Экипаж - Александр Рудазов

— А если у тебя нет злейшего врага?

— Отрежь причиндалы у кого-нибудь другого, и он станет твоим злейшим врагом.

Из беседы героев-варваров

— …параллельный мир, — закончил фразу Моручи. — Это параллельный мир, отстающий по времени. А вовсе никакое не прошлое. Я же говорил, что попасть в прошлое невозможно!

— Ну, капитан, ты реально крут, — на всякий случай похвалил его ни хрена не понявший Денисов. — Доказал теорему, блин. Ну и че дальше?

— Дальше… — задумался Святослав. — Дальше надо подумать. Ты уверен, что у вас нет ментатов?

— Капитан!!! — отчаянно заорал Николай, у которого этот вопрос уже в печенках сидел.

— А вдруг? — пожал плечами Моручи. — Я знаю только три способа перемещаться между мирами. Менталистика, стихийные воронки и континуумоход. Континуумоходы изобретут только через семь-восемь веков. Воронку сначала надо отыскать, а для этого опять-таки нужна высокоточная техника. Да и не факт, что она ведет в нужное место. Остается менталистика. Так ты точно уверен, что у вас нет ментатов?

Перов и Марина выслушали все это молча. Они оба поняли еще меньше, чем Денисов, и понятия не имели, как относиться к этой неожиданной новости. Судя по радости Моручи, новость была хорошей, но вот в чем заключалась разница…

— Э-мм-хм… я прошу извиненья, а что такое менталистика? — наморщил лоб Перов.

— А это вот когда мебеля без рук двигают, — охотно объяснил Денисов. — Ну ты ж видел, как капитан показывал?

— А, экстрасенсы… — сообразил культурист. — А у меня одна бабка знакомая есть — она порчу снимает здорово… и зубы еще заговаривает. Зубную боль то есть.

— Да не, Андреич, это не то, — отмахнулся Николай. — Нам настоящий нужен. Вот помнишь, в прошлом году киношка была, про Куценко в парике?

— «Ночной Дозор»? — заинтересовалась Марина. — Мне понравилось!

— Вот там был один лысый — он грузовик взглядом перевернул. Вот он и есть ментат, — «объяснил» Денисов. — Капитан, ты этот фильм смотрел?

— Интересно, когда? — удивился Святослав. — Ты хоть раз видел, чтобы я у вас кино глядел? У меня время на это было?

— Не, ну у вас, в будущем.

— Во-первых, не в будущем, — скрупулезно поправил его Моручи. — Во-вторых, я и дома особенно не развлекался. А в-третьих, до наших времен ни один фильм двадцатого века не дожил. Слишком большой разрыв. Хотя по некоторым, самым лучшим, есть ремейки. Трехмерные, с эффектом присутствия и с запахами.

— Это вы круто устроились, — позавидовал Денисов, всегда любивший кино.

— А про что фильм-то?

— Ну там… — попытался объяснить жестами Николай. — Это… типа… Этот ему так, а тот р-раз!.. Бабах!.. И по морде ему, по морде! А тот говорит: бей, падла, мне все по хрен! Понял?

— Нет.

— А еще там Лагутенко играет… — мечтательно вздохнула Марина. В ее глазах появилось очень странное выражение.

Звякнул дверной звонок. Перов мрачно поднялся на ноги.

— Пришли… — подытожил он. — Ну, извиняйте, если что не так было…

— Сидеть, рядовой, — холодно приказал Моручи. — Я сам.

— Присядь, Андреич, ща капитан с ними разберется, — весело посоветовал Денисов.

Святослав вышел в приемную. Приемной в «Витязе» служил небольшой закуток, отгороженный фанерой. Клиентов у Перова всегда было немного. Зато все — уважаемые люди.

Моручи молча распахнул дверь. За ней стояли трое — маленький лысый мужичок в металлических очочках и двое здоровенных «гоблинов». Один бритый наголо, как яйцо, второй, наоборот, с длиннющими патлами.

— Добрый вечер, — вежливо кивнул лысый. — Падогов, Вениамин Сергеевич, будем знакомы. Вы Семен Андреевич?

— Нет, я Святослав Степанович, — представился Моручи. — Тренажерный зал закрыт, господа, приходите завтра.

— Мы немножко по другому вопросу, — сухо покачал головой Падогов. — Семен Андреевич здесь?

— По какому именно вопросу?

— По личному. Так где Семен Андреевич?

— Я за него, — хмуро промолвил капитан. — Говорите все мне.

— Что ж, как знаете, — равнодушно пожал плечами посланник Третьякова, отходя в сторону. — Артем, Юрий, можете начинать. Только не переусердствуйте.

Амбалы молча качнулись вперед. И тупо замерли, глядя на дуло ди-кольта. Когда Моручи успел его выхватить, никто не успел заметить.

— Стоять тихо, — дернул щекой Святослав. — Медленно положить руки на затылок… все трое!

Падогов с помощниками неохотно выполнили приказ.

— Вы что делаете?.. — удивленно спросил Вениамин Сергеевич. — Вы понимаете, что это незаконно?

— Понимаю, — невозмутимо кивнул капитан. — За мной. И медленно — одно движение, и я стреляю. Сначала предупредительный выстрел, потом на поражение.

Моручи начал отступать назад. За ним еще более неохотно, чем раньше, двинулись люди Третьякова.

— Святослав Степанович, может быть, договоримся спокойно? — предложил невозмутимый Падогов. — Виктор Борисович деловой человек, нам не нужны лишние проблемы…

— А кому они нужны? — пожал плечами Моручи. — Двигайтесь.

Он запер дверь, не опуская ди-кольта, и повел пленников в главный зал. Дуло он приставил к лысой макушке Падогова.

— Ну, Андреич, я ж тебе говорил, капитан разберется! — жизнерадостно выкрикнул из-под стола Денисов. — Мужик сказал, мужик сделал!

— Сержант, ты зачем туда залез? — не понял Святослав.

— А так, на всякий случай. И Маринка тоже тут.

Марина смущенно вылезла из-под стола, отряхивая волосы — в импровизированном бункере оказалось довольно пыльно.

— Зря! — не одобрил ее поступка Николай, не сдвинувшийся с места ни на дюйм. — Ща стрельба будет, задеть могут.

— Какая еще стрельба? — забеспокоился Падогов. — Добрый вечер, Семен Андреевич. Что здесь происходит?

— Здравствуйте, Вениамин Сергеевич, — поздоровался Перов. — Опять?

— Виктор Борисович хочет знать, что вы надумали, — сухо ответил Падогов. — Я уполномочен сделать вам еще одно, последнее предложение. Семен Андреевич, мы же с вами разумные люди…

— На переговоры не ходят с вышибалами, — заметил Перов.

— Это просто группа сопровождения, — позволил себе легчайший намек на улыбку Падогов. — Семен Андреевич…

Моручи, видя, что беседа идет достаточно мирная, слегка опустил оружие. Патлатый амбал тут же воспользовался моментом и выхватил из-за пазухи пистолет Макарова. Но реакция космического капитана оказалась еще быстрее — ди-кольт дважды сухо щелкнул и револьвер выпал из ладони братка. Простреленной ладони.

Марина при первом же выстреле вздрогнула, вжала голову в плечи и быстренько юркнула обратно под стол. Еще и скатерть натянула.