Король моих мыслей - Кира Бег

Утром, едва проснувшись, я сказала Сане, что не пойду на субботние танцы. У меня было предписание лекаря на покой, и потому я могла провести этот день так, как мне того хотелось бы. Пока мы одевались, спросила Саню, к чему снятся гадания.

– Гадания? Ух ты! У меня в соннике было, погоди, сейчас посмотрю! – засуетилась подруга и полезла под кровать.

Я удивилась, а Саня выудила корзинку. Через плечо Сани я разглядела ловец снов, амулет на удачу в любви и верёвочку с узелками, которые обычно завязывают на успешную сдачу экзаменов. Саня достала небольшую книжицу и ногой задвинула корзинку обратно под кровать.

– Так, сейчас посмотрим… Нашла! Ох, Лира! – подняла на меня поражённый взгляд Саня.

– Что там? – озадачилась я.

– Гадание означает, что незамужней леди предстоит выбирать между двумя кавалерами, а прогулка по лесу, ручей и венок предупреждают, что принятое решение повлияет на всю её жизнь. Ух ты! – чуть не подпрыгивала подруга.

У меня же заныло внутри, словно большие камни ворочаются где-то возле сердца. Я тряхнула головой, отгоняя неприятные чувства. Так, умываться, одеваться и заниматься.

Не смотря на ночную прогулку и неясные сны, я чувствовала себя отдохнувшей и горела желанием потратить день на дополнительные занятия. Мне давно надо было подготовить письменный ответ по военному делу, но я до последнего оттягивала этот момент. Так не люблю все эти тактики и манёвры!

Леди Виктория провела со мной с утра дополнительную тренировку, и на завтрак я пришла последней. Наслаждаясь тишиной в обеденной зале, я доедала омлет, когда в дверях показался запыхавшийся Юнг, племянник леди Амалии.

– Леди Лира, вот вы где! Я везде вас искал. Леди Амалия вас зовёт к себе, там что-то срочное. Можете пройти прямо сейчас?

– Да, конечно, – мне не хотелось доставлять проблемы мальчику, и я пошла следом за ним.

Уже на этаже, в коридоре перед кабинетом, на меня нахлынуло тревожное чувство, и сердце глухо застучало в груди. Я шикнула на глупое сердце, приказывая ему успокоиться, возвела все щиты, которые умела, и сделала несколько глубоких вздохов.

Манерам меня выучили раньше, чем ходить, как говорила моя мать. И потому плечи сами собой расправились, на лице появилась вежливая улыбка, ресницы чуть опустились, ибо не прилично смотреть на собеседника в упор. Руки легли на юбки выученным жестом.

Юнг открыл дверь, пропуская меня вперёд. Я шагнула с высоко поднятой головой и обратилась к леди ректору, хотя и знала, чувствовала, что она не одна в кабинете.

– Вызывали, леди Амалия? – вежливый уважительный реверанс, полагающийся по ситуации.

– Да, леди Лира. Юнг, ты можешь идти. Леди Лира… – леди ректор подняла голову от бумаг.

– Оставьте нас, – сильный, не терпящий возражений голос прервал ректора на полуслове.

– Как пожелаете, – леди поклонилась и поспешно вышла, закрыв за собой дверь.

– Лира, – позвал знакомый голос, скрывая требовательные нотки.

Я стояла, не шелохнувшись, лицом к столу ректора, и сжимала ткань платья. Сердце глухо билось о рёбра, в горле пересохло, дыхание сбивалось. Я не могла заставить себя обернуться, но нашла силы, чтобы ответить. Вопреки опасениям, голос звучал ровно.

– Да, Ваше Величество.

В следующий миг меня снесло, словно тайфуном, и прижало к стене. Король держал мои руки, крепко, не вырваться. Я лишь испуганно вскрикнула, когда его глаза оказались напротив моих. Тёмные омуты, в которых мне так хотелось утонуть, смотрели с тревогой. Не в силах вынести этого, я зажмурилась и отвернулась.

– Лира, что происходит? – чуть раздражённый, хриплый от сдерживаемых эмоций голос миллионом булавок коснулся моей кожи.

Я дышала глубоко, и невольно вдыхала такой родной аромат: терпкой дорогой мужской туалетной воды, свежей накрахмаленной белоснежной рубашки, самую малость – лошадей. Сил обернуться к Нему и взглянуть в глаза у меня не было. Я дёрнулась в тщетной попытке освободиться, но Король держал крепко и стоял очень близко. Так близко, что я чувствовала идущее от него тепло.

– Всё в порядке, Ваше Величество, не стоит переживать из-за меня, – смогла ответить ровным голосом, ругая себя за слова. Разве он переживает? Я не стою этого. Он волен делать, что пожелает, и волнение из-за чувств невзрачной ученицы никак не может входить в этот список.

– Лира, убери щиты, – спокойно, почти ласково попросил Король.

Я малодушно отрицательно покачала головой. На глаза навернулись непрошеные слёзы, и я сильнее вжалась в стену за спиной, желая отступить хоть на шаг, а лучше – оказаться как можно дальше отсюда.