Становление - Ерофей Трофимов

— Что случилось, Ар? С чего это ты вздумал вопить во весь голос среди ночи? И какая вода должна ударить? — удивлённо спросила Кара, приподнимаясь на своём ложе из шкур.

— Ручей пробил себе путь по старому руслу. Я не знаю, откуда он появится, — быстро ответил Араб, оглядываясь по сторонам.

Раздался гул, и камень под ногами заметно завибрировал. Затем в дальнем углу площадки что-то громко треснуло, и из стены полетели мелкие камни. Следом за ними потекла вода. Грязная, смешанная с песком, но это была вода.

Ручей быстро заполнил небольшой бассейн, располагавшийся прямо под отверстием в стене, и, весело журча, побежал куда-то в сторону, исчезая в расщелине. Облегчённо вздохнув, Араб поднял голову и долгим взглядом посмотрел в светлеющее небо.

— Светает, — тихо произнёс он, ни к кому не обращаясь.

— Светает, — ответила ему Кара, подходя к трону. И немного помолчав, тихо добавила: — Я не знаю, как и что ты сделал, но, вернув в храм воду, ты вернул нам надежду и силы. Спасибо тебе, Ар. Это было благое дело. Недаром я так билась за твоё посвящение.

— Тебе спасибо, старейшая. Ваш дар бесценен. Главное научиться правильно им пользоваться. А с крагами мы разберёмся. Теперь разберёмся, — улыбнулся в ответ Араб.

— Я знаю, у тебя всё получится. Я это видела, — устало кивнула Кара, тяжело оперевшись на подлокотник трона.

— Отдохни, старейшая. Скоро нам придётся отправиться в обратный путь.

— Не держат меня старые ноги, — тихо пожаловалась Кара. — Совсем развалиной стала. А мне ещё моих девчонок обучить нужно.

— Чему обучить? — тут же спросил он.

— Видеть. Помнить. Знать. Мы, помнящие, не просто знаем, кто с кем живёт и от кого сколько детей родилось. Мы ведь дух клана храним. Не станет помнящих, не станет и порядка в племени. Чин, он ведь только общими делами занимается. А мы должны в сердце каждому заглянуть. Мысли услышать. Трудно это объяснить, но, думаю, ты понял.

— Я понял, старейшая, — кивнул Араб.

Легко поднявшись с трона, он осторожно усадил старейшую на своё место и, отступив на пару шагов, прикрыл глаза. Быстро сплетя потоки всех пяти стихий, он направил их в грудь женщине, постаравшись сделать так, чтобы это не было ударом.

Сплетённый из потоков канат обвился вокруг сухого тела старухи и, чуть померцав, плавно слился с ней. Охнув от неожиданности, Кара вскинула голову и удивлённо посмотрела на замершего перед ней Араба.

— Что ты сделал? — спросила она с изрядной долей испуга в голосе.

— Влил в тебя немного сил, — улыбнулся в ответ Араб, открывая глаза.

— Ничего себе немного! — удивлённо покрутила головой Кара. — Да я себя так уже лет двадцать не чувствовала. Наверное, с тех пор, как своего первого внука на руки взяла. Эх, паренёк, жаль, что молодости не вернуть. Мы бы с тобой таких дел наделали, — воскликнула она, лихо тряхнув седой головой.

— Ничего, старейшая. И сейчас можем наделать, — рассмеялся он в ответ.

— Это верно. Но учти, теперь я тебя из племени не выпущу, пока твоего потомства не дождусь, — решительно предупредила она.

— Зачем? — растерялся Араб.

— А затем, что от тебя дети должны быть не просто сильные и здоровые, а ещё и с огромным даром. Этот дар я от тебя получу, даже если мне придётся всех девок к тебе в фургон загонять, как коров на дойку.

— Ну не знаю, — развёл руками Араб. — У них ведь наверняка свои планы есть. Да и парни ваши этому не обрадуются.

— Не беспокойся. После набегов крагов в племени вдов почти в два раза больше, чем пастухов. А нам племя поднимать нужно. Подкосили нас краги. Сильно подкосили. А свежая кровь — это спасенье богов.

— И ты решила из меня быка-производителя сделать? — неожиданно насупился Араб. — Не привык я, чтобы мои дети безотцовщиной по земле болтались.

— Не злись, — сурово ответила Кара. — Будь вся эта история в старом стойбище, до нападения, я и сама бы ещё подумала, стоит ли это делать, а сейчас я не о себе, а о племени пекусь. Про безотцовщину это ты хорошо сказал. Но сейчас время другое. Сам говорил, что перемены настали. Или для тебя слова о благе племени пустой звук?

— Даже не знаю, — смущённо ответил Араб. — Просто не готов я к такому повороту событий. Не думал я о таком.

— А ты и не должен был об этом думать, — решительно отозвалась Кара. — Для этого есть мы, помнящие. Давай договоримся с тобой, чужеземец, что по этому поводу мы спорить не будем. Просто сделай, как я говорю, а остальное оставь мне. И за детей не беспокойся. Это мои внуки будут.

— В каком смысле? — окончательно опешил Араб.

— В таком. К тебе девчонки только из рода помнящих приходить будут. Такой дар, как растить, хранить и лелеять, очень нужен. Знаешь, я ведь только теперь поняла, почему тот камень тебя сюда прислал.

— И почему же? — шагнул к ней Араб, разом позабыв про все свои сомнения.

— В тот раз, когда к нам воина прислали, он ведь нас слышать и научил. Именно от него кланы помнящих пошли. А теперь, после твоего появления, должны появиться не просто помнящие, а помнящие воины.

— Ну, это ты, по-моему, загнула, — с сомнением протянул Араб.

— Нет, парень. Я и вправду так думаю, — уверенно ответила Кара. — Ты воин. Это несомненно. И умеешь ты то, чего никто из нас и не представляет. Мы тоже многое умеем. А значит, если наша кровь сольётся, то дети будут уметь и то, и другое.

— Но ведь одного наследования знаний мало. Детей ещё кто-то должен будет научить, как правильно использовать эту силу, — с сомнением ответил он.

— Научим, — уверенно ответила Кара и, переведя взгляд на небосвод, вздохнула:

— Пора собираться. Надеюсь, наша молодёжь сумела свои шкуры сберечь.

— Хочется на это надеяться, — мрачно отозвался Араб.

Окликнув женщин, топтавшихся у бассейна, Кара велела им собираться. Вскоре все шестеро не спеша направились обратно к озеру.

* * *

Длинный караван медленно пылил по дороге в сторону Запретного леса. Ехавшие в его начале краги нехотя перекидывались ничего не значащими фразами, периодически бросая мрачные взгляды в сторону хозяйки замка, высокой госпожи Смайты.

Вся семья, а это без малого тридцать крагов, считала, что это именно она виновата в том, что им приходится тащиться по жаре куда-то в дебри, чтобы вернуть кучку вонючих пастухов. Ведь это именно она не смогла вернуть их в свой первый выезд и потеряла сразу трёх крагов, ехавших с ней. Но хозяин дома решил, что она не виновата, и спорить с ним охотников не нашлось. Слишком дорого мог обойтись такой спор. Даже для крага.

Высокая госпожа Смайта ехала рядом со своим мужем, внимательно всматриваясь в окрестности, выискивая знакомые ориентиры. Из-за гибели следопытов ей пришлось самой вести караван. Именно поэтому все идущие следом краги злились, то и дело отпуская ей в спину злобные замечания. С этим ей не мог помочь даже хозяин дома и муж. На оскорбления каждый краг должен был отвечать сам. Но она решила оставить разборки с молодёжью на потом. Сейчас её больше интересовали пастухи и воин, сумевший уничтожить её экспедицию и отобравший у неё родовой меч.