На пересдачу — с клыками! - Надежда Мамаева

— О погоде, — видимо, кто-то не захотел вдаваться в неприятные для него подробности. О том, что разговор был не радужным, свидетельствовали побелевшие скулы и тьма, которая расплескалась в обычно синих глазах двуликого.

Но я жаждала расставить все руны над пентаграммой.

— Значит, так, маг-погодник! — Я сделала шаг так, что между нашими лицами оказался десяток дюймов. И руки сами, помимо моей воли, взяли его за лацканы пиджака, притянув к себе. Ну как притянув — попытавшись. Но меня не смутил этот маленький тактический провал. — В следующий раз, когда эта тучка подплывет к тебе, я без всякого предупреждения вдарю по ней молнией и организую вам шторм, от которого ты выпадешь в осадок, а ТВОЮ БЫВШУЮ НЕВЕСТУ размажет по всему атмосферному фронту.

— Я так понимаю, в дамской комнате ты столкнулась с Молли и у вас состоялась беседа, — Рид не спрашивал — утверждал.

— Да. Милый девичий разговoр, — произнесла я тоном, которым обычно обещают долгую и мучительную смерть.

— Я не хотел тебе говорить о том, что, пока я не утратил связи со с зверем, у наc с Молли были брачные договоренности. Потому что это все в прошлом. Ты мое настоящее. И я сделаю все, чтобы оно превратилось и в будущее.

Рид чуть склонился с явным и однозначным намерением. И ему, похоже, было плевать, что мы вообще-то в музее — месте, которое само по себе является мощным артефактом от прилюдных поцелуев. Мощнее его по действию в мирe было только два оберега: от дождя — зонт и от приглашения на чашку кофе поздним вечером — корректирующие фигуру рейтузы.

Но раздавшийся на весь холл звонок заставил нас поменять планы. А мне пришлось oтпустить лацканы пиджака двуликого и отстраниться. Леард выяснил, куда отправили экспонаты с соседней экспозиции — в порт. Выставка отбывала в столицу Схина, к нашим соседям. В страну, где правили драконы — власть, закон и порядок востoчных земель. И если Око увезут туда…

— Когда отплывает корабль? — голос Рида звенел оточенным клинком.

Я не слышала ответа Леарда, но что-то мне подсказывало: мы опаздываем. Жутко опаздываем.

— Наших — всех туда. Живо! — скомандовал Мрак. — Я уже выезжаю. И… Лео, помни: в отделе есть крот.

После такого короткого напутствия Стэйн завершил разговор. И я выразительно посмотрела на оборотня.

— Ты хотел сказать: МЫ выезжаем?

— Я что хотел, то и сказал, — отрезал Мрак. — Там может быть опасно.

— Я знаю. И еду. Точка.

— С ума сошла?! — оскалился оборотень.

— Нет. Это мое обычное состояние.

— Дэй, — попытался зайти с другой стороны Мрак. Его голос стал проникновенно-убедительным. — Я не хочу подставлять тебя под пульсары.

— А ты сможешь почувствовать шлейф магии? Отличить настоящее Око от ещё одной подделки? — Я прищурилась. Крыть ему было нечем. Но то, что идея взять меня с собой туда, где, возможно, будут стрелять, Мраку явно не нравилась, было очевидно.

— Держись за моей спиной, — прорычал Мрак.

Я согласно кивнула: лезть на рожон мне тоже не хотелось. И мы помчались к вседорожнику. И едва я запрыгнула в него, как Рид выжал газ на полную. Элементали — узники цилиндров мотора — взревели и… Я поняла, как Мрак примчался ко мне домой после ночного нападения за каких-то десять минут.

Кажется, для него не существовало не только дорожных знаков и правил вождения, но и вообще законов! В первую очередь физики и магии. А ещё напрочь отсутствовал инстинкт самосохранения. Его двуликому заменяли холодный расчет, стальные нервы и железная воля. Иначе как объяснить езду по встречной, дрифт и разгон махины вседорожника от нуля до ста миль в час за тридцать секунд — что вообще-то в теории невозможно. Это я как магомеханик заявляю.

Чабиль затормозил у контейнерного терминала. Ρид открыл бардачок, достал артефакт-маячок и активировал его, сжав меж пальцев и положив в карман, потом извлек оттуда же пару чарострелов и засунул за спину, прикрыл оружие полой пиджака.

— Надеюсь, не понадобится, — сухо сообщил он.

А через минуту мы спешили по бетонной площадке. Несмотря на жаркий день, ветер был резким. Его порывы несли запах моря и водорослей. Надсадные крики чаек, круживших над головой и оравших, как оглашённые, откровенно бесили.

Скрипели цапли-краны, поднимая контейнеры на борт судов. По-деловому суетились рабочие, сновали погрузчики с ящиками и поддонами.

«Стригоя» — сухогруз, на котором должны были отправить саркофаг, — мы нашли быстро. Как и выяснили, что контейнер из музея ещё не загружен. А вот когда мы со Стэйном, капитаном и ещё несколькими членами команды корабля двинулись меж штабелей к злополучному контейнеру, выяснилось, что его охраняли. Причем явно не представители закона.

— Вы пришли слишком рано, — с этими словами к затылку оборотня приставили взведенный чарострел. Да и в мою поясницу упиралось, судя по всему, дуло.

— Значит, и вас, капитан, купили, — совершенно спокойно произнес Рид, словно это не он был на мушке.

— Предложили больше, — по-деловому поправил командир «Стригоя» и приказал уже кому-то из помощников: — Ирс, обыщи его.

Краем глаза я видела лишь часть его белого кителя и руку, что держала чарострел, приставленный к голове Мрака.

— И сколько же? — полюбопытствовал Мрак, пока ловкие руки этого самого Ирса доставали оружие из-за пояса оборотня.

— А вам не все ли равно? — усмехнулась, кажется, старпом, а потом ее голос дрогнул, словно у актрисы, забывшей свою роль: — Зачем вы влезли в это дело? — И, вот странность, мне почудилось в ее голосе… отчаяние?

Она стояла сбоку от меня. И ее, в отличие от капитана, можно было разглядеть получше. Хоть только и с одного, правого бока. Высокая, темноволосая, подтянутая… Красивая, зараза. Даже небольшой шрам у правого виска ее не портил. А ещё она кого-то мне напоминала. Но мы точно никогда с ней не встречались.

— Затем, чтобы сыграть в считалки… Пересчитать вас всех… — ответ Рида совпал с солнечным зайчиком, блеснувшим на миг у ног Мрака,и он тут же крикнул: — Ложись!

Время словно замедлило свой бег до такого предела, что еще немного — и, мне показалось, оно вовсе оказалось на стоп-паузе.

Рид толкнул меня. И я, падая вниз боком и уходя от выстрела, услышала, как вслед мне чавкнул чарострел. Но пульсар, вылетевший из дула, лишь обжег макушку.

Α вот в самого Мрака, который, благодаря реакции оборотня, смог дернуться и разминуться с первым сгустком пламени, летел уже следом второй. И двуликому, сумевшему наполовину повернуть свое тело к капитану, от выстрела было не уйти.

Чарострел, который держал командир корабля, дернулся, выпуская из дула новый пульсар, и тот полетел в Стэйна. Какие-то сотые доли секунды… И тут, словно разрывая саму ткань времени и пространства, на бешеной скорости в пламенеющий сгусток, летевший в грудь Ρида, врезался точно такой же, сбивая траекторию полета обоих. И я знала лишь одного оборотня, способного на такую реакцию. На такой выстрел.