Беглер - Михаил Бабкин

К сожалению, особо хвастаться оказалось нечем: заряженный неизвестно какими чарами звукострел, подобранный Денисом в библиаптеке, да здоровенный нож у Дастина. В отличие от своих «подопечных» Харитон был оснащён куда солиднее: финский нож с наборной рукоятью, стальной кастет и телескопически складная пластиковая дубинка с железным шариком-набалдашником – не считая, разумеется, пистоля-релаксатора, который боевым оружием не являлся по определению.

Дубинку бёглер великодушно подарил Крису, мол, пусть у человека хоть что-то будет, нельзя же идти по жизни настолько невооружённым… в смысле, перемещаться без оружия по незнакомой местности. Крис подарок принял, но дубинку немедленно сложил и спрятал в задний карман джинсов, подальше от греха.

– Эх, мальцы-удальцы, и что бы вы без меня делали, – подведя итог арсенальной проверке, снисходительно молвил бёглер. Подойдя к Дастину, он открыл рюкзак, сунул туда руку и, с сосредоточенным видом покопавшись в припасах, вытащил из мешка приличного размера пистолет – тяжёлый, чёрный, маслянисто посверкивающий в лунном свете.

– Теперь понятно, что за неудобная железка мне в спину упиралась, – сообразил кадет. – Судя по виду серьёзное оружие! Специальный звукострел? Новая модель фаерболомёта? Портативный арбалет?

– Харитон, откуда у тебя пистолет? – поразился Денис. – Вроде бы раньше не было.

– Это не фаерболомёт и не звукострел, – с гордостью ответил бёглер, перекладывая релаксатор в карман пиджака, – и даже не арбалет. Это, друзья мои, автоматический пистоль с пороховыми зарядами, на двадцать патронов! Я когда-то работал с точно таким, в одном продвинутом техническом мире. – Харитон сунул пистолет в освободившуюся подмышечную кобуру. – Из кукурузины вырастил, украдкой. В рюкзаке, чтобы никто не видел.

– Но ведь старина Сэм категорически запретил делать оружие! – возмутился Денис. – Обещал строго наказать, если заметит.

– Ведь не заметил же, – резонно возразил бёглер. – И вообще, ни к чему паниковать задним числом. Главное, у нас теперь есть серьёзное оружие, не чета всяким ножам-дубинкам! Места вокруг дикие, ещё и всякие корневики бродят… Мало ли чего случиться может.

– А ты хоть стрелять-то умеешь? – усомнился Денис. – Тут практика нужна, не то растратишь весь боезапас впустую. Это и я умею.

– Я, напарник, не всегда преступников ловил, – посмеиваясь, признался Харитон. – Не поверишь, бывали времена, когда ловили меня: молодой был, азартный! До денег и приключений охочий… Эх, всё уже в прошлом, – с сожалением сказал бёглер. – Короче говоря, стрелять я умею. Патронов, к сожалению, маловато, всего один магазин, но и то хоть что-то! – Одёрнув пиджак чтобы не топорщился на кобуре, Харитон зашагал дальше, давая понять, что неожиданный привал закончен.

– Я после фотографии покажу, – пообещал Денис; забрав у Дастина рюкзак, он двинулся следом за бёглером: нести тяжесть ему по-прежнему не хотелось, но надо ведь и совесть иметь.

Через пару часов отряд пришёл к месту, над которым поднималось белое зарево. Вернее, приплёлся – ни у кого уже не было сил не только идти дальше, но даже удивляться увиденному.

Потому что источником ровного света оказалось озеро.

Большое, идеально круглое, с невысокими деревцами и редким кустарником по берегам, оно выглядело проходом, ведущим в иной, нижний мир. Как будто кто-то приложил немало усилий для того, чтобы создать туннель между двумя реальностями и закрыть его водяной перегородкой.

– С ума сойти, – снимая с плеч надоевший рюкзак, только и сказал Денис. Он стоял на кромке пологого берега и ошеломлённо глядел в раскинувшуюся перед ним озерную гладь: в глубине, под слоем прозрачнейшей воды, плыли редкие, похожие на дымку облака. А под теми облаками, далеко внизу, находился город.

Множество крохотных домиков с разноцветными крышами и неподвижными флюгерами, дворы с цветущими садами, безлюдные мощёные улочки, высокая башенка на центральной площади с белым циферблатом и неразличимыми стрелками… Денису на миг почудилось, что он смотрит на город с самолётной высоты – даже голова закружилась. Казалось, шагни с берега и ты немедля упадёшь вниз, на разноцветье крыш.

Над дивным городом стоял ясный солнечный день, оттого-то озеро и светилось белым неугасимым заревом. Летним, полуденным.

– Я, господа передвижники, всякие странности видал, но с подобным впервые сталкиваюсь, – сняв шляпу и озадаченно почёсывая темя, доложил Харитон. – Надо же чего учудили, город на дно озера засунули! С флюгерами и облаками… Эге, – понизил голос бёглер, – а это, случаем, не вход в Безумные Земли? Нырнул поглубже и ты там. Ещё можно камень на ноги, для верности.

– Вряд ли, – с сомнением отозвался Денис. – Туда без парашюта никак, всмятку разобьёшься.

– Зато гарантированно не удерёшь, – рассудительно подметил Харитон. – Разве что крылья отрастить… Ладно, проехали, всё равно ничего не понятно. Меня одно интересует: можно ли пить озёрную воду?

– Сейчас проверю, – пообещал Дастин: бросив дорожную сумку-кошель, скинув с себя одежду, он разбежался и ловко нырнул с берега в почти невидимую воду – без звука и брызг, только едва заметные круги пошли. Нырнул как можно глубже, стараясь достичь облаков; за кадетом протянулась цепочка серебристых пузырьков.

– Красиво плывёт, – оценил бёглер, присаживаясь на корточки и щупая воду пальцем. – Нормальная, не холодная… Вот так, братцы, и рождаются легенды о летающих в небесах голых ангелах. Если, конечно, предположить, что мы тоже на дне какого-нибудь водоёма живём, в котором всякие разные купаются когда им вздумается.

До облаков Дастин не достал: по плавной дуге он поплыл вверх, к воздуху. Вынырнул и, отфыркиваясь, прокричал:

– Отличная вода! Можно и плавать, и пить! – Денис с Крисом немедля принялись раздеваться. Харитон осуждающе покачал головой, мол, что за детские забавы, встал и пошёл собирать сушняк для костра.

Собранные бёглером деревяшки оказались сыроваты, всё ж озеро рядом. Потому дрова горели неохотно, часто потрескивая, и тогда из кострового пламени к звёздам уносился сноп искр; трое мокрых пловцов, дрожа и стуча зубами от холода, жались поближе к огню.

Харитон по-хозяйски неторопливо вскрыл финкой консервные банки из рюкзачных запасов, в воздухе поплыл вкусный тушёночный аромат.

– Жаль котелка нету, – проворчал бёглер, вручая каждому из пловцов по банке, – и ложек. И вилок. Это мы не предусмотрели, хотя казалось бы, делай не хочу! Жуйте всухомятку, воды уже и без того достаточно наглотались.

– За-зато кое-кто скорос-стрельный пис-пистоль себе отгрохал, – ввернул Денис, у которого зуб на зуб не попадал. – В-вместо котелка. – Он принялся ковырять в банке подобранной щепкой. Харитон собрался было ответить какой-то колкостью, уже и усы сердито встопорщил, когда к костру из темноты вышел незнакомец.

Выглядел ночной гость довольно свреобразно: высокий, остролицый, с длинными – едва ли не по пояс – белыми волосами, в сильно запачканной светлой тунике и босой. В руке незнакомец держал поблескивающую в пламени костра металлическую флейту с привязанными к ней безделушками, тоже блестящими и притягивающими взгляд. Необычно заострённый глухой конец флейты делал её похожей на арбалетный болт – из числа тех, которыми пробивают самые тяжёлые рыцарские доспехи.