попрошу её об этом.

— Спасибо друг, — поблагодарил Сергей Дмитриевич. — Подожди меня здесь, я скоро вернусь.

Быстро спустившись в тайную комнату, он подбежал к артефакту, и с мольбой глядя на семейное древо, произнёс:

— Я, Нетленный Сергей Дмитриевич, являясь главой рода, принимаю в свой род Коробову Елизавету Андреевну, в девичестве Светлая и её не рождённых детей, — произнёс он ритуальную фразу.

Первые несколько секунд ничего не происходило, и Сергей Дмитриевич был готов взвыть волком, но потом на веточке сына набухло три почки, и из одной из них показался изумрудный листочек. Прямо на глазах чуть ли не плачущего мужчины он стал увеличиваться и набираться сил и крепнуть, пока полностью не обрёл нужную форму и не засиял ровным изумрудным светом.