Каятан - Кирилл Довыдовский

Чем бы ни являлось наблюдаемое нами создание, оно ненадолго открыло рот — как будто бы зевнуло. И я бы не взялся ответить с точностью, что именно напугало Мика: размеры самого рта — практически все тело этого существа — или количество желтых зубов, непонятно как помещающихся в таком небольшом чудище.

— Теперь я, кажется, знаю, кто сожрал наш транспорт, — проговорил я, — хорошо хоть, что оно одно.

Как будто наказывая меня за длинный язык, рядом с первым головастиком — очень подходящее название — появился второй.

— Кай, я только что вспомнил, что у меня назначена одна очень важная встреча, и, кажется, я уже начинаю на нее опаздывать…

Мы сорвались на бег.

Минут через пять Мик рискнул бросить взгляд за спину.

— Мама моя родная!!! — уже привычно выразив свои чувства, заорал Мик, резко ускоряя темп бега.

В свою очередь посмотрев назад, я моментально нагнал уже успевшего вырваться вперед друга. Нас преследовали уже не два, а целых пять головастиков. Несмотря на очень причудливый способ передвижения — перекат длиной в пару метров, а потом резкий прыжок метра на три, потом опять перекат, — двигались головастики удивительно быстро. Несмотря на всю нашу тренированность, расстояние до головастиков, изначально составлявшее не менее двух десятков метров, успело сократиться вдвое.

— Лезем на то дерево, — крикнул я Мику, указывая на высокую сосну в десятке метров впереди нас…

Уговаривать парня не пришлось: до дерева он добежал быстрее меня. Уцепившись за ветку, я едва успел дернуть вверх ноги: несмотря на малый рост, прыгали головастики очень хорошо.

— Мик! — крикнул я, напрягая связки. — Вряд ли эти твари умеют лазить по деревьям.

— Ты уверен?! — раздалось откуда-то сверху. Добрался ли Мик до верхушки, я точно сказать не могу — обзор закрывали ветки, — но расслышал я его с трудом.

— Уверен! Хотя… — Головастики не оставляли попыток подпрыгнуть достаточно высоко, чтобы суметь отхватить от меня лакомый кусочек. Надо признать, прыгали они с каждым разом все выше и выше. Или мне это со страху казалось?

— Да невкусный я, невкусный, — попытался я разуверить маленьких тварей.

Судя по всему, они мне не поверили, хотя прыгать, как ни странно, перестали. Вместо этого уселись под деревом и стали смотреть на меня, как на… в общем, я так смотрю на свиные отбивные, хотя все же надеюсь, что вид у меня при этом не такой кровожадный.

— Я лучше пока здесь посижу! — раздалось сверху.

Посидит он. Как бы нам здесь ночевать не пришлось. Дерево, на котором мы сидели, находилось в середине небольшого луга, разделяющего окраину Проклятого леса и небольшую рощицу. Между деревьями виднелись просветы, так что вряд ли в ней было больше двух-трех десятков метров ширины. В стоящем с другой стороны Проклятом лесу никаких просветов не наблюдалось.

От нечего делать я решил навестить Мика. Может быть, потеряв нас из виду, головастики решат, что мы им померещились, и спокойно покатятся домой?.. Я решил понадеяться на это.

Когда я долез до места, где устроился Мик, я передумал называть его трусом. На мой взгляд, даже для недолгого пребывания на такой высоте требовалось куда больше мужества, чем для близкого знакомства с полдесятком пусть и страшненьких, но миниатюрных чудищ. А ведь мы даже до середины дерева не долезли.

Видно было очень далеко, и первым, что мне попалось на глаза, была дорога, проходящая с юга-запада на северо-восток, сильно заброшенная, но все еще отчетливо видная в сравнении с окружающим пейзажем, особенно с такого ракурса. Дорога проходила сразу за небольшой рощицей, лежащей в пятидесяти метрах восточнее нас. Все мое восхищение «храбростью» Мика резко отошло на второй план.

— Ты почему не сказал мне, что отсюда дорогу видно? — с оскорбленным видом спросил я.

— Какую еще дорогу? — он не понял.

— Ту, — махнул я рукой в сторону предмета нашего разговора.

— Действительно дорога, — согласился он. — А мы что, искали дорогу?

— А ты что думал, мы с тобой направление пути все время наугад выбираем? — саркастически осведомился я.

Я думал, он скажет что-нибудь вроде «нет, конечно», но вместо этого Мик немного смутился:

— Вообще-то да, — признался он.

У меня возникло труднопреодолимое желание дать ему в лоб, но, приняв во внимание, что мы сидим на одной ветке, я все же сдержался.

— Давай сюда оружие, — сказал я.

— Ты мне больше не доверяешь? — Он совсем расстроился.

— Ну, и дурак же ты. — Я немного помолчал, чтобы он получше обдумал сказанное. — Там снизу голодают пять головастиков, а у нас с тобой есть четыре единицы оружия. Трех уговорим с расстояния, оставшихся двух — с земли.

— С земли? Ты видел, какие у них зубы?

— Да не бойся ты, саблей я буду махать сам.

— Хоть что-то хорошее. А я что буду делать?

— Практически ничего, — ответил я. И, дождавшись его облегченного вздоха, быстро добавил: — Ты будешь приманкой.

— Что?!!

Кажется, я оглох на одно ухо. Мы слезли на нижние ветки. Головастики все еще сидели снизу, при нашем появлении в их рядах наметилось некоторое оживление. Я, конечно, могу ошибаться, но, судя по всему, эти твари смеялись.

Пасти были чуть приоткрыты. Из них вырывался ритмичный каркающий звук.

— Они что, смеются? — спросил Мик.

Я где-то слышал, что в умные головы мысли приходят одновременно. Или это про глупые головы?

— Так, на — подержи пока, — я отдал Мику свою саблю, оставив себе только кинжал. Поскольку у меня будет только одна попытка, нельзя, чтобы что-нибудь мне помешало.

Судя по их виду, головастики ничего не заподозрили, только продолжали скалиться, сволочи. Хорошенько прицелившись, я что было силы метнул кинжал в ближайшее чудище.

— Э-э… — Мне приходила в голову мысль, что я могу промахнуться, теоретически, или что может увернуться сам головастик, но до того, что эта тварь сможет так запросто перехватить кинжал своею пастью — я кидал со всей силы! — а потом еще и перекусить его надвое, я додуматься не мог. Но сделала она именно это.

— П-при-и-иманкой? — что-то раньше я за Миком не замечал заикания.

На этот раз первым наверх залез я. Только когда расстояние между мною и головастиками увеличилось с двух метров до четырех, я задышал немного спокойней.

— На, — протянул саблю ни на мгновение не отставший от меня Мик, — теперь можешь с земли попробовать.

Пробовать я благоразумно не стал. Вместо этого начиная понемногу свыкаться с мыслью, что на ближайшее время дерево, на котором я сижу, станет для меня домом.

Это еще хорошо, что ствол дерева имеет около полутора метров в диаметре: будь он хотя бы раза в два тоньше… звон ломающейся стали до сих пор стоял у меня в ушах. А этих тварей целых шесть, уж дерево они бы запросто перегрызли. Кстати, а почему собственно шесть, ведь раньше их было… по крайней мере, на одного меньше.