Дракон принцессе (не) жених - Альма Либрем

Что ж, с огромным усилием мне удалось отлепить себя от двери и направиться вниз по ступенькам. Там, в холле, я обнаружил Арина, что-то втолковывающего служанкам, яйцо и ни следа Марлены.

– Дверь, – прорычал я, глядя на дракона.

– Под защитным заклинанием и огнеупорная, – моментально поняв, про которую дверь я спрашиваю, отозвался Арин. – И нет, это не я устанавливал защиту.

– Она от меня прячется?! – едва не взревел я.

– Нет, но она прислушалась к моим словам и понимает, что вам пока что лучше отдохнуть отдельно друг от друга. Зверь реагирует на её присутствие, а значит, рядом с ней больше шансов, что ты потеряешь над собой контроль. Марлена делает это ради тебя, Альдо. Пойми это.

Если б я мог испепелить обнаглевшего вконец Арина (так, по крайней мере, считал мой дракон) одним взглядом, я б так и сделал. Но Арину повезло, селянка, та самая, которую звали, кажется, Бертой, заблеяла своим противным голоском:

– Ваше Драконейшество, никто не имеет права игнорировать ваши знаки внимания! Обратите же взгляд на верных своих служанок, на меня, например! Я готова...

– Знаю я, к чему ты готова, – прорычал я раздраженно. – Готова ласточкой прыгнуть ко мне в постель. Но я в таких ласточках в своей кровати не нуждаюсь, ни в тебе, ни в твоей подружке. Запомни, заруби себе на носу, что в следующий раз за такие предложения я тебя просто сожру – мой дракон будет невероятно доволен! – и твою подружайку тоже.

– Ваше Драконейшество!..

– И прекрати ко мне так обращаться, – рявкнул я, забыв о своих принципах всегда говорить с людьми спокойно и уважительно. – Не то сожгу!

И, не обращая внимания на то, как девица бросилась прятаться за спиной сердитого Арина, помчался прочь.

Ноги вынесли меня на улицу. Было уже довольно поздно, солнце давно село, сияла в небесах луна. Я отошел от поместья, устроился на одном из камней, поднял голову вверх и любовался на звезды, пытаясь отыскать давно утерянную точку душевного равновесия.

Дракон во мне притих, человек – раскаивался. Нельзя было так трясти дверь Марлены, повышать голос на Арина, да и служанки в общем-то просто дуры. Не виноваты же они в том, что у них в голове щепки вместо мозга. Надо как можно спокойнее объяснить, что я не нуждаюсь в их знаках внимания. Правда, в прошлые разы это не помогло, но я должен пытаться. Я, в конце концов, человек здравомыслящий! По крайней мере, считал себя таковым, пока все эти драконьи приключения не случились.

Что-то погладило меня по плечу. Я удивился, понимая, что кроме Марлены вряд ли кто-то осмелится так ко мне прикоснуться. Не Арин же!

.Она стояла совсем рядом. Смотрела на меня своими невинными голубыми глазищами, большими и чистыми.

И мирно жевала рукав моей сорочки.

Не Марлена, нет. Корова.

Я взглянул на неё. Потом перевел взгляд на хлев. То, что поначалу показалось мне стенкой, на самом деле было дырой обыкновенной, через которую корова, собственно, и улизнула, чтобы на закате поживиться травкой.

– Му-у-у, – печально провозгласила она, хлопая ресницами. – Му-у-у!

– О, вот ты где, паразитка! А я тебя всюду ищу! – раздался рядом голос кузнеца. – Что, Ваше Драконейшество, прицепилась, да?

– Ага, – лениво отозвался я.

– Совсем страх потеряла, – поделился кузнец. – Ну чисто баба!

– Боюсь, – в моём голосе зазвучали опасные нотки, – если б корова была не баба, она не могла бы выполнять свои прямые функциональные обязанности.

– Ать! Зато б не сбегала, как дурная!

Я хотел было язвительно сообщить, что корова не дурная, дурные те три двуногих козла, которые в хлеву не построили стену, не то что нормальную, вообще никакую! Но кузнец явно решил, что я поддерживаю его патриархальные настроения и продолжил:

– Все они, бабы, дуры! Что коровы, что односельчанки наши...

– Прям-таки все? – холодно уточнил я.

В голосе уже звенели злые драконьи нотки.

– Даже драконихи!.. – продолжил кузнец с завидной храбростью. – Стену рушить, это ж много мозгов иметь надо? Что простая баба, что заморская принцесса, один хрен, тупые.

А вот это он зря. Потому что если ещё драконих я мог пропустить мимо ушей, то такое оскорбление в сторону Марлены – нет.

В другой ситуации я осадил бы его словом. Максимум врезал бы. Но сегодня, контролируя себя примерно так хорошо, как вулкан контролирует извергающуюся лаву, вскочил на ноги и выплюнул:

– Ты, жалкий простолюдин, как смеешь говорить дурное слово в сторону принцессы? Ты не достоин дышать тем же воздухом, что и она, ты! Мясо!..

– Ваше Драконейшество! – взвизгнул кузнец и поспешил плюхнуться носом в траву. – Ваше Драконейшество, поми-и-илуйте!

– Му-у-у, – возразила корова и решительно двинулась прочь. Её мой демарш не напугал, а вот на кузнеца она из чисто женской солидарности наступила копытом. Тот даже не пискнул, видать, драконья кара казалась ему куда страшней.

Я же кипел от злости. Откусить бы голову одному из этих наглецов, которые ещё и со своими личными советами под руку лезть смеют, чтобы знали, что значит спорить с драконом! Тогда бы мигом поняли, где они находятся и что им делать запрещено! Да я бы их сейчас мигом разогнал, я бы.

Дикая, неконтролируемая мысль, подобная взбесившемуся дракону, забилась у меня в голове, как в клетке, и я почувствовал, как череп буквально трещит от боли. Хотелось обхватить голову руками и зажать уши, но чем мне это поможет, если я пытаюсь заглушить собственный внутренний голос?

Нет, так дело не пойдет. Арин прав, война с самим собой – это плохо. Мне не приходилось работать с пациентами с раздвоением личности, но в теории я более-менее ориентировался, когда-то перечитал на эту тему кучу литературы, просто из интереса. И что? Сейчас сам кирпичиками этого диагноза проложу себе путь в безумие?

Нельзя продолжать в подобном духе. Человек должен быть целостен, а не торговаться с крылатой паскудой внутри, пытающейся отгрызть себе немного новых территорий. Нет никаких сомнений, Альдо Велле силен, да и я тоже не лишен определенного упрямства. И вместо постоянного сражения мы могли бы примириться, найти общий язык.

Этим мне и предстоит заняться.

Я заставил себя выдохнуть и попытался немного приободриться. Где-то в этой голове когда-то обитал здравый смысл, вот, отлично, пора призвать его на помощь.

– Ваше Драконейшество! – пролепетал кузнец, всё ещё вжимаясь в траву. – Велите казнить?

– Будь добр в будущем воздерживаться от непрошенных советов. Иначе это будущее у тебя окажется короче, чем планировалось, – максимально равнодушным голосом отрезал я. – Но пока что живи. Мне нет до тебя дело.

И, повернувшись к нему спиной, зашагал в дом.

Арин обещал помочь слиться с драконом и обрести внутренний баланс, и я от его помощи, как последний дурачина, отказываться не буду.