Рождение Жнеца - Сергей Леонтьев

– Это «Молот Предков», реликвия нашего народа… того, что от него осталось, – как-то слишком печально проговорил Толбан, – Именно из-под ударов этого молота рождались доспехи и оружие, равных которым не найти. Это гордость и проклятие Тёмных гномов. Вот он, посмотри, – кивнул тот в сторону.

Слева от трона, за креслами, на причудливом постаменте из красного камня, стоял рукоятью вверх молот, изображённый на доспехах. Вживую он выглядел ещё эффектней и красивее. Им хотелось владеть и никому не показывать. Радуясь, что больше ни у кого нет подобного шедевра. Рассматривая молот, в голове звучало только одной – безупречный. И он действительно таковым являлся. Руки так и тянулись к нему. Потрогать, обхватить рукоять и ощутить тяжесть этого произведения искусства, не иначе. Само «молотило» было отлито из очень необычного металла, походившего на золото, только с оттенком чёрного и перламутровым переливом. Рукоять словно подсвечивалась изнутри мягким голубым светом, и была исчерчена причудливыми узорами. Молот казался живым.

– Нравится? – спросил с усмешкой Толбан.

– Да. Он безупречен, – честно ответил я, не в силах оторваться от такой красоты.

– Если хочешь, может примериться. Ощутить его величие и мощь, – проговорил Толбан вкрадчиво, словно подталкивая к запретному плоду.– Но человек у тебя в гостях! – в голосе «рыжебородого» прозвучало осуждающее возмущение.– Я его не приглашал. Он сам пришёл. И вообще, не вмешивайся, Сторин, – ответ прозвучал слишком раздражённо и резко.

Что-то тут явно не так, но потрогать молот тянуло со страшной силой, сопротивляться которой не было ни возможности, ни желания.

– Серьёзно? Я могу его подержать?

– Конечно! Видно же, что хочется, – и снова эта подталкивающая интонация.

Переспрашивать не стал. Я пошёл к молоту прекрасно понимая, что как только моя рука его коснётся, со мной произойдёт что-то явно нехорошее. Однако какой-либо опасности от него не исходило. Скорее наоборот, к нему прям тянуло. Именно это обстоятельство стало решающим на чаше весов «За-Против». Подойдя вплотную к этому шедевру гномьей работы, я всем телом ощутил исходящую от него силу. Он и правда был «живой». Буквально на мгновение даже почудилось, что тот сам тянется ко мне. Не видя за спиной замерших и переставших дышать Толбана и Сторина, я протянул руку и обхватил рукоять.

– Ну наконец-то… – донёсся до меня выдох Толбана.

– Во славу Предков и Каменного огня, – проговорил Сторин.

«Молот Предков. Проклятый предмет Эпического ранга. Требования: Кузнец уровня Магистр. Раса: исключительно Тёмный гном клана Стальные броды. Особые: кровь предков клана Стальные бороды. Для работы требуются души живых существ, которые молот сам поглощает. Исключение: гномы клана Стальные бороды». – Чего?

«Так вот, оно чё, Михалыч» – это ещё и жертвенный алтарь сразу. Толбан, падла, мной свою наковальню запитать решил. Хорош хозяин, добром гостей встречает. Гостеприимный до поноса. По телу начало разливаться приятное тепло. Создалось впечатление, что тело перетекает то в молот, то обратно. Вот только выкусишь ты, хитрожопый предводитель «ржавых бород». Молот Предков является проклятым и относится предметам Тьмы. Он признал меня, как своего, родного. Ну ничего, сейчас ты, «Павлик Морозов» с бородой, уху есть будешь.

– Хороший молот, мне нравится, – сказал я, немного тряхнув им в руке и… запихал к себе в сумку. Шах и мат, хитрожопые коротышки!

– Что?! Как?! Не смей! Верни! – взревел Толбан, соскакивая со своего трона и доставая секиру.

– Стой! И слушай внимательно! – громко и как можно более уверенно прокричал я. Вроде подействовало и Толбан замер в паре метров. – Ты сам пригласил меня в свою обитель. Я не напрашивался и даже хотел уйти с миром. Но ты пригласил, как гостя. Только помыслы твои были недобрыми. Обманом задумал отнять мою душу, чтобы зарядить молот. Отобрать жизнь у одинокого путника, нуждающегося в укрытии и помощи. У странника, оказавшегося у твоего порога волею случая. У того, кого твои же уста назвали Другом. Ты опорочил память своих предков, так сказал Молот!

На моей работе этот метод называется «вывести гуся» или «подвести некий предмет к носу», а также «взять на понт». Пущенные «торпеды достигли борта» и «линкор» Толбана «дал течь». Мне удалось произвести должное впечатление речью, так как после слов «так сказал молот», на лице Толбана отобразился страх.

– Кто ты, человек, прошу, ответь? И человек ли ты? – в происходящее включился Сторин. Голос его звучал робко и взволнованно.

Кажется, крикни я сейчас: «Падите ниц, холопы безродные!», так оба этих гаврика упали бы, не задумываясь. Однако заигрываться не стоит. Так и моей голове упасть на пол недолго.

– Да, я человек, но отмеченный Тьмой, как несущий Её.

– Ты… правда… говорил с Молотом? – пришёл в себя Толбан.

– Нет, это он говорил со мной, – не врать же, что я умею общаться с предметами, а то ещё попросят со стульями в диалог вступить.

– Человек, верни его. Ты даже не представляешь, Что он значит для моего народа, – первичный шок проходил и Толбан начал вести себя более уверенно, – Кем бы ты не был, верни…, – в голосе прозвучали нотки закипающего гнева.

– Постой, правитель! Ты сейчас совершишь третью свою ошибку. Саму последнюю и роковую. Забрать молот силой не выйдет, так как он находится в «проклятой сумке» неразрывно связанной со мной. Умерев, моё тело тут же исчезнет и появится очень далеко от этих мест, вместе с сумкой и её содержимым. Улавливаешь, о чём я?

– Хочешь сказать, что ты бессмертный? – не слишком уверенно усмехнулся Толбан, но секиру перехватил поудобней. Смотри-ка, примеряется уже, скотина бессовестная.

– А ты возьми и проверь, – ответил я и, не отводя глаз, шагнул к нему, – Только сразу придумай, что подданым говорить будешь. Как обманом решил лишить жизни своего гостя, а в итоге лишился реликвии своего народа, – зло прошипел я.

– Остановись, Толбан, он не врёт! – выкрикнул Сторин.

– Сам вижу, – проворчал тот, – Что тебе нужно, человек? – спросил он, уже более сдержано и опустил секиру.

– Я предлагаю успокоиться, убрать оружие, присесть и спокойно поговорить.

* * *