Маги Клевера - Максим Волосатый

А тут еще этот дождь… Семен лениво перебирал в голове возникающие образы, придумывая, чем бы заняться, и постепенно набрел на мысль, что неплохо было бы пообщаться с источником давешних неприятностей, из-за которого Твари и ведут себя так агрессивно. То бишь со Строцци. Дойти до принятия конкретного решения не получилось – в дверь тихонько поскреблись.

– Если за состраданием, то это не ко мне, – недовольно отреагировал Семен.

– А к кому еще? – В приоткрывшуюся дверь всунулся именно тот, кого Семен и запрашивал. – Мне бы пообщаться.

– О, нет, – Точилинов закатил глаза. – Я, конечно, уже про тебя думал, но не так же быстро, Джузи.

– Не называйте меня Джузи, – виноватый Строцци с несчастным видом попытался обидеться.

– А как еще тебя называть? – Дурное настроение дождя нашло куда вылиться. – Или прикажешь тебе ковровую дорожку постелить?

– Дорожку не надо. Можно я присяду? – Строцци покосился на стул и уселся без приглашения. – То, что я виноват, я и сам знаю, но сему была причина.

Проклятый дождь все-таки вытянул все силы, и Точилинов не стал дальше развивать обиду, а только натянул плед, которым укрывался, повыше и неодобрительно уставился на итальянца.

Поначалу он лениво зевал, демонстрируя недовольство, но к концу разговора пришлось подняться.

История оказалась простой: Строцци просто сбежал в Территории, схватившись за первый подвернувшийся контракт. Предложение было весьма сомнительным, но выбора ему не оставили – две недели подряд за ним гонялась тройка ассасинов Зеленого Лепестка. Как Джузеппе умудрялся от них так долго бегать – загадка. Впрочем, Строцци всегда умел выделяться. Обычно ведь с аталь как: или они тебя, или ты их. Но если смотреть в целом, то эти ребята стали появляться уже с пугающей регулярностью.

Аталь, вырезав Экспедиционный Корпус Земли, на саму Землю, или, как они ее предпочитали называть, Огненный Лепесток, пробиться все-таки не смогли. Поскольку линии хальер, то есть магии, на Земле практически отсутствовали, то в этих условиях технологическое оружие людей опять стало преимуществом. Сунувшиеся было передовые части нелюдей просто разнесли на молекулы дальнобойной артиллерией и ракетами. В итоге ни нелюдям на Землю, ни людям с нее. Технологии против магии. Пат. И на этом фоне, как гвоздь в стуле, торчала в Пестике группа Точилинова. Вот магов людям аталь ни в какую не хотели отдавать. Еще не хватало. Поэтому группы ассасинов, имеющие целью умерщвление кого-нибудь из Магов Земли, как они сами себя окрестили, появлялись все чаще и чаще. Вплоть до того, что, если месяц ни одного покушения не случалось, народ уже начинал беспокоиться: может, с ними случилось чего? С одной стороны, это держало в тонусе и позволяло постоянно развиваться, а с другой…

Тут шутить уже не хотелось. Франсуа Дюпен, равно как и Демудес с Пшезецким были только первыми ласточками. Дальше стало совсем плохо. На сегодняшний день земляне потеряли пятерых. Зарезаны, удушены, утоплены, заморожены. С этим давно уже надо было что-то решать, но придумать ничего не получалось. Страдания Строцци не были чем-то оригинальным – Семен постоянно выслушивал похожие страсти. Но одна мысль все-таки зацепила. То ли одиночество достало, то ли дождь, но Точилинов схватился за слова несчастного итальянца:

– Слушай, а хорошая идея.

– Какая? – округлил глаза Джузеппе. – Баронов послать?

– Да нет, – Семен за раздумьями несколько потерял нить разговора, – до этого ты о чем говорил?

– Как прятался.

– Еще раньше.

– Что бросили меня все.

– Вот это я и хотел сказать.

– В смысле, вычеркиваете? – опешил Строцци.

– Кто куда, а голый – в баню. Тебе лишь бы задницу прикрыть. Я про другое говорил. Вот именно потому они и развлекаются у нас, что мы все поодиночке сидим. Надо вместе опять собираться. Скажешь, нет?

Строцци неопределенно пожал плечами. К выволочке он был готов, а вот к глобальному переосмыслению бытия – никак.

– Я понял. Дош пить будешь? – Точилинов вздохнул обреченно, поднялся, скривился, глянув в окно, но все-таки натянул какую-то куртку и побрел в сторону двери.

– Вот так, как ты, все и сидят, плечами пожимают, а как спасаться – так каждый поодиночке. Много мы так навоюем? – Он взялся за ручку двери. – А вот, к примеру, я сейчас дверь открою, а там твои «приятели» – и что тогда делать? То-то.

Он открыл дверь.

Банг! Банг, банг!!!

Точилинов еле успел захлопнуть дверь, на которую внезапно обрушился град ударов. В доме, который построил глемм, даже двери усилены металлом – именно это и спасло Семена.

– Чего стоишь?! – заорал он на остолбеневшего итальянца. – Там твои … … … что я говорил?!

Дверь дёргалась не переставая. Единственным, до чего додумался Точилинов, оказалось самое простое: схватиться за меч, который не так давно ему сосватал Утабай.

«Вот и пригодилось», – промелькнуло у него в голове, когда рука сжала успокаивающе тяжелую рукоять. И тут же бросила. Строцци стоял возле своего стула и плёл какой-то узор – боевой, надо думать.

«Переобщался с вольдами», – пожалел себя Семен. И в самом деле, ну зачем магу какой-то меч? Магия Семену давалась легко, еще с того, первого боя, когда Теренс вытаскивал их из болот после бегства. Точилинову не было нужды плести узор, как Строцци, он просто сдвинул вперед все линии хальер, которые присутствовали вокруг. И наступила тишина. Сейчас за дверью должно было стать очень грязно. Кровавый фарш из мяса и костей.

– Только бы из наших никого там не оказалось, – запоздало испугался Семен, не подумав даже, что при живых вольдах атака бы вряд ли состоялась.

А потом дверь слетела с петель с оглушающим грохотом. В проеме стоял аталь, переливающийся всеми цветами радуги. Весь перёд доспехов искрился, но сам ассасин казался невредимым, по крайней мере на первый взгляд.

– Й-й-е-е! – фальцетом взвизгнул Строцци, выставив вперед дрожащие от напряжения руки, но добился лишь того, что аталь перестал искриться.

– Амулеты! Он на амулетах, – выдавил из легких последний воздух Точилинов, кувырком летя через диван. Меч, переуступленный Саем, все-таки остался последней надеждой.

Торкские амулеты, блокирующие магию, до сих пор оставались непревзойденным средством против халь, шаманов и магов всех мастей, обитающих в Клевере. Что-что, а ломать торки умели, и магия, естественно, было первым, от чего они научились спасаться. Аталь, не глядя, махнул своим мечом, и итальянец улетел в угол.

«Джузеппе!» – простонал сквозь зубы Точилинов, поднимаясь с пола и переполняясь бездумной и безнадежной яростью. Тут у него никаких шансов. Хоть аталь и уступали в искусстве рукопашного боя всем Старшим Расам Клевера, но при схватке один на один с подготовленным ассасином у Семена, который никогда толком драться и не учился, а теперь это и вовсе было без надобности, шансов нет. Хоть Муритай и пытался его натаскивать, но этим надо было жить, а не разминаться по утрам перед основной работой.