Сердце для стража - Артем Каменистый

— Очень смешно…

— Море еще не успокоилось. Волны ерунда, все зло в ветре.

Норп расхаживал по палубе, будто что-то выискивая. Увидев меня, он кивнул в сторону борта:

— Ветер стихает, волна тоже.

— Вижу, — сказал я, оглядываясь.

Куда ни кинь взор, всюду темная поверхность потревоженного бурей моря. Но волнение хоть и приличное, до опасного ему уже очень далеко. Ни признаков островов, ни рифов, ничто не выделяется. Все однородно.

— Можно разворачиваться на запад, — продолжил любимую песню Норп.

Мне эта затея не нравилась, и я объяснил почему:

— Представляешь, сколько придется идти? Нас почти два дня несло в обратном направлении с хорошей скоростью. На веслах это расстояние придется идти неделю. Даже больше, если ветер не изменит направления. И пресной воды у нас как раз на неделю осталось. Зато соленой хоть залейся: корпус протекает в сотне мест, помпы работают без перерывов. Надо срочно отремонтироваться и залить бочки.

— Найдем остров.

— С этой картой трудно даже берег моря найти, а об островах не мечтай.

— Плохо. Сколько дней нам потребуется, чтобы добраться до берега?

— Неизвестно. Ветер ведь не точно на восток дул, а немного менял направление время от времени. Мы можем сейчас быть где угодно: на краю мелей, за ними, или даже перед проливами.

— Но у тебя ведь есть карта.

— И что с того? Море везде одинаковое. Надо ориентиры какие-нибудь, чтобы привязаться. Те же рифы, мели, острова.

А еще лучше спутниковый навигатор или хотя бы секстант и точный хронометр, но говорить этого Норпу я, конечно, не стал.

Тот, заметно разочаровавшись в моих штурманских способностях, приуныл:

— Так что мы будем делать?

— Лучший выход — это болтаться в море, пока волнение не стихнет, а затем попробуем пойти на север.

— Прямиком к мелям?

— Нас, скорее всего, унесло восточнее них, так что не наткнемся. А если не так, то днем в спокойную погоду заметим их и развернемся.

— Значит, ночью лучше стоять?

— Да, в темноте двигаться не будем.

— И что потом? На севере?

— Водой запасемся, корпус проконопатим, где сможем, а дальше видно будет.

— Ты думаешь все же пойти на запад вдоль берега?

— Я этого не хочу. Если все будет хорошо, вернемся в море, обойдем мели южнее, а там уж до Межгорья недалеко. Лишь бы погода опять не испортилась.

— И каково там, в твоем Межгорье? Я слышал, что от тварей не протолкнуться.

— Как ты мог это слышать, если сидел на скамье гребцов?

— От новеньких. Так мы узнаем, что в мире происходит.

— В Межгорье не так все плохо. Погани нет, считай, но и людей мало. Зато земли бери сколько хочешь. Крестьяне на несколько лет освобождены от налогов, продукты у них только за деньги берут. И воины хорошие нужны. Те, кто порасторопнее, могут даже замок свой получить. Там теперь пустых хватает.

— Тебя послушать, так не Межгорье, а прямо рай какой-то.

— Не рай… всякое бывает. Но уж не хуже, чем в том же Ортаре. А во многом даже лучше.

— Не был я никогда в Ортаре.

— Не думаю, что он сильно отличается от того герцогства, где ты служил.

— И я не думаю. Была даже когда-то мысль в Ортар податься. Кенгуду постоянно нужны солдаты. Мрут они у него огромными толпами, однако и платит хорошо.

— Война у него с поганью, которая от побережья идет.

— Знаю. И еще имперцы у него оттяпали выход к Веге, загребли под себя всю торговлю между верховьями и низом. Наверное, мечтает вернуть свои земли.

— Не знаю, о чем он мечтает, я никогда с ним не встречался.

— А как же он тебе Межгорье доверил? Как же оммаж?[8]

— Мать его постаралась. Королева. Все делалось в спешке, обошлись без лишних церемоний.

— То есть ты не давал клятвы?!

— Можно сказать и так.

— Но это неправильно! Так не бывает! Твои права могут оспорить!

— Да кто оспаривать будет?

— Всегда найдутся охочие до чужого добра.

— Говорю же: спешили очень. У нас проблемы возникли с карающими. Вот королева и проделала все быстро.

— Слышал я, в молодости она той еще штучкой была. Интересной и не слишком строгой. Поговаривают даже, что Кенгуд нынешний не совсем от прежнего получился, а очень похож на одного смазливого баронишку, который при дворе в те времена ошивался. Рога у короля отросли такие, что ему даже в двустворчатые двери приходилось боком проходить, — все об этом знали.

— Я тоже разное слышал, но ничего сказать не могу, свечки там не держал.

— Где — там?

— Ну в опочивальне королевы, возле ложа.

Норп хохотнул:

— Смешные ты иногда вещи рассказываешь, страж. Не слышал такой шутки.

— Это еще что. Ты моего попугая не видел. Он тот еще весельчак.

— А где он?

— Не знаю. Надеюсь, в Межгорье уже с ним увижусь. Кстати, если надумаешь пойти служить к Кенгуду, спроси сначала у меня. У нас и платят серебром без задержек, и кормят не жалея, и не дохнут толпами, как у короля.

— А вообще воюете?

— Воюем. Зимой три оты к нам пришли на шести галерах.

— И что?

— Теперь у нас есть шесть галер.

— Это на них вы Альлабу разграбили, как мы слышали?

— На них. Там еще захватили, так что у нас уже целый флот.

— Добычу небось хорошую взяли?

— Еще не считали. Наших много освободили. Железный Мыс вообще безлюдей остался — всех подчистую вывезли.

— Это правильное дело, богоугодное.

— Да мы просто о своей выгоде не забывали. Людей в Межгорье мало, а там собрались лучшие мастера. У нас они пригодятся.

— Из рабов в рабы?

— Неволить никого не собираемся, и люди не дураки, думаю, большинство рады будут у нас остаться.

— Ну да. Ты умеешь уговаривать.

— Так ты согласен?

— На что?

— На Межгорье.

— А… Да тут и спрашивать нечего. Я раб вчерашний, ничего не имеющий. Меня карающие запрут в подвал на полгода и будут следить — вдруг что неладно. Закон у них такой.

— Слышал.

— Ты страж, ты не должен так делать.