Аферисты поневоле - Елена Помазуева

Не в багажном же отделении она, в самом деле, летит? Замерзнет! К тому же, с чего бы ей говорить шепотом. Вроде в ее голосе я не слышал, что она дрожит.

Не в состоянии терпеть неизвестность снова вызвал ее номер.

Ирина

На экране снова высветилось имя Георга.

— Тьфу! — едва приняла вызов, как почувствовала кусок травинки во рту, — Что?

— Где ты?! — рявкнул на меня.

— Тьфу! Зараза колючая. Еду я в аэропорт. — Относительный комфорт в начале пути сменился абсолютным дискомфортом в его середине.

— Кто колючий? — сурово переспросили меня.

— Трава, — объяснила непонятливому Георгу, почесываясь сразу во всех местах

— На чем ты едешь?

— На грузовике твоей бабушки.

— У нее нет грузовика!

— Есть. Она в нем перевозит скошенную траву.

— Бабушка? — опешил Георг.

— Алекс. Водитель. Что пристал? Ты зачем звонишь?

Я решила, что лучшая защита — это нападение. Пусть лучше он оправдывает, чем буду объяснять, на каком транспорте покинула особняк графини Ристоль.

— Беспокоился о тебе, — немного помолчав, произнес Георг.

— Как Эмильен? — спросила, почувствовав, как сердце сладко ухнуло вниз.

— Что с ним сделается? Спит, ест, — спокойно отозвался он.

— Ты его на прогулку выводил? — обеспокоилась я.

— Даже не подумаю. Не хочу его снова ловить по городу, — весело хмыкнул Георг.

— Сегодня мадам Строем возвращается. Игорь позвонил и предупредил. Мне обязательно надо быть дома, — призналась ему.

— Будешь.

— Угу. Ой, пока. Алекс останавливается, — нажав на отбой, скрючилась на колючей траве.

Водитель с хорошим аппетитом не пропускал ни одного кафе по дороге. Первый раз он остановился на заправке долить бензин. Сам же он купил себе стакан кофе и сладкую выпечку, от запаха которой едва не захлебнулась голодной слюной.

В тот момент, когда Георг позвонил в первый раз, Алекс допивал остатки напитка и направился к кабине. Я смотрела на него сквозь щели борта и боялась попасться ему на глаза, чтобы он не доложил о сбежавшей гостье графине Ристоль. Уверена, Полия тщательно допросит всех слуг. А так у Алекса будет чистая совесть и меня не сдаст.

Вторая остановка случилась у небольшого магазинчика. Открыла навигатор и постаралась определить правильное направление. По всему выходило, пора покидать колючее гнездышко. Дорога, по которой направлялся Алекс, все больше отклонялась от необходимого мне аэропорта. Надо найти более подходящий транспорт, как в условиях комфорта, так и в правильности направления.

Выпрыгнуть из кузова легче, чем в него залезть. Осторожно оглянулась на стеклянные двери магазинчика, куда направился Алекс, и поспешила прочь, отряхивая пожухлую траву с одежды и волос. Если час назад я была свежа после принятого душа, то сейчас меня основательно присыпало трухой и пылью.

Ничего. Мне бы до аэропорта добраться, а там я приведу себя в порядок.

Расспросы местных очень помогли. Мне подсказали, как проехать, сколько будет стоить билет на автобус и много другой полезной информации. На меня, правда, подозрительно косились из — за непрезентабельного вида, но я решила не обращать внимания. Вежливо задавала вопросы, уточняла, если что — то не понятно, и в итоге я стала обладательницей необходимой информацией.

Автобус нужного маршрута довез быстро до аэропорта. Приветливый водитель, которому пришлось вкратце объяснить причину запыленного вида, потыкал рукой в направлении, где смогу привести себя в порядок.

Но сейчас важнее было оплатить билет. Я боялась, что мне может не хватить наличности. Во время поисков Георг брал расходы на себя, потому у меня оставалась достаточная сумма, но точную цену проезда я не знала.

У кассы, где продавали билеты на мое направление, разгорался скандал. Точнее мне показалось, что он набирал обороты, но вполне возможно, что шел он давно. Мужчина средних лет потрясал бумагами и убедительно доказывал свою правоту. В ответ он получал вежливые, стандартные ответы. Люди в очереди, потеряв терпение, разделились на три лагеря: первые встали на защиту прав скандалиста, вторые поддерживали авиакомпанию, третьи пытались терпеливо дождаться своей очереди. Я примкнула к последим. Все равно мне не известна причина вспыхнувшего конфликта, но и сил втягиваться в чужие разборки не хотелось.

— Ричард полетит со мной! У него все бумаги! — громогласно басил скандалист.

— Вес превышает, — доносилось глухое из — за стойки.

— Людей вы не взвешиваете! Начните отказывать пассажирам из — за их веса!

— Правила компании не позволяют провоз в салоне клади, превышающей вес, — тем же уставшим, монотонным голосом проговорила кассирша.

— Ричард не кладь! У него все документы!

— В самом деле, девушка, как можно кота отправлять в багажное отделение? — поддержала скандалиста женщина средних лет.

— Ничего у него столько жира, что не успеет замерзнуть, — парировали защитнице животных.

Как выяснилось, кота отказывались брать в салон самолета, потому что Ричард превышал в весе. Мадам Строем переживала из — за лишних килограмм у Эмильена, она собиралась его показывать на выставке. Здесь же хозяин пламенно защищал все наеденое котом за свою жизнь.

Упоминание о еде сразу отозвалось потребностью чем — нибудь подкрепиться.

— Госпожа Ирина Симочкина, пройдите к администратору. Госпожа Ирина Симочкина, пройдите к администратору, — прокашлял на весь зал громкоговоритель.

Я сделала вид, что не имею понятия, кто такая вызываемая гражданка. Я помнила о связях графини Ристоль, которая оказалась способна провезти через границу без досмотра мага, не получившего диплом. Недаром она хвалилась перед гостями на ужине герцогини своими связями. Наверняка Полия уже доложила о моем побеге и меня разыскивают с полицией. Ни в коем случае нельзя признаваться, что я имею отношение к Ирине Симочкиной.

Скандал набирал обороты. Мужчина все громче возмущался, девушка в кассе твердо держала оборону, а очередь возмущалась задержкой. Собственно, я тоже. Время неумолимо убегало. Мадам Строем в любой момент может оказаться в своей квартире, а ни меня, ни Эмильена там нет.

Медленно передвигаясь между людьми, я приблизилась к эпицентру конфликта, а точнее к мужчине с котом. Ричард с флегматичным видом наблюдал за хозяином и окружающими его людьми. Только кончик хвоста подрагивал, выдавая нервозность животного. Выглядел толстячок великолепно. Набитая дымчатая шерсть смотрелась щеточкой. Хотелось погладить красивое животное, послушать, как он умеет мурчать. И я прекрасно понимала хозяина, возмущавшегося решением летной компании отправить Ричарда в грузовой отсек. Их величество должно путешествовать исключительно первым классом в удобном кресле. О чем, собственно и говорил вид кошачьего красавца.