Экипаж - Александр Рудазов

VY-37, зависший над столом, коротко пискнул и высветил голограмму высокого мужчины средних лет, самую малость полноватого, но атлетического телосложения. В чертах его лица проглядывало что-то азиатское, но лишь самую малость, совсем не так отчетливо, как у Моручи. Все-таки имперцы тоже не все на одно лицо.

— Так вот в чем дело… — с интересом прозвенела Фрида, уже, разумеется, прочитавшая все у Михаила в мозгу. — А вы хорошо справились, Михаил Петрович…

— Благодарю, — кивнул детектив, принимая комплимент.

— Господа хойошие, здесь не все умеют читать мысли, — досадливо морщась, приложил к царапине кусок льда Соазссь. — Кто это такой?

— Справка, — моментально ответил VY-37. — Александр Куросава. Гражданин Империи. Аристократ. Принадлежит к Императорскому Дому.

— Знаменитая фамилия, а? — усмехнулся Ежов.

— Чем же она знаменита? — прищурился Койфман.

— Ну как же! Акиро Куросава!

— А кто это?

— Неважно… — разочарованно махнул рукой Михаил. Он любил фильмы Куросавы, и огорчился, узнав, что сейчас никто даже не помнит его фамилию. — В общем, мужики, это и есть главная редиска.

— Чего? — снова прищурился Койфман.

— Основной преступник, — вздохнув, перевел Ежов.

— Хто зьил мое сало?! — неожиданно повысил голос Остап, все это время искавший что-то под столом. Потом сунул руку в карман шортиков, облегченно выдохнул и махнул окорокообразной ладошкой, предлагая продолжать.

— Понятненько… — с легким раздражением посмотрел на чавкающего Остапа Койфман. — А на чем ты это, Мишенька, обосновываешь? А то сказать-то легко — а вот доказать…

— Для начала такой факт — он тридцать восьмой. Аарон Лазаревич, помните, мы говорили, что капитан Моручи тридцать седьмой в линейке наследования? Так вот, этот Куросава — тридцать восьмой.

— Вот оно как… Только это еще ничего не доказывает, Мишенька. Мне почему-то кажется, что кто-то неизбежно должен быть тридцать восьмым. И это что, все твои доказательства?

— Ну отчего же, есть еще кое-что, — спокойно ответил Ежов. И рассказал, почему он так уверен, что Александр Куросава — именно тот самый человек.

— Увейен? — недоверчиво переспросил Соазссь. — Может, п’йосто похож?

— Уверен, уверен, — кивнул Михаил. — Это точно он.

— Допустим. А что насчет мотива? — продолжал сомневаться суперкарго. — П’йеступление без мотива, что тойговля без п’йибыли…

— Мотив очень простой. Куросава — тридцать восьмой в линейке. Моручи — тридцать седьмой. Ни на какие мысли не наводит?

— Мишенька, мы же только что об этом говорили! — поджал губы Койфман. — Ну при чем здесь это? Что тридцать восьмому даст смерть тридцать седьмого… а тем более исчезновение? Ты ведь сказал, что капитан жив, так, или мои старые уши меня обманывают?

— В моя племя была такая случай, — сообразил Дитирон. — Младшая сын вождя пошел со старшая брат на охота, и не вернулся. Старшая брат не вернулся — младшая вернулся! А потом пошла со средняя брат на охота. И опять не вернулся! Средняя брат не вернулся — младшая вернулся! А потом старая вождя споткнулся о нога младшая сын и падать в чан с горячая бульона. Свариться до мясной супа, — облизнулся дикарь. — Вся племя кушай. Хорошая вождя была, вкусная. Вот такая случай была.

— Очень верный пример, — добродушно улыбнулся Койфман, злобно сверкая глазками. — Мишенька, дружок, одно дело — прикончить двух братьев и папашу, и совсем другое — расправиться с тридцатью семьюродичами. Это же просто нереально…

— Нереально, говорите? А вот это что, по-вашему, такое — просто совпадение? Ву, покажи новости.

VY-37 послушно продемонстрировал выпуск имперских новостей трехдневной давности. Как раз от того дня, когда произошла эта «перемена мест». У всех моментально отвисли челюсти.

— Неслабое совпадение, а? — усмехнулся детектив, наслаждаясь произведенным эффектом. — И я так думаю, капитана Моручи никто и не собирался убивать. По-моему, его предназначили совсем для другого.

— Для чего? — хмуро осведомилась Джина.

— У нас такую штуку называют «козел отпущения». А у вас как?

— Так же, Мишенька… — мгновенно ухватил суть Койфман. — Кажется, я начинаю понимать… да, это довольно логично. А если… нет, это тоже ясно… А вот как же он… хм-м, да ведь он же ментат, верно?

— Справка. Все члены Императорского Дома в той или иной степени ментаты. Александр Куросава — один из лучших.

— Тогда и это понятно.

— Конечно, детали еще предстоит уточнить, — поспешил добавить Ежов. — Я пока что не знаю, как именно это должно случиться. Где и когда — мы знаем. А вот как…

— Уточни-ка… — неожиданно забеспокоился Койфман. — Когда именно это состоится?

— Через два с половиной дня. Ну, стандартных суток…

— Ну дела-а! — схватился за голову Рудольф. — Капитан с ума сойдет…

— Он же, в’йоде бы, ненавидит импейатойа, нет? — недоуменно спросил Соазссь. — Да и с остальными йодственниками отношения так себе…

— Капитан всегда говорил — если кто-нибудь и убьет этого… не буду приводить слово… то это буду я сам, — бесстрастно прозвенела Фрида. — Капитан всегда был патриотом до мозга костей. Уж я-то знаю…

— Мошно вопрос? — поднял чешуйчатую ладонь Косколито. — Я все понял, кроме одного — где все-таки наш капитан?!

— Ну, догадаться оказалось нетрудно, — расплылся в торжествующей улыбке Ежов. — Первое. Мы с капитаном действительнопоменялись местами. И Сиреневый Бархат мне все обосновал — тут очень важно, что мы с Моручи одного телосложения. И еще один факт, который сначала никто не заметил — наши ДНК практически идентичны. Мы с ним почти что клоны. Думаю, Куросаве пришлось попотеть, пока он нашел такого, как я… Второе. Путешествия во времени действительноневозможны. Спасибо господину ван ден Хейнекену за подробные объяснения, — наклонил голову Михаил.

Рудольф ответил аналогичным поклоном, принимая благодарность.

— Третье. Александр Куросава действительноментат. И очень хороший ментат. А его основная специальность — транспортер. Ничего не напоминает?

На большей части лиц начали появляться понимающие ухмылки — до всех наконец-то начало доходить очевидное. Разгадка лежала буквально на поверхности…

— Ву, покажи последний номер в списке.

VY-37 высветил над столом нечто вроде огромной паутины, состоящей из разноцветных шариков. Два шарика, расположенных бок о бок, увеличились в размерах. Засветились их названия.

— Мы вот здесь, — указал на один из них Ежов. — А вот это — то место, где родился я. Это же очень просто — это вовсе не будущее, это…