Психология проклятий - Альма Либрем

Котэсса застыла перед дверью сто шестнадцатой аудитории с таким выражением лица, словно её привели сюда на сворке, силком, и приковали к дверной ручке, не позволяя куда-нибудь уйти, но и зайти не давая. По крайней мере, потерянный взгляд выдавал совершенную беспомощность в сложившейся ситуации, и она с некоторой неуверенностью то заносила руку, то опять её опускала, не решаясь постучать и войти. Если б Сагрон не помнил экзамен, то он решил бы, что девушка боялась преподавателей, что могли скрываться внутри аудитории.

Но на сей раз он не сомневался: Котэсса боролась с отчаянным желанием свернуть куда-нибудь и убежать от него подальше, да хоть к профессору Куоки, лишь бы только не к нему.

— Решайся, Тэсси, — Сагрон упёрся плечом в стену и застыл по правую сторону от неё, с усмешкой наблюдая за порывами. — Внутри нет никого. Ты так напряжённо прошла мимо, что даже меня не заметила.

Она подскочила на месте и гневно сверкнула глазами.

— Вы могли бы не говорить это своё "Тэсси" на весь коридор? — отступив от двери, сердито поинтересовалась она.

— Не "вы", а "ты", — нарочито громко поправил Сагрон, почти с удовольствием заметив, как заинтересованно оглянулась какая-то студентка, проходившая как раз мимо. — Но, прошу, — он распахнул перед Котэссой дверь и склонился в шутливом полупоклоне. — Знания жаждут познакомиться с тобою лично. К тому же, я уже почти выбрал тему.

Она ничего не сказала, решив воздержаться от комментариев, только в очередной раз раздражённо сверкнула глазами и тяжело вздохнула. Сагрон отлип от стены и вошёл следом, прикрыв за собой дверь, правда, не на ключ. В конце концов, любые сплетни придутся Котэссе не по вкусу, и она с огромным удовольствием проклянёт его ещё раз или пошлёт куда подальше, если её однокурсники, а то и его сотрудницы начнут слишком много болтать.

— Присаживайся, — Сагрон отодвинул стул, и Котэсса словно нарочно выбрала другую парту, хотя секунду назад стояла возле этой.

Дэрри закатил глаза, но тоже не проронил ни слова в качестве замечания и просто устроился на соседнем стуле. Котэсса дёрнулась, но опять убегать было бы уже неприлично, потому осталась сидеть на месте, лишь раздражённо косила на него взглядом, пока Сагрон открывал папку и вытаскивал оттуда какой-то лист с перечнем тематик. Красным были вычеркнуты уже занятые, очевидно, другими его бакалаврами, и мужчина не без удовольствия отметил, как нахмурилась Арко при виде этого перечня и выделенных фамилий.

Это напоминало обострённую форму ревности на почве науки.

— Я предлагаю тебе вот эту, — Сагрон специально подчеркнул, игнорируя взгляд Котэссы, строчку, которую она явно мечтала прожечь взглядом насквозь.

— "Особенности косвенно наложенных любовных проклятий и магическая направленность на источник энергии", — прочитала Котэсса и, не подав вид, что была крайне возмущена, перешла к следующей строке. — "Влияние вкладываемого источником энергии смысла на определение субъекта проклятия", "Изменение проклятийного влияния в зависимости от концентрации раздражения и крепости связей в случае специфических, узконаправленных заклинаний"… Да вы издеваетесь!

Сагрон посмотрел на неё так, что Котэсса едва ли не поперхнулась.

— Я хочу заниматься боевой магией, а не особенностями проклятий, — уверенно ответила она. — Да лучше бы я делала инновационные часы! — она взглянула на дверь и втянула голову в плечи, словно опасалась, что там мог оказаться профессор Куоки, что тут же вбежит в аудиторию и обязательно вцепится в неё мёртвой хваткой.

И вряд ли это будет лучше, чем работать с Сагроном.

— Есть последняя тема, — Дэрри кивнул на строчку, записанную мелким почерком в самом-самом конце листка. — "Дозирование боевой магии и обращение чистой энергии в перераспределённый смысловой поток". Но эта тема сопряжена с условием.

— С каким? — Котэсса опять едва заметно покраснела, и Дэрри не сдерживал уже довольную, весёлую улыбку.

Её опасения, пожалуй, были бы потрясающе забавны, если б не проклятие. Да и вообще, если б не проклятие…

— Я не хочу слышать ни одного "вы".

— Я не буду обращаться к преподавателю на "ты".

— Преподаватель я для тебя только на уроке или в присутствии моих или твоих коллег. Во всё же остальное время я — ну, максимум научный руководитель, — он подался вперёд и поймал её за руку. — И это не настолько страшное условие за столь прекрасную научную тему. Не сомневаюсь, что ты хотела бы ею заниматься.